Одно но
Шрифт:
Стон вырвался наружу, оргазм, стоя посреди зала с многочисленными глазами. Эйфория туманит мозг, я в космосе, не вижу вокруг себя никого и ничего, тело с мелкой дрожью сжимается и падает в огромную пропасть, наполненную светом, теплом звезд. Я лечу в замедленной фотосъемке, разглядывая вокруг себя красоту. Кажется, что я не на земле, парю в сладком чувстве оргазма. Прихожу в себя, раскрываю глаза и вижу лицо Митяя, глаза играючи улыбаются, кладу отяжелевшие руки ему на плечи, утыкаюсь в грудь лицом, сгорая от стыда. Я боюсь оглядеться вокруг. Митяй обнимает меня и прижимает, играет
– Потанцуем. – приказывает он, начиная движения.
Мое тело всецело принадлежит ему и справиться собой крайне сложно, да и желания нет это делать, я счастлива.
– Не нужно стесняться, – шепчет мне на ухо.
– Я только что испытала чувства, которые, наверно, нельзя было испытывать.
– Почему? Отчего такие выводы? – поворачивая меня в полуобороте танца.
Решаю воспользоваться моментом и оглядываюсь по сторонам, понимаю, что мы единственная танцующая пара в центре всеобщего внимания.
– На нас смотрят. – с тревогой говорю я.
– Ну, конечно, сегодня ты королева этого бала. – поворот в танце. – Ты только посмотри, как на тебя смотрят мужчины, и каждый хотел бы быть на моем месте.
– Не поняла. – озаряюсь вокруг себя.
– Ада, ты излучаешь секс, ты пахнешь сексом, таких женщин очень мало, ты уникальна, поймешь это со временем, а сейчас нужно научиться управлять собой.
– Ты это серьезно?
– Более чем, я кончил вместе с тобой, мои брюки мокрые, и это ты ко мне не прикоснулась, и себя не трогал. Когда ты открыла рот в стоне, из тебя вышел аромат, который накрыл меня с головой, и я вместе с тобой парил среди звезд.
– Что?! – спуская руку на его…
– Убедилась? – кривая ухмылка красивых глаз.
– Как?
– Я же тебе говорю – ты уникальна.
– Но почему с му… – запинаюсь, вспоминая Адриана.
– Муж? Он сам не знает, поэтому он кончает очень быстро, не удовлетворив тебя. За все эти годы в тебе накопилась энергия, которой тебе нужно научиться управлять, ты даже представить не можешь, какая это сила.
– Я чувствую себя виноватой… – сжимаю его руку при повороте, кружась на белом отражающем полу.
– В чем?
– Я изменяю ему с тобой, а мужа виню в этом. – закрываю глаза и вижу, как он трахается с другой в туалете, мерзкая картина открывается с другой стороны.
– Со мной? – рассмеялся он. – Я только тебе помог, полового акта не было, ты забыла условия договора?
– Все равно это измена! – виню себя в чем – то, но не могу разобраться в чем.
– Ты никогда его не любила, – неосторожно прыснул он.
– Это не тебе говорить, – злюсь, поддаваясь танцу. – Почему одни танцуем? – грубость в моих словах, и какое право он имеет так говорить.
– Мы открыли этот вечер, а за иными дверьми другая жизнь, и узнаешь ты о ней не сегодня, пожалуй, мы с тобой сейчас удалимся.
– Почему? – ищу глазами что – то.
– Ты не готова, – ловит мой взгляд на себе.
– К чему? – в надежде услышать ответ.
– Это уже решит Милли.
Кусаю губу, жду окончания танца, вспоминаю расписание, каждый понедельник психолог, а в воскресенье Джонни. И мне не терпится уже встретиться с ними.
Поспешно
– Все хорошо?
Я роняю слезу, быстро моргая.
– Нет, – опускаю свое лицо вниз к коленям, и вижу, что рука Митяя сжимает мою.
– Сейчас пол третьего ночи, и ты едешь, с сексуальным мужчиной в самой дорогой машине, с твоими детьми лучшая няня, таких еще поискать, а твой муж развлекается в дорогом ресторане с другими женщинами, не думая, не вспоминая ни тебя, ни то, что у него есть дети и семья. Отчего тебе грустно?
И действительно, оно так, если бы не соглашение, моя жизнь продолжалась в серых буднях, каждый день, как предыдущий, и ломала голову над изменами мужа, съедала себя изнутри медленно каждый день и не замечала, как превращаюсь в старуху, при этом чувствуя денежную зависимость.
– Твоя жизнь меняется, это будет сложно принять. – вздыхает. – Ты можешь в любое время разорвать соглашение, если захочешь, поэтому тебе дано три месяца, – внимательно смотрит на меня, пытаясь прочитать мои мысли.
– Ты прав, мне просто страшно. – меня осеняет, что я испытываю чувство страха вместо вины, боюсь последствий, вот что испытываю. Боюсь реакции мужа, осуждения.
Возвращаюсь домой. Тишина и мрак, безумно хочется закурить, глушу в себе это желание, распахиваю настежь окно, останавливаю взгляд на тех дверях. Ловлю себя на мысли, что я там, внутри, погружаюсь в другую жизнь. Я желала всем нутром оказаться там, и вот – я здесь, ощущаю сладость жизни, невольно улыбаюсь. Смотрю на телефон, время четыре тридцать, с облегчением вздыхаю – сегодня пробежки нет, смогу насладиться сном. Забираюсь в кровать, обнимаю деток, чувствую запах детства, свой аромат, такой родной и близкий, погружаюсь в сон, не вспоминая Адриана.
День шестой
Этот день принадлежит мне и моим деткам. Тата на столе оставляет конверт с деньгами и с рекомендациями, куда можно сходить с детьми. Достаточная сумма на один выходной, столько сколько Адриан не давал ни разу, на эти деньги мы бы могли слетать на море и жить там целый месяц, ни в чем себе не отказывая. Мозг начинает переваривать информацию, как объяснить мужу, откуда столько денег, но сразу же откладываю мысль, когда входит на кухню Адриан с оправданиями:
– Вчера был важный ужин с предпринимателями, эта встреча может сделать нас богатыми. – потягивается, разводя руки в стороны, и заглядывает в сковородку с яичницей.
– Ты проголодался? – вижу его сверкающие глаза на еду.
– Да, накорми своего мужа, – глядит на меня так, как будто не узнает. – Что с тобой? – я теряюсь, что со мной? Чуть ли не срываюсь к зеркалу, как вдруг он добавляет:
– Ты изменилась во внешности.
– А, ты про прическу? Да, я вчера была у парикмахера.