Огненное сердце
Шрифт:
— Что это такое? — потрясённо спросил я, зажимая нос ладонью.
— Это подземные черви, — сообщил Санбек. — Видишь, какие они жирные!
Белые слепые черви и правда поражали своим размером. Некоторые из них в объёме могли потягаться с самыми большими толстяками. Когда они двигались, подкожный жир, свисающий складками, трясся, будто студень. Я взял у Санбека факел и решил рассмотреть тварей более тщательно. Прямо передо мной копошился небольшого размера червь, видимо, личинка. Он жевал зловонную кровавую массу. Вдруг к своему ужасу и отвращению я увидел торчащую из этой массы человеческую руку, местами обглоданную или переваренную.
— С тобой всё хорошо? — встревожился мой спутник.
— Там рука! — вскричал я. — Эти твари едят людей!
— Ну не людей, а то, что от них осталось, — невозмутимо произнёс Санбек.
— Что?!
— Видишь ли, черви эти падальщики. Но они не могут сразу поглощать труп. Сперва червь, обнаружив бездыханное тело, вымазывает его своими слюнями, которые начинают размекчать мёртвую плоть, буквально переваривать её. Вскоре труп превращается в это кровавое желе, а тварь его спокойно поедает.
Я смотрел на парня ошалелыми глазами. Ужасные мысли в моей голове закрутились, подобно вихрю, уничтожающему всякую надежду на лучшую жизнь. Я озирался по сторонам и видел многочисленные кучки такого желе из мертвецов.
— Откуда здесь столько мёртвых людей?! — заорал я.
Санбек как-то сжался, занервничал. Его глаза забегали из стороны в сторону. Я кинулся к нему и, схватив за грудки, припёр к глиняной холодной стене.
— Откуда здесь столько мёртвых людей?! — рыча, я повторил свой вопрос.
— Это казнённые, — выдавил Санбек, — те, кого Барут приговорил к смерти за какой-нибудь проступок. Таких приводят сюда, их убивают, а телами занимаются черви.
Я тряхнул его как следует и с силой отшвырнул от себя. Парень не удержал равновесия и плюхнулся в одно из таких желе. Червь, жующий эту кровавую трапезу, от удара откатился в сторону и противно завизжал, выказывая своё возмущение. Санбек, весь измазанный нечистотами, поднялся. Вонище усилилось. Теперь вырвало его. Я с ненавистью осмотрел помещение ещё раз и вдруг взгляд мой вновь упёрся в желе из трупов. На этот раз потрясение оказалось ещё более жестоким: я увидел в этой массе руку, слишком маленькую, чтобы принадлежать взрослому человеку. Мной овладела ярость. Я почувствовал, как жар переполнил моё сердце. Подбежав к Санбеку, который не успел среагировать, я ухватил его за шиворот и подтащил к страшной находке.
— Значит и детей казнят?! — проревел я.
Санбек перепугано заёрзал, но моя хватка оказалась крепкой, парень не смог вырваться.
— Ты тоже убивал этих несчастных? — гневно спросил я.
— Нет! Нет! — замотал головой юноша. — Я лишь был свидетелем исполнения приговоров.
— И ты ничего не сделал, чтобы остановить расправу над ребёнком?
— А что я мог поделать? — пропищал Санбек. — Вступить в схватку с палачами, чтобы и самому стать таким же желе? Послушай, Хизар, жизнь куда более жестока, чем ты предполагал, сидя в своей юраке в благоприятные для твоей семьи времена. Тут уж ничего не поделаешь. На твоём месте я бы не стал так волноваться…
— Но ты не на моём месте! — прервал я его и вновь с силой оттолкнул от себя. Гнев клокотал в моём сердце, изливаясь в душу полноводным потоком. Я заметил обугленную палку, валявшуюся на полу. Это был потухший факел. Я схватил её и принялся ею бить червей да с такой силой, что ошмётки их плоти разлетались по сторонам. Поднялся дикий визг убиваемых тварей.
— Остановись! Ты подпишешь себе смертный приговор! Если Барут узнает о твоём поступке, он убьёт тебя! И меня тоже!
Я остановился, тяжело дыша.
— А тебя-то за что?
— Это ведь я привёл тебя в Убежище, — объяснил Санбек, — если ты провинишься, то я разделю с тобой наказание. Таков закон катакомб.
— Его, разумеется, тоже Барут придумал? — процедил я.
Санбек поспешно закивал головой. Я отшвырнул от себя палку и, развернувшись, зашагал к ступеням, чтобы покинуть это жуткое место.
Неделю я не разговаривал с Санбеком. Во время наших вылазок в Степь я хранил молчание. Мрачные мысли продолжали терзать меня. Ну не мог я смирится, что и здесь, вдали от немилосердных правителей, мы опять терпим нужду и трясёмся от страха перед хозяином катакомб. На Санбека я злился за то, что он делает вид, будто всё нормально. Как он может смеяться, когда подземным червям скармливают детей? Я удивлялся почему до сих пор не подняли шум по поводу убийства нескольких червей. Санбек сообщил мне, что он позаботился об этом, уничтожив останки тварей. Но я по-прежнему лишь молча выслушал его, не удосужившись хоть как-то прокомментировать эту информацию.
Но как бы я не злился на приятеля, всё-таки вскоре случилось происшествие, которое нас помирило, по крайней мере мне так сперва казалось. Мы с Санбеком отправились за прятанками. Эти ягоды ещё можно было найти между камнями. Решили отправится к Жертвеннику, так как там много валунов, которые так любит это растение. Во время пути нас настигла небольшая песчаная буря. Не та, что вызвана степным лихом, а самая обыкновенная. Угрозы для жизни не было, но зато буря сорвала наши планы: она бушевала несколько часов. Всё это время мы сидели между двумя валунами и пережидали это стихийное явление. Как назло в тот день мы припозднились и во время не вышли на промысел, поэтому когда буря стихла, солнце уже почти закатилось. Жертвенник был совсем близко. Я даже видел его столбы.
— Придётся возвращаться ни с чем, — сказал Санбек, не особо надеясь, что я удостою его ответом, — скоро стемнеет и проснётся лихо Степи.
Но я молча всматривался в столбы, не слушая его.
— Хизар, уходим! — чуть более требовательно сказал парень.
— Тихо! — коротко ответил я и продолжал наблюдение.
— Да что такое? — разозлился Санбек.
— Там человек! — воскликнул я, убедившись в своём предположении. — Кто-то кричит, слышишь? Кого-то приковали к столбам!
Я бросился бежать к Жертвеннику. Санбек с проклятиями побежал следом.
— Какое нам дело до приговорённых? — сбивая дыхание, кричал он. — Нас сожрёт огонь! Или ночные твари!
Я не отвечал и продолжал бежать.
— У нас даже нет оружия! — возмущался Санбек.
Так мы и бежали: он орал, а я игнорировал его. Вскоре мы оказались на вершине холма. Я сразу оценил обстановку: она была не из лучших. Новыми цепями к столбам была прикована светловолосая женщина, облачённая в грязную серую рубаху. Она лежала на животе, не имея возможности вырваться. Рыдания сотрясали её тело. Санбек замер от удивления. Я бешено соображал, что же делать. Оглядевшись по сторонам, заметил булыжник величиной с два кулака, схватил его и подбежал к несчастной. Начались попытки камнем сбить оковы. Санбек заметался из стороны в сторону.