Официантка
Шрифт:
— Ох, Маринка, Маринка! — Игорь посмотрел Марине в лицо, словно пытаясь увидеть, понимает она, что он говорит, или нет.
— В чем не права?
— По отношению к себе нельзя так думать. Так бывает, конечно…
— Что мы сейчас и наблюдаем.
— Не язви. Ты думай, что ты — исключение. Что у тебя все будет хорошо. А уж точно будет. Я помогу.
«Когда наиграешься. Поможешь, конечно. Только вот нужен ли ты мне тогда будешь?» — подумала Марина.
— Помогу, тут не сомневайся даже. Но я сейчас говорю про другое. Марин, роди мне сына.
— Что?!
— Я давно хотел предложить. А ты сейчас про детей так кстати заговорила,
Марина лишилась дара речи, услышав такое предложение. Конечно, едва живая Лиза с её многочисленными болезнями даже помыслить о другом ребенке не могла, но чтобы вот так…
— Я хочу много детей. У меня все для этого есть, — серьезно произнес Игорь. У Марины рассеялись последние сомнения по поводу того, не шутит ли он. — Зачем я шел к деньгам, к тому, чтобы как следует укрепиться в жизни? Если не для того, чтобы детей нарожать и воспитывать их? Вот ты и роди мне мальчишку, чтоб на тебя был похож. С таким же характером, наглый такой же чтоб был, уверенный в себе. Ведь это же будет стопроцентный человек нового поколения!
— Да?
— Да! А там, Бог даст, и ещё одного. Мы с тобой будем отличные родители.
— Как же Лиза? — Марина замерзла, покрывшись мурашками в жарком сухом воздухе сауны. — С Лизой-то что ты собираешься делать?
— Ничего. Лиза не может больше рожать. Она у меня умница. Лечится, духом не падает, — ответил Марине Игорь, и за словами его чувствовалась теплота и даже что-то вроде любви.
— Игорь, я не понимаю, — Марина напряглась, — то есть ты разводиться с ней не собираешься, а мне предлагаешь…
— Не собираюсь, разумеется, а зачем?
— С Лизой будешь жить, а со мной у тебя будут дети?
— Думаешь, я не смогу обеспечить всю нашу команду? — улыбнулся Игорь. — Уверяю тебя, сумею. И надеюсь, с большим успехом. Недовольных и нуждающихся не будет.
Марина попыталась отшутиться, но Игорь ждал более конкретного ответа.
— Ну так что? — с серьезным видом спросил он.
— Игорь, это что, встречное предложение? — Марина тоже стала серьезной. — Только не обижайся, я говорю, что думаю. Вроде «дашь на дашь»? Я тебе сына рожаю, а ты мне с «Топтыжкой» помогаешь? Я тебя правильно поняла?
— Нет, Марина, с чего ты взяла? — Игорь вскочил. — Я просто хочу ребенка.
— Если я тебе сейчас с ребенком откажу, ты мне тогда помогать не будешь? — Марина схватила Игоря за руку и заставила его сесть на лавку.
— Ты меня просто к стенке приперла. Нельзя так, Марина…
— Как это нельзя? — мягко спросила Марина. — Мы же откровенны друг с другом. Я тебе как лучшему другу, всю правду…
— Ну что такое, Марина… — Игорь не был готов к тому, что Марина окажется вдруг такой слабой и растерянной.
А Марина старалась вовсю, и Игорь, весьма хорошо её знавший, сейчас все-таки «повелся» и расчувствовался.
— Ты мне не ответил…
— Ты что говоришь, Марина! — Игорь попытался обнять её. — Да как ты только такое подумать могла? Это не условие никакое! Дела у нас с тобой так делами и останутся, а ребенок — он сам по себе! Я же не тороплю.
— Да, да, я понимаю…
— Ты же у нас женщина одинокая, а я мужчина с достатком, мы с тобой друг друга знаем до донышка. А мало ли что в жизни у нас изменится, мы же цивилизованные люди, всегда сможем все переиграть и договориться. Ведь правда?
«Обойдешься», — подумала Марина. А вслух сказала:
— Конечно, Игорь, да. Я все понимаю. Мы все можем…
— Ты сама хочешь?
— Если девочка будет?
— Не-а, не будет. — По всей видимости, Игорь был настроен решительно. — Я просто уверен — ты родишь мне сына.
— Конечно, Игорь, да, да. — Марина решила, что пора сворачивать этот разговор. — Только сейчас я совсем не готова.
— Я понимаю.
— Ни физически, ни, главное, морально. Это мне как-то надо особенно настроиться, а потом отдохнуть где-нибудь месяца полтора-два в горах, сил набраться.
— Все будет! — произнес Игорь, словно клятву давал.
— Ну, пусть тогда время на нас играет, — ответила Марина.
Большого труда ей стоило переварить этот разговор.
«Это за кого же он меня принимает? Я тут планы строю, дебет с кредитом свожу, а все, что от меня нужно, — это стать матерью-одиночкой сыночка, которого не может быть у Лизы с Игорем? — придя домой, думала Марина со злостью. — И все? Это все, оказывается, на что я в его глазах способна? Сыночка родить? Ах ты, муси-пуси! Так на то есть ткачиха с поварихой, с сватьей бабой Бабарихой! „Я хочу, чтоб он был похожим на тебя, такой же наглый!“ Ишь ты! Ну надо же, как спокойно он это все говорит. Просто так ему все, легко. Роди, а я обеспечу всю нашу команду. Вот ведь и правду говорят, видно, что только одной женщины мужикам мало, нужно обязательно несколько. Очень хорошо получается… Одну он будет любить, холить и лелеять, а другая ему будет детей рожать? Дудки! Хорошо хочет устроиться. У него будет семья, дети, а я, значит, только ракета-носитель? И что получится? Станет этот мой сын от папочки ко мне в гости на выходные приезжать. Или наоборот. И все? Очень мудро. Нет уж. Шиш тебе, Игорь, с маслом! Ищи другую, плати ей за это бабки, пусть рожает хоть сто сыновей. А мы сами как-нибудь разберемся, кого и когда рожать».
С каждым месяцем увеличивалось число посетителей «Генерала Топтыгина», и, как шутила Наташа Орехова, «раз от раза улучшалось их качество». Любому ресторану было приятно принимать у себя клиентов с высокой покупательной способностью.
Марина, выбирая помещение под ресторан, предусмотрела большую площадь перед входом, и в летние месяцы удалось в этом месте выставить веранду с ковровыми шатрами, приподнятыми снизу на колышках, так что ветер гулял по ногам, не создавая сквозняка, а жары не чувствовалось.
Все столики, и внутри помещения, где на полную мощность трудились кондиционеры, и на улице, бывали заняты. Ресторан все лето работал ежедневно до четырех-пяти часов утра. Пришлось даже дополнительно нанять несколько официантов и кухонных рабочих.
Зачастил в последнее время в ресторан управляющий филиалом одного мощного банка. В июле специальным блюдом месяца были крепинеты — голубиные и перепелиные тушки, зажаренные над углями на решетке. Мясо их было легкое, нежное, как раз под сухое белое вино, — вот эта комбинация и пришлась особенно по вкусу румяному банкиру, изнуренному, видно, своей собственной значительностью и серьезностью всего того, за что он отвечал. Романтизма ему не хватало — это Марина сразу заметила, едва увидела это создание у себя в ресторане. Наташа Орехова, точно выполняя Маринину инструкцию, тут же принесла ей визитку этого гражданина. Марина решила, что банкир ей пригодится, и постаралась запомнить его в лицо. А память на клиентов была у неё профессиональная.