Офсайд

Саваж Шей

– Ах, да. – Он проворчал что-то еще, но я не расслышал что. И не собирался переспрашивать.

После его ухода, я запустил стирку и отправился в магазин. Скидка на хризантемы пока еще не закончилась, и я купил два горшка. Проезжая мимо дома Николь, заметил, что не было ни внедорожника ее отца, ни ее машины, так что я оставил один горшок с цветком на крыльце и отправился домой.

Спустя пару часов игры в «ФИФА 2013» на приставке «Wii»²⁹ и нескольких загрузок стирки, я сделал домашку и, наконец, вновь подумал о проекте по биологии. Интересно, Николь действительно ждала

меня в библиотеке, и я просто разминулся с ней, или она и в самом деле нарочно меня продинамила. Я не додумался спросить ее об этом прошлым вечером. Достав ноутбук, начал поиски интересных организмов. Был соблазн задать в поиске «оргазмы», но я сдержался. Позвоночные были скучными, поэтому сразу их отбросил. Может, лучше что-нибудь странное, вроде эвглены³⁰ или морских огурцов, ну или типа того. Задумавшись о том, чего бы пожелала использовать Румпель в качестве объекта для исследования, я осознал, что у меня даже нет ее номера телефона.

Это нужно было исправить.

Я достал мобилу и набрал номер.

– Что случилось, Томас?

– Эй, мне нужна кое-какая информация, – сказал я. – У шерифа Скай есть дочь по имени Николь. Мне нужен ее номер телефона и любые онлайн аккаунты, которые сможешь найти: Твиттер, Фейсбук – не важно.

– Конечно.

Я отключил телефон с улыбкой.

Да, конечно же, я мог просто спросить ее, но она могла отказаться и не сказать. Черт, я не мог даже имени у нее выпытать, так что шанс узнать что-то более личное был равен нулю.

Я отправился в кровать до прихода папы, проснулся для утренней пробежки, после чего приготовился к школе. Я выехал пораньше, чтобы поехать по длинному маршруту, который пролегал мимо дома Румпель. Обычно, к тому моменту, когда я проезжал мимо, она либо садилась в свою машину или уже уезжала. На этот раз она сидела на месте водителя и стучала своим маленьким кулачком по приборной панели.

Котенок на стероидах – нечто, чего я не мог пропустить.

Я повернул свой джип и припарковался на ее подъездной дорожке. Она подняла на меня взгляд и сузила глаза, открыла дверцу и выбралась из своей машины. Я не смог удержаться, чтобы не отметить про себя, как красиво на ней смотрелись джинсы в обтяжку, и пожелать, чтобы погода была чуть теплей, тогда она не была бы с длинными рукавами. Я заглушил мотор и вышел из машины.

– У тебя проблемы с этим куском дерьма, Румпель?

– Мило, – ответила она с усмешкой. – Она не заводится.

– Нужна помощь?

– Да, если можешь.

Я обошел машину, приблизился к капоту и открыл его, немного осмотрелся, прежде чем понял, что чертова крышка сама зафиксировалась в открытом положении и не предусматривала одну из тех маленьких палок, чтобы удерживать ее. Я заглянул внутрь, гадая, что за хреновины располагались внутри этого дерьма и с какой целью.

– Попробуй завести, – предложил я.

Она вновь села в машину и повернула ключ. Колымага издала много шума, но, похоже, ничего не изменилось. Я ткнул в большую круглую металлическую штуковину в середине.

– Попробуй еще раз! – крикнул я. Никакой разницы. – Погоди. Сейчас кое-что попробую.

Я осмотрелся и обнаружил маленькую круглую детальку, за которую можно потянуть. Вылезла палка, вся в дерьме и засаленная, поэтому

я подумал, что с ней все в порядке. Я обнаружил ремень, который выглядел не сильно затянутым, но из всего, что я знал – это что он таким и должен быть. Там была большая штука, похожая на блок, с двумя болтами на верхушке, которая, как мне показалось, должна быть аккумулятором. Может, он сдох?

Блядь, если бы я знал.

– Ладно, Румпель! – выкрикнул я. – Попробуй еще разок!

Она попыталась, но ничего не произошло.

Я снова начал ковыряться и услышал, как открываясь и закрываясь, хлопнула дверца машины.

– Как думаешь, что это может быть? – спросила она, заглядывая мне через плечо.

– Может быть несколько причин, – ответил я, постукивая себе по подбородку. Я повернул к ней голову и улыбнулся, когда увидел, как она закусила губу. – Возможно, сдох аккумулятор. – Я указал на штуку в виде блока. – Или засорился топливный суппорт. Может быть, свечи зажигания или это… – Я указал на большую круглую металлическую фиговину. – Она неправильно крутится.

– А что это? – спросила она.

– Ах, это… эм… коллектор судьбы³¹.

Ее глаза вновь сузились, а потом губы дернулись, прежде чем она разразилась смехом.

– Коллектор судьбы? – взвизгнула она. – Томас Мэлоун! Ты вообще хоть что-нибудь понимаешь в автомобилях?

– Ну... нет... – признался ей, – Но это Хендай!

– Ты знаешь что-нибудь о Хендай?

Я больше не мог сдерживаться и тоже рассмеялся.

– Я ни хрена о них не знаю, – признал я.

– Ты негодяй! – крикнула она, шлепнув меня по плечу.

– Сожалею, – я пожал плечами, хотя и не чувствовал этого. Абсолютно.

– Мы проторчали тут уже пятнадцать минут! – воскликнула она. – Я опоздаю в школу.

– Скорее всего. – Я постарался сдержать смех, но безуспешно.

– Ты такая задница, – сказала она, продолжая немного улыбаться.

– Тебя подбросить? – спросил ее, воздержавшись от того, чтобы добавить «на моем члене».

– Не думаю, что у меня есть выбор, – ответила она. – Только прихвачу свою школьную сумку.

Я еле сдерживал себя, чтобы не запрыгать на месте, сидя в своей машине и ожидая ее. Определенно буду придерживаться ограничения скорости во время этой поездки. Мне хотелось провести с ней как можно больше времени, а чем больше времени я мог бы провести с ней наедине, тем лучше. Я бы мог продолжить в том же духе, и она в итоге влюбилась бы в меня. У нее нет шансов против шарма Мэлоуна.

– Какое твое любимое число? – спросил я, убийственно медленно съезжая с ее подъездной дорожки и ползя со скоростью двадцать четыре мили в час³².

– Хм... серьезно? – Она взглянула на меня с озадаченным выражением лица.

– Да.

– А что?

– Я решил, что это нечто из серии «узнать-тебя-получше», – ответил я.

– Разве тогда ты не должен был спросить мой любимый цвет? – выдала она наконец.

– Неа, – я пожал плечами. – Я предпочитаю цифры.

– Восемь, – произнесла она.

– Восемь? – повторил я. – Это странное любимое число.

– Вовсе нет, – парировала она. – Оно очень симметричное.

Я не мог с этим поспорить, но все же – восемь?