Однолюб
Шрифт:
— Но ведь твое отношение ко мне изменилось? — полуутвердительно, полувопросительно произнес Мэтью.
— Ты же знаешь, что изменилось. Но нам пока еще слишком рано жить вдвоем.
— Слишком рано?! — Мэтью смотрел на нее с недоверием. — Мы знаем друг друга уже несколько лет. Пять с половиной, если уж быть точным.
— Но до недавнего времени ты смотрел на меня как на девушку своего брата, — напомнила ему Фаби.
— Я уже говорил тебе, что всегда хотел, чтобы ты была моей. Дело не в том, что мне некому подносить тапочки,
— Мэтью, ты не слышишь меня. Я еще не готова. Давай оставим все как есть.
— Я подожду, Фаби, подожду, сколько потребуется, пока ты наконец не поймешь, что у нас с тобой не просто интрижка. Я намерен посвятить тебе свою жизнь, холить тебя и лелеять, владеть твоим сердцем. Вот так. Я заслужу твое доверие, и неважно, сколько времени на это уйдет. И золотое колечко на твой пальчик тоже надену! Так и знай!
— Ты разбил мне сердце, монстр. — Пейдж по-дружески потрепала Кайла за щеку, когда на следующей неделе Фаби вместе со своими закадычными друзьями обедала в доме у подруги. — Как здорово снова вот так посидеть втроем!
Пейдж права, подумала Фаби. Как в старые добрые времена, даже несмотря на то, что Кайл без умолку рассказывает о своей невесте.
— Я рассчитываю на вас обеих, девчонки. Вы же будете держать меня за дрожащую руку у алтаря?
— Только попробуй меня не пригласить! — пригрозила Пейдж, подкладывая в его тарелку еще одну порцию лазаньи. — Значит, вы решили пожениться в Айрон-Рок по местным традициям. Далековато.
— Кайлу посчастливилось погулять на одной свадьбе, когда он летал туда на фотосъемки, — пояснила за него Фаби. — И с тех пор он буквально заболел иде… — Она недоговорила, ей вдруг стало душно. Перед глазами заплясали черные звездочки, и в следующую секунду, к ужасу двоих ее друзей, Фаби рухнула на диван.
Первое, что увидела Фаби, придя в себя, — заплаканное лицо Пейдж. Рядом стоял Кайл, бледный как смерть.
— Ну вот, открывайтесь, открывайтесь, мои ангельские глазки, — сказал он с облегчением. — Умница, уже очнулась. Сесть можешь?
Он помог ей сесть. Пейдж суетилась вокруг, как беспокойная мамочка.
— Выпей воды. Или лучше вина? Чего ты хочешь, Фаб? — причитала она. — Боже, как ты нас перепугала! Что с тобой случилось? Ты же почти не пила спиртного.
Фаби сделала неуверенный вдох.
— Комната вдруг закружилась. Похоже, я упала в обморок.
Кайл сжал ее ладонь в своей руке.
— Как ты себя чувствуешь?
— Бывало и получше. — Она улыбнулась Пейдж. — Пожалуй, выпью чаю.
Пейдж тут же бросилась на кухню.
—
— И чувствую себя тоже неважно. — Фаби передернула плечами. — Никогда раньше не падала в обморок.
— И в будущем, пожалуйста, больше не падай. Ни в моем присутствии, ни когда меня не будет рядом! Когда Мэт возвращается с островов?
— Завтра или в субботу, точно пока не знаю.
— Постарайся отдохнуть в выходные. — Кайл усмехнулся. — Уверен, Мэт не станет возражать против постельного режима.
— Я бы его уже прямо сейчас начала соблюдать, — устало призналась Фаби. — Если бы у меня была волшебная палочка…
— Пейдж наверняка не отпустит тебя домой в таком состоянии, — сказал Кайл.
Он угадал: подруга начала громко протестовать, когда Фаби заикнулась насчет возвращения домой.
— Я уже в порядке, — заверила она.
— Не волнуйся, Пейдж. Я доставлю нашего инвалида домой и не уеду, пока не упакую ее в кровать вместе с телефоном.
Он сдержал свое слово. Пока Фаби переодевалась в ванной, Кайл заварил чай, а затем проследил, чтобы она легла в кровать.
— Посидеть с тобой? — озабоченно спросил он.
Фаби покачала головой.
— Я лучше попробую уснуть.
Он наклонился и чмокнул ее в щеку. У двери оглянулся и строго погрозил ей пальцем.
— Если тебе станет хуже, обязательно позвони мне. У меня нет таких важных дел, которые я не смог бы отложить, чтобы не прискакать на помощь к моей принцессе.
Фаби рассмеялась.
— Но для этого моему рыцарю понадобится лошадь.
Кайл не улыбнулся в ответ.
— Фаб, я серьезно. Без церемоний звони мне, обещаешь?
— Обещаю.
— Береги себя.
В тишине пустой квартиры Фаби вдруг до слез захотелось снова увидеть свою практичную бабулю, услышать ее ровный, низкий голос и ощутить тепло ласковых рук. Но так как Марта Рей терпеть не могла эту сырость, как она называла слезы, Фаби высморкалась, глубоко вздохнула и твердо решила поспать, ведь именно крепкого здорового сна ей и не хватало в последнее время.
На следующее утро она проснулась позже обычного бодрой и полностью отдохнувшей. Пейдж строго-настрого запретила ей выходить сегодня на работу, поэтому Фаби решила пройтись по магазинам, чтобы приготовиться к сегодняшнему ужину с Мэтью.
При мысли о Мэтью Блэкберне ее охватывала эйфория. Она любила этого мужчину всеми фибрами своей души и понимала, что наступит тот день, когда ей придется горько пожалеть о том, что не уберегла свое сердце. Что ж, она уже смирилась со своей судьбой. Фаби вздохнула. Сколько бы Господь ни отвел мне времени рядом с Мэтью, все мое.
Вернувшись домой, она прослушала сообщение на автоответчике.
— Я уже в Сиднее, заеду к тебе сегодня вечером, — сообщил уже ставший до боли родным голос. — Я так соскучился по тебе, Фаб.