Офсайд
Шрифт:
– Ты… – начала она, но шериф Скай прервал ее, до того как она продолжила.
– О, нет, сынок, – сказал он, качая головой, – я не могу позволить тебе сделать это.
Он снова перевел взгляд на Николь.
– Знаю, я должен был бросить, но…
– Это был я! – продолжил настаивать я. – Я был слегка на взводе, понимаешь? Не знал, почему ты так быстро убежала. Думал, что смогу найти тебя здесь, но тебя не было и …
Я замолчал и пожал плечами, надеясь, что этих объяснений ей будет достаточно.
– Мне… нужно было кое-что сделать, – произнесла она, слегка запинаясь. –
– Он просто выгораживает меня, – вновь встрял шериф Скай. – Правда.
– Вовсе нет, – настаивал я. – Это был я, Николь… правда.
– Томас, тебе не нужно…
– Я и не делаю! – сказал я.
– Делаешь…
Мы с шерифом Скай посмотрели друг на друга и вид совершенно ошарашенного выражения на его лице меня доконал. Я взорвался смехом, и, глядя на меня, он тоже не сдержался. Я не мог остановиться, хотя уже начал побаливать бок. Обхватил себя руками и чуть согнулся, но все равно не мог остановиться, хотя и продолжал ойкать.
Шериф Скай прикрыл рот рукой, стараясь сдержаться, но в итоге просто плевался сквозь пальцы.
– О, Боже мой, я не могу поверить… вы оба! – закричала Николь. Она смерила каждого из нас довольно злым взглядом, уперев руки в бока.
Мы продолжали смеяться.
– Знаешь, – сказала Николь, вновь поворачиваясь к своему отцу, – возвращаясь, я думала, что приготовлю тебе ужин, но знаешь что? Забудь об этом! Закажи себе чертову пиццу или еще что-нибудь!
Николь промаршировала вверх по ступенькам и хлопнула дверью спальни, оставив нас пялиться на лестницу с открытыми в неловкости ртами.
– Вы собираетесь сказать ей, что мы уже заказали пиццу? – спросил я.
– Ох, черт, нет, – ответил он. – Может, я даже буду скулить для вида, поедая ее.
– В каком смысле для вида? – спросил я.
– Не совсем уверен, – ответил он, – но от этого она, вероятно, почувствует, что достаточно меня наказала.
Шекспир бы, наверно, отметил в этот момент, что «народ здесь в Кенте весь вооружился»58. Почему-то мне показалось, что шериф Скай предпочел бы орду разъяренных селян гневу своей дочери.
И обратит ли она внимание на то, насколько быстро нам доставят пиццу?
Глава четырнадцатая
АВТОГОЛ
– А потом она выходит из кухни, – говорил сквозь смех шериф Скай, – и прет гигантскую головку швейцарского сыра. В смысле, реально, она была размером с ее голову – и по всему сыру видны мелкие отметины от ее зубов, к тому же за ней тянется по полу след из сырных крошек…
Я снова рассмеялся, стараясь не подавиться последним куском пиццы. Сделал большой глоток Колы, чтобы пропихнуть его, в итоге пустив пузыри носом. Шериф Скай посчитал это очень забавным, и мы снова начали смеяться.
Николь зашла на кухню и смерила нас взглядом, потом посмотрела на почти пустую коробку от пиццы и перевела брезгливый взгляд на пустые банки от пива и Колы, выстроенные в замысловатую пирамиду на кухонном столе. Без слов она подошла к холодильнику и начала
– Эй, Румпель, – мягко позвал я, надеясь, что, возможно, небольшая порция Мэлоуновского очарования сработает. В ответ я был удостоен адских клинков в ее глазах. Попытался улыбнуться, но она не купилась. Вместо этого она хлопнула ладонью по столешнице.
– Не называй меня так!
– Из-за чего ты так сердишься?
– А что, курение тайком и выгораживание друг друга – не достаточный повод?
– Ну… могло быть и хуже, – предположил я.
– Тебе лучше заткнуться, сынок, – сказал себе под нос шериф Скай, – или она оторвет тебе кое-что важное.
– Ты прав, – мягко произнесла Николь, кивнув мне. Она мило улыбнулась, и я улыбнулся шерифу, слегка ему подмигнув. Хотя все же не чувствовал себя в полной безопасности, когда он медленно покачал головой в ответ и прикрыл лицо ладонью.
– Что ж, учитывая, похоже завязавшиеся у вас броманс59, – усмехнулась Николь, – полагаю, мне вообще повезло, что я не застала чего-нибудь еще!
Шериф Скай фыркнул пивом на коробку от пиццы, схватился за нее и своротил на пол всю пирамиду из банок. Николь развернулась на каблуках и начала собирать чертовщину, которую она для себя там варганила. Шериф Скай посмотрел на меня, приподняв брови, после чего небрежно откусил очередной кусок от своей пиццы и запил пивом. Мне пришлось закусить нижнюю губу, чтобы вновь не рассмеяться. Глянул через плечо на моего котенка-Румпель, но она явно не собиралась на нас смотреть. Вновь вернулся к своей пицце – было тихо, за исключением небольшого шума, издаваемого парочкой все еще катающихся по полу банок. Николь закончила готовить себе сальсу, или какой-то мудреный салат, или еще что, разогрела нечто похожее на свежий хлеб, переложила все на тарелку и фыркнула на нас, выходя из кухни.
Мы взорвались от смеха, как только она была вне пределов слышимости.
– Я такого слова никогда раньше даже не слышал, – сказал шериф Скай, – но не думаю, что одобряю его использование.
Я заржал.
– Мне, наверно, стоит пойти поговорить с ней что ли, или как?
– На свой страх и риск, – ответил он, – Хотя думаю, сердится она на меня.
Я глубоко вздохнул, настраиваясь, встал из-за стола и пошел наверх. Ее дверь была закрыта, поэтому я сделал еще пару вдохов, подготавливаясь, прежде чем постучаться.
– Чего?
– Можно мне войти?
– Нет.
– Ой, да ладно тебе, Румпель, – сказал я. Она не отвечала. Поэтому я снова постучал. Она игнорировала меня, в итоге я начал выбивать такт, выстукивая легкий хип-хоп ритм по двери в ее спальню, пока она не распахнула дверь и снова не глянула на меня.
– Ты такой надоедливый, – заявила она, но оставила дверь открытой, в то время как сама вернулась в комнату и села за компьютерный стол.
– Что делаешь? – спросил я.
– Пишу электронное письмо маме.