Одно лето
Шрифт:
— Напомни мне позже, я тебе покажу.
Рассмеявшись, Брайан ткнула Шейда локтем в бок.
— Я не об этом, хотя твоя идея мне нравится. Вот представь: пара, оба молодые, симпатичные. Ясно, они друг другу нравятся.
— Это великолепно.
— Не будь циником! — приказала она и открыла дверь фургона. — Люди устают друг от друга, когда у них четверо детей, закладная на дом и десять или даже двенадцать лет брака за спиной.
— Ну, и кто из нас циник?
Брайан начала было говорить, но смолкла и нахмурилась.
— Наверное, я. —
— Когда брак удачный, — Шейд осторожно положил сумку с камерой под приборную панель, — все удивляются.
— Да уж.
В машине повисла тишина. Брайан вспомнила, какую сильную зависть испытала к Браунам, когда фотографировала их. Теперь, много недель и километров спустя, еще одно событие показало ей, что она не до конца избавилась от этого чувства. Она загнала его куда-то в дальний угол сознания, но как только увидела пару на трибуне стадиона в маленьком городке, зависть снова выползла на свет.
Семья. Единство. Узы. «Может, — думала Брайан, — некоторые просто держат данные обещания?» Или, может, не все способны ужиться с другим человеком, не все хотят идти на уступки и искать компромиссы?
Оглядываясь назад, она понимала, что они с Робом старались сохранить отношения, каждый по-своему. Единства в их действиях не было, каждый поступал так, как хотел, не считаясь с мнением другого. Следовало ли на основании этого заключить, что счастливы в браке те, кто мыслит одинаково?
Вздохнув, она свернула на шоссе, которое должно было привести их в Теннесси. Если вывод справедлив, то уж лучше прожить всю жизнь в одиночестве. Брайан часто попадались люди, с которыми ей было весело. Но еще ни разу ей не встречался человек с таким же, как и у нее, складом ума. И даже от сидевшего рядом с ней мужчины, уткнувшегося носом в газету, она очень сильно отличалась.
В каждом городе Шейд покупал газету и прочитывал ее от корки до корки, с жадностью проглатывая слова. Брайан же пробегала взглядом заголовки, потом поверхностно изучала рубрики «Стиль» и «Общество» и переходила к комиксам. Если она хотела узнать последние новости, включала телевизор или радио. Чтение Брайан считала одним из видов отдыха, а анализ причин ослабления напряженности между государствами не способствовал этому.
Отношения. Она вспомнила разговор, который несколько недель назад состоялся у нее с Ли. Нет, Брайан просто не создана для продолжительных отношений. Шейд как-то обмолвился, что не все люди склонны к постоянству в чем-либо, и она согласилась. Так почему же теперь ее так расстраивала правда?
В своих чувствах к Шейду Брайан толком еще не разобралась, но превращаться в романтичную особу не собиралась. Да, ее раздражали счастливые пары, в которых люди дополняют друг друга, а не соревнуются, но это вполне естественно. Она пока не готова менять образ жизни, под кого-то подстраиваться. Пока ее все устраивает.
А вот если она влюбится… Брайан снова почувствовала себя неуютно.
— И дело вовсе не в том, что я боюсь, — сказала она вслух.
— Что?
Брайан повернулась к Шейду и покраснела. Это удивило обоих.
— Ничего, — пробормотала она. — Просто мысли вслух.
Шейд смерил ее долгим взглядом. Она, смутившись, скорчила недовольную гримасу. Поддавшись внезапному желанию, Шейд прикоснулся к ее щеке.
— Почему ты не доела хот-дог?
Она чуть не всхлипнула. Ей почему-то ужасно хотелось остановить фургон, положить голову на руль и горько расплакаться.
— Я не голодна, — выдавила она.
— Брайан, — Шейд увидел, как она схватила солнечные очки и нацепила их на нос, хотя солнце уже стояло низко, — с тобой все в порядке?
— Да. — Брайан глубоко вздохнула и уставилась на дорогу. — Я в полном порядке.
Но это было совсем не так. И хотя в ее голосе почти не чувствовалось напряжения, Шейд уловил его. Если бы это случилось пару недель назад, он пожал бы плечами и продолжил читать газету. Но сейчас свернул ее и бросил себе под ноги.
— В чем дело?
— Ни в чем. — Она выругалась про себя и включила радио.
Шейд тут же выключил его.
— Тормози.
— Это еще зачем?
— Просто тормози.
Резко повернув к обочине, Брайан с вызовом остановилась.
— Долго же мы будем ехать, если станем останавливаться каждые десять минут.
— Мы вообще никуда не поедем до тех пор, пока ты мне не скажешь, в чем дело.
— Да ни в чем! — Она стиснула зубы и откинулась на спинку сиденья. Какой смысл говорить, что все в порядке, если не удается скрыть раздражение? — Я не знаю. — Брайан решила уйти от ответа. — Просто нервничаю.
— Ты?!
Она развернулась к нему всем корпусом.
— У меня тоже есть право на плохое настроение, Колби! Ты не монополист на этом рынке!
— Право у тебя, конечно, есть, просто я раньше за тобой ничего подобного не замечал. Вот и интересуюсь.
— Не надо говорить со мной таким противным покровительственным тоном!
— Хочешь поругаться?
Брайан стала смотреть вперед.
— Может быть.
— Хорошо. — Пытаясь помочь ей, он успокаивал сам себя. — Есть какая-то конкретная причина?
Качнув головой, Брайан огляделась, готовая придраться к любой мелочи.
— Тебе обязательно нужно утыкаться в газету, как только я сажусь за руль?
Шейд улыбнулся, и улыбка еще сильнее разозлила Брайан.
— Да, дорогая.
Брайан издала какой-то глухой звук и снова стала смотреть вперед через лобовое стекло.
— Забудь.
— Я мог бы сказать, что ты все время засыпаешь, как только оказываешься на пассажирском сиденье.
— Я же сказала, забудь. — Она потянулась к ключу зажигания. — Просто забудь про этот разговор. Ты заставляешь меня чувствовать себя дурой.