Одного поля ягоды
Шрифт:
— Адрес: номер восемь, Эскуотер-роуд, волшебная деревня Монтроз, Шотландия, — сказал Том сове. Когда он закончил говорить, сова повернула голову и моргнула своими большими круглыми глазами. — Вперёд, время отрабатывать своё содержание.
Сова не прыгнула с насеста и не улетела. Том попытался её согнать. Она клюнула его в руку.
— Монтроз, Шотландия, — повторил Том. — Ты меня не слышала? Доставить мистеру Вайкарду Козелу по адресу номер восемь, Эскуотер-роуд, — медленно и тщательно выговаривая слова, Том снова прочёл имя. — Вайкард Козел.
Сова всё ещё не шевелилась.
— Нотт, думаю, твоя
— Так, дай мне попробовать. Ты, должно быть, неправильно произносишь, — Нотт вырвал список адресов из руки Тома и зачитал адрес вместе с именем получателя.
Сова не улетела. Она переминалась на жёрдочке, покричала, немного распушила перья и покакала. Но не отправилась в руки Зефира{?}[Мифологическое второстепенное божество Древней Греции. Самый мягкий из ветров, посланник весны. А так же тёплый и влажный западный ветер, дующий с побережья Атлантического океана, названный в честь упомянутого божества. ], как ожидалось.
— Хм, — нахмурился Нотт. — Ну, это необычно.
— Попробуй другую сову, — предложил Том. Он начал отвязывать письмо от её лапки.
Вторая сова тоже не улетела. И третья. И четвёртая. Том начал раздражаться.
— Волшебные совы, что, настолько некомпетентны? — сказал Том. — Мне всё надо делать самому?
— Дело не в совах, — задумчиво сказал Нотт. — Не может быть. Одна сова, возможно, могла быть списана из инкубатора и продана как плохое яйцо. Но четыре совы, купленные в четыре отдельных раза четырёх разных пород? Не может быть совпадением. Это слишком маловероятно. Скорее всего, они, он — ну, знаешь, сегодняшний счастливый победитель — наложит чары Фиделиуса, чтобы предотвратить нежелательные доставки в некоторое время между нынешним и когда мы в первый раз посмотрели список адресов. Возможно, они начали ожидать грубой игры с учётом предыдущих доставок. Как и я, они тоже должны были догадаться, что это слишком маловероятное совпадение.
— Фиделиус, — размышлял Том. — Я читал об этом. Продвинутый магический метод сокрытия важного объекта, места или части информации, но я считал его бесполезным, раз для него необходимо довериться третьему лицу, чтобы сохранить этот секрет. Если тебе нужен второй человек, в чём смысл? Ты только что уничтожил саму суть секрета.
— Устранение Хранителя Тайны — вот как исторически разрушаются чары Фиделиуса, — сказал Нотт, возвращая бесполезных сов обратно в их ниши для сна. — Они должны использоваться в качестве одной резервной линии обороны из нескольких, а не как защита сама по себе. Каждый, кто знает секрет до того, как на секрет были наложены чары, не будет вынужден забыть его после их наложения. Будет сложно вспомнить секрет, если только они не думают о нём намеренно, и они не могут передать его новым людям, так же, как мы не можем дать совам адрес, потому что они не Хранители Тайны.
— Это очевидный недостаток, — заметил Том. — Нет никакой гарантии, что вспомогательные хранители почувствуют себя обязанными защищать тайну или будут рады тому, что Хранитель Тайны вмешивается в их воспоминания ради собственной выгоды.
— Полагаю, стратегия заключается в выборе достаточно скрытого знания, чтобы наложить на него Фиделиус, — сказал Нотт. — Это снижает потенциальное число «вспомогательных» или второстепенных хранителей. Тем не менее они не могут передать его
— Чем больше я об этом слушаю, тем более бесполезными кажутся чары Фиделиуса, — заметил Том. — Любой вспомогательный хранитель, обнаруживший, что факт, который он знал вчера, на следующий день превращается в неописуемое знание, поймёт, что кто-то посчитал этот факт слишком важным, опасным или ценным, чтобы открыто о нём говорить. Разве это не будет способствовать тщательному рассмотрению? Толике любопытства? Секреты не хранят и не защищают беспричинно. Скажи мне, Нотт, обычно ли для волшебников накладывать чары Фиделиуса ни по какой другой причине, кроме собственного развлечения?
— Нет, — признал Нотт. — Никогда. Это мудрёная магия, дьявольски сложная. Если заклинатель и его Хранитель ошибутся или дрогнут в своём намерении или решимости, они размозжат свою память так, что она не будет подлежать восстановлению. Это глубокое понятие, гораздо сложнее учебников, потому что это магия души. Она заодно задевает разум непричастных прохожих, потому что предаёт знания из их разума в самую душу Хранителя.
— Тогда, полагаешь ли ты, — размышлял Том, — если бы мы были вспомогательными хранителями, обязаны ли мы были бы увидеть адрес, спрятанный Фиделиусом? Сова, отправленная нами, не найдёт его, но, уверен, ничто не остановит нас от визита. Если это секрет, который достоин сохранения, то, очевидно, не стоит ли его расследовать? Чары Фиделиуса не накладывают без причины.
— Ты предлагаешь, Риддл, посетить дом человека, который разбивается в лепёшку, чтобы защитить свою личность и частную жизнь? — сказал Нотт с приходящей в его голос дрожью. — Ты с ума сошёл?
— Нет, не сошёл, — сказал Том. — А я необычный волшебник. Пошли, Нотт, если они ставят такую защиту, они начинают подозревать, что под прицелом. Прошли дни простофиль. Мы тоже можем провести небольшое расследование. Просто взгляд-другой, никто нас даже не заметит. А потом мы можем вернуться в Хогсмид.
— Это ужасная идея, — пробормотал Нотт. — Я уже вижу, как всё может пойти в тартарары. Агх. Подожди минуту, Риддл.
С хлопком аппарации Нотт исчез из совятни поместья и вскоре снова появился, держа в руках свёрток тяжёлой тёмной ткани:
— Вот, плащи и шарфы. Накрой свою мантию Хогвартса, все на Островах тут же узнaют герб факультета. Надень капюшон и завяжи шарф на лице. Используй заклинание приклеивания, если нужно, чтобы никто не мог сорвать его с тебя, — когда Том подчинился, Нотт прикрыл собственную форму плащом с капюшоном, продолжая бормотать себе под нос. — Монтроз… Монтроз, когда я был там в последний раз? Не помню, должно быть, прошли годы… Монтроз, ах да, лето тридцать девятого…
Тебе повезло, что я раньше был в Монтрозе, — сказал Нотт, зачаровывая шарф на своём лице. — Иначе пришлось бы перемещаться по камину на торговую улицу, а их отслеживают. Давай, держись за мою руку. Нет, ты обязан взять её, а не коснуться её. Это не то же самое, что портключ, — да, мне тоже это не нравится, но осмелюсь предположить, расщепление тебе вряд ли понравится больше. Мы должны аппарировать вместе. Держи палочку наготове, мы наложим Дезиллюминационные заклинания на себя в секунду прибытия.