Официантка
Шрифт:
— Проси! — развеселился Хан.
— Не выделывайся, — предупредила Марина. — Бог накажет.
— Я мусульманин, — весело подмигнул ей Хан. — У меня свой бог.
— водку трескаешь.
— Нам, мусульманам, не возбраняется, можно. И даже полезно…
— Я думала, с тобой можно нормально разговаривать. — Марина повернулась, чтобы уйти, но Хан поймал её за руку.
— Ладно, не буду больше её трогать. — Он заглянул Марине в лицо. Пусть мне покушать подносит, я ей на чай всегда оставлю…
— Это
— Ты меня не разводи ни на что…
— Очень надо.
— Я тоже не дурак, все понимаю. Когда меня просто просят, а когда разводят.
— Ну вот и ладно. Я рада, что ты все понимаешь, — согласилась Марина, подхватила Хана под руку, чтобы отвести к гостям. — Значит, и сейчас, и в другой раз сможем нормально договориться. Да? Мы же с тобой понимаем друг друга.
— А, Маринка, — Хан был всем доволен, — нас с тобой уже ничего не испортит!
«Это с какой стороны посмотреть», — подумала Марина.
— Ну, счастливой семейной жизни, партнер! — весело махнула она Хану рукой.
— Ох, и ядовитая ты, Маринка! — замотал головой Хан, но дурашливо привалился к ней обниматься и целоваться на прощанье.
Марина села в машину к Руслану и поехала с ним на дачу, которая тоже находилась поблизости.
Руслан места себе не находил от счастья, а Марина хотела только одного — поскорее лечь спать и закончить этот душный, суматошный и такой длинный день.
Часть вторая
Глава 1
И вечный бой…
Вновь наступило лето, и Карина с годовалым Олежкой приехала пожить к своим родителям. Багажа с ней была полная машина, и родители долго с интересом рассматривали вещи, которые необходимы были для нормальной жизни современного ребенка.
Олежка быстро привык к новым бабушке и дедушке, к тому же он попал в руки к ещё очень молодым и бодрым прабабушке и прадедушке. Он, к радости всех, моментально запомнил, как кого зовут, и лепетал что-то на своем детском языке.
Карина, такая спокойная, довольная жизнью и освобожденная от воспитания ребенка восторженными бабушками и дедушками, встречалась со своими подругами, часть из которых так и осталась жить в городке, а часть приехала домой на каникулы. Замуж кроме неё никто ещё не вышел, и только их с Мариной одноклассники, Сережа и Лиля, собирались осенью расписываться.
— Бедные только мы будем, — жаловалась Карине Лиля, — и родители особо помогать не смогут, и Сережа мало получает. А мне в школе копейки платят.
Лиля сразу после окончания школы поступила учиться в педагогический институт, правда, на заочное отделение, и вот теперь работала учительницей
— Что будешь делать, — отвечая на удивленный вопрос Карины, нельзя ли что-нибудь тогда изменить, устроиться куда-то, где платят больше, говорила Лиля. — Хорошо хоть такая работа есть, у некоторых вообще никакой. На рынке с тряпками можно сидеть, но тоже впустую. Никто у нас тут ничего не покупает.
Карина сочувствовала ей, но тоже не знала, что делать.
— Хорошо вы, наверно, живете, — вздыхали подруги, рассматривая Каринины вещи.
— Да нет, скромно. — Честно признавалась она.
— Да ладно. Москва…
— И что «Москва»?
— Повезло тебе, в общем.
Карина с удовольствием раздаривала девчонкам наряды, которых набила ей Марина полную сумку. Ей они были совершенно не нужны, она снарядила эти вещи Карине домой, чтобы та модничала в них по улицам городка или отдала маме.
— Ишь, барыня какая, — вырвалось у Валеры, когда он увидел вещи, которые закинула к ним домой Марина накануне отъезда. — Надоели тряпки. Тебе жертвует?
— Что ты говоришь! — вступилась за сестру Карина. — Она же добрая. И любит все время в разном быть, что ты, не понимаешь, что ли? Она и старается. А это все посмотри, какое хорошее и дорогое, куда теперь девать? Не выбрасывать же!
— Тебе обноски зачем?
— Никакие это не обноски! Вот, посмотри! — Карина хватала вещи сестры и прикладывала к себе. — Все новое. А это… Я подружкам раздам, они там у нас в жизни такого не купят!
— Ну только так, без пафоса, — предупредил Валера. — А то будешь… Дама-благотворительница.
— Само собой! Вот увидишь, девчонки будут рады!
Подружки и вправду оказались очень рады. А если кто и завидовал Марине (потому что Карина сразу призналась, что все это добро Маринино), то виду не подавали. Все хорошо знали Карину и то, что её легко можно было обидеть.
— Надо тоже в Москву ехать жить, — мечтательно говорили девчонки. — А Марина там поможет устроиться?
— В ресторан если только, — Карина даже не знала, что и отвечать.
— Ты-то сама будешь ещё работать? — спрашивали наперебой девчонки. Все были в восторге от того, как удачно Карина вышла замуж и вообще устроилась в жизни.
— Не знаю, — признавалась Карина и улыбалась, — может, ещё одного ребеночка соберемся родить.
Но ещё один ребеночек намечался у Ларисы.
— Это вы специально для меня постарались? — шутила Марина, узнав об этом. — Чтоб мне жизнь медом не казалась?
— Работай, — отшучивалась в свою очередь Лариса, но все чаще появлялась в «Сакунтале», потому что ресторан свой любила, да и домашнее однообразие уже успело надоесть.