Огненные цветы
Шрифт:
Колт не обратил на его слова ни малейшего внимания.
– Желтомордая дрянь! – заорал он, вытаскивая пистолет.
Проворный, как пантера, Лум бросился на землю и откатился влево. Пуля просвистела где-то в стороне. Не успел Колт выстрелить во второй раз, как Брайен нажал на курок. Он целился в руку или плечо, но Колт немного повернулся, и выстрел поразил его прямо в сердце.
Брайен бросился к нему, уже понимая, что никакого смысла в этом нет, даже пульс щупать не надо. Колт умер на месте.
– О Господи! – Не выпуская
Расталкивая подпрыгивающих от возбуждения, тараторящих о чем-то китайцев, к Брайену пробился Луи Ласер – француз-надсмотрщик.
– Mon Dieu! Что тут происходит, О’Нил?
– Этот тип избивал моего человека, Лума, – машинально откликнулся Брайен.
Ласер изумленно посмотрел на него:
– И за это вы его убили?
– Разумеется, нет. Лум вырвал у Колта палку, а тот, видно, вовсе обезумел и хотел убить Лума.
Судя по выражению лица, француз изумился еще сильнее. С тем же успехом можно было бы попытаться растолковать ему, как и любому другому надсмотрщику, что ты убил человека за то, что тот ударил твою собаку, – настолько низко ставили здесь белые своих работников-китайцев.
Брайен поднялся на ноги.
– Ладно, я возвращаюсь в дом и вызову полицию. Лум, продолжай заниматься своим делом.
Джордж Дил сочувственно и в то же время сердито посмотрел на Брайена:
– Только этого еще не хватало! Разве нельзя было как-то иначе остановить его?
– Нежели вы думаете, Джордж, что я убил бы человека, будь у меня хоть какая-то другая возможность?
– Да-да, конечно, я все понимаю. – Дил насупился еще сильнее. – Лучше бы уж вы не вмешивались, Брайен.
– Как? Лучше было позволить ему убить Лума? Не верю, что вы это всерьез, Джордж.
– К черту! Может, Колт просто пугал его. Может, всего лишь в воздух собирался выстрелить. Мне кажется, вы не понимаете всей серьезности случившегося. Белый убивает белого только за то, что тот прибил китайца.
– Боюсь, что действительно не понимаю, – холодно ответил Брайен.
– Ну так я вам сейчас объясню. Дело осложняется еще и тем, – продолжал Джордж, – что Дон Колт – племянник верховного комиссара Гавайских островов. Зеница ока, можно сказать.
– Паршивая зеница, – пробурчал Брайен, но сообщение это его отнюдь не порадовало.
Полицейские допрашивали Брайена почти час и понимания никакого не выказали. На протяжении всего допроса капитан Шульц и сержант Баркер разглядывали его, словно обезьяну в клетке. Чудо заморское. Только такое чудо, которое, если его обозлить, может сделаться опасным. Дикое животное.
Закончив допрос, капитан Шульц бесстрастно объявил:
– Весьма сожалею, мистер О’Нил, но мы вынуждены арестовать вас и доставить на Оаху.
– Я с вами, – решительно заявил Дил. – Лучший адвокат
– Не в том вы состоянии, Джордж, чтобы совершать такие путешествия, – попытался отговорить его Брайен, но Джордж заупрямился:
– Я прекрасно себя чувствую и еду с вами.
– И долго вы там собираетесь меня держать? – обратился Брайен к полицейским. – Надо предупредить жену.
– Не стоит волновать Равену, пока в том нет необходимости, – вмешался Дил. – Передайте ей через Лума, что возникло неотложное дело, требующее вашего присутствия в Оаху. Думаю, вам придется провести там день-два.
– Хорошая мысль, Джордж. Пойду отыщу Лума. – Брайен иронически скривил губы и снова повернулся к Шульцу: – Полагаю, вы не отпустите меня одного, а то еще сбегу?
– Вот уж нет, – усмехнулся капитан. – Куда здесь, собственно, бежать, мистер О’Нил?
Брайена отпустили под залог в две с половиной тысячи долларов. Предварительные слушания отложили до тех пор, пока суд, изучив доклад коронера, не выработает формулу обвинения.
Теперь Брайену предстояло весьма трудное испытание – все рассказать Равене. Та с достоинством приняла дурную весть.
– Всегда терпеть не могла этого типа, – сказала она, – и все равно его жалко. Но что ж теперь причитать по этому поводу – что случилось, то случилось. А с тобой что будет? Я имею в виду – ведь ты не нарочно убил его, это несчастный случай.
– Верно, но ведь это я так утверждаю, а здешнее начальство не слишком-то склонно доверять словам убийцы. Честно говоря, Бен Ньютон не выказал особого оптимизма.
– Да какой же ты убийца?
Брайен положил ей руки на плечи.
– Увы, дорогая, это именно так. Убийство есть убийство, случайное или нет. И не забывай, Колт был любимым племянником верховного комиссара.
– Вот это плохо. – Равена прижала руки к вискам и медленно опустилась на стул.
– Ладно, ты же сама говоришь: что теперь толку причитать? Лучше забудем об этом деле до начала слушаний. Что там у нас на ужин сегодня? С голоду умираю.
Через неделю у них дома появился судебный пристав – Брайена вызывали в суд города Гонолулу на тринадцать часов следующего дня. Рано утром за ним будет прислан в Лахайну специальный катер.
– Что меня может ожидать в худшем случае? – размышлял он вслух. – Обвинение в непреднамеренном убийстве или что-нибудь в этом роде. Это действительно была случайность, и суд должен принять данный факт во внимание. Надеюсь, удастся отделаться штрафом и дисциплинарным взысканием. Насколько я понимаю, у нас, владельцев плантаций, здесь нечто вроде неофициального дипломатического статуса.
Равена стремительно поднесла ладонь ко рту.
– И как же это я забыла! Недаром было мне предзнаменование. А ты говоришь – предрассудки, ирландские фокусы. Мне страшно, Брайен.