Офсайд
Шрифт:
— Сегодня среда, — сказала я, откусывая батончик мюсли с шоколадной крошкой. — Он уже знает, что заболеет в эту пятницу? Как удобно.
— Я точно знаю? — Ноэль сделала глоток ванильного кофе со льдом и закатила глаза.
— Хотелось бы, чтобы он понял, что наличие спортивного ритма означает, что он должен освещать все виды спорта, — сказала я. — Не только те, которые ему нравятся.
Я впилась зубами в жевательный овсяный батончик в руке, вымещая свое раздражение на закуску. По какой-то причине — возможно, из-за женоненавистничества —
Забавно, как это сработало.
Излишне говорить, что Лиам не стал давить на газету. Его давно должны были убрать из спортивной секции. Но наш научный руководитель, профессор Джонсон, держался в стороне — что в большинстве случаев было хорошо — и старался не вмешиваться. Как управляемая студентами группа, если мы действительно не хотели устроить ад администрации, мы мало что могли сделать, кроме как терпеть его и считать, пока он не уйдет.
— С другой стороны, — сказала она, — в следующем году его не станет. Тогда все спортивные репортажи могут быть вашим детищем.
Я мечтательно вздохнула.
— Не могу дождаться.
Хоккей был религией в нашем доме, когда я рос. Дерек и я научились кататься на коньках вскоре после того, как научились ходить. Папа каждую зиму заливал каток на заднем дворе, и мы проводили на нем каждый час бодрствования. Мы оба играли в хоккей, когда стали старше. К сожалению, хоккей был дорогим занятием, и наша семья могла позволить себе играть только одному из нас. Поскольку Дерек был лучше, он выиграл, и мне пришлось остановиться в средней школе.
Но мне все равно это нравилось, а значит, я и по сей день была абсолютной хоккейной фанаткой. Статистика, награды, рекорды, новички и результаты. Я следила за всем этим. Очки, голы, передачи, что угодно. Я вообще была спортивным ботаником. Я могла, и часто делал это, обучать Лиама статистике в любой день недели.
Меня очень возмущало, что Лиам добился успеха в спорте просто потому, что он появился на сцене за год до меня. Если бы это было основано на заслугах, оно бы уже было моим.
Зара вытянулась, закинув ноги на свободный стул рядом со мной.
— Ты закончила с этим заявлением на получение стипендии?
— Еще нет. Им нужна вся история моей жизни. Я удивлена, что они не попросили еще и образец ДНК.
— Я болела за тебя. Думаю, у тебя хороший бросок. — Она собрала свою длинную косу каштановых волос, закрутила их и закрепила двумя желтыми карандашами. На ней это был грязный шик. Когда я пыталась это сделать, я была похожа на сумасшедшего профессора.
Я одарила ее полуулыбкой.
— Я надеюсь, что это так.
Было трудно оценить мои шансы на самом деле, когда
И это был только начальный раунд, где они сузили список до пяти финалистов. Если бы я дошла до следующего раунда, у меня бы взяла интервью группа преподавателей факультета журналистики, некоторые из которых получили престижные награды в разные периоды своей карьеры.
Мягко говоря, пугать.
Справедливости ради следует отметить, что объем работы был оправдан размером стипендии. Это была солидная стипендия, которая избавит меня от необходимости беспокоиться о деньгах в следующем году — у меня даже может быть передышка в финансовом плане, как бы трудно это ни было представить. И это определенно поможет облегчить бремя моего студенческого кредита, как только я закончу учебу.
Я отчаянно хотела получить стипендию. Отчаянно нуждался в этом. Надеялся, что я буду счастливчиком среди бесчисленных претендентов, которые его получили. Но я знала, что это был долгий путь, поэтому я пыталась умерить свои ожидания.
Ближе к обеду из кабинета стали вылетать другие студенты. В итоге остались только мы трое. Ноэль работала над английской статьей, Зара проводила исследования для проекта по психологии, а я пытался сосредоточиться на своем учебнике по видео- и аудиопроизводству. Но мои мысли продолжали возвращаться к выходным — и не из-за Люка.
— Так? — Зара проверила, свободен ли берег, затем склонилась над столом. Она пошевелила идеально очерченными бровями. — Как он?
— Кто? — Я притворялась немой, борясь с явным приливом тепла, расползающимся по моей шее.
— Супер горячий парень, с которым ты пошла домой, глупышка. Чейз?
— Я не знаю. Мы не спали вместе, — сказала я. — Слава Богу.
— Почему бы и нет? — Она драматически жестикулировала. — Он был идеальным отскоком. Высокий, темноволосый и похотливый.
— Я была слишком пьяна, например. Меня вырвало по дороге домой. По его словам, несколько раз. Я не могу сказать, так как мало что помню из того периода времени.
В частности, я понятия не имела, что я сказала, и у меня было сильное подозрение, что я выкинула на воздух какое-то грязное белье. Вопрос только в чем.
Зара вздрогнула и втянула воздух.
— О, нет.
— Извини, — Ноэль вздрогнула.
— Последние две порции были моей идеей, так что мне некого винить, кроме себя.
— Думаешь, ты увидишь его снова? — спросила Зара.
С моей удачей, я бы, наверное, так и сделала. Но я планировала как можно больше избегать хоккейных игр в будущем. Я уже придумывала предлоги, чтобы отказаться от субботнего матча-реванша против «Соколов» на домашнем льду. Я колебалась между созданием 24-часовой проблемы с желудком или экстренным проектом в группе. Потому что идея увидеть Люка и Чейза в одном месте была, честно говоря, ужасающей.