Одни в горах
Шрифт:
Мы не увидели ни одной дикой лошади, о которых рассказывал Баптист. Оррин нашел только старые лошадиные следы и заметил:
— Здесь много индейцев.
Форт-Карлтон располагался в четверти мили от реки, он был обнесен частоколом с бастионами по углам. Мы расположили стадо неподалеку от форта, Тайрел остался сторожить его, а я и Оррин отправились на разведку.
Нас радовало, что наконец мы ушли подальше от Коварных холмов, где потеряли двух бычков. Их унесли медведи гризли. Одного под утро нашли наполовину съеденным, а второго хозяин леса утащил подальше
Поблизости от Карлтона располагались стойбища многих дружелюбных индейцев.
В магазине с неплохим выбором товаров мы решили приобрести оружие и некоторые другие необходимые в дороге вещи. То, чего не нашлось на прилавке, достали, поговорив с продавцом.
Мы вышли из магазина, и тут Оррин встал как вкопанный. Навстречу ему шла девушка в сером дорожном костюме.
— Кого я вижу, мистер Сэкетт! Как это мило!
Он покраснел и сказал:
— Телль, позволь тебе представить Девнет Молроун.
— Как поживаете, мадам?
Она повернулась:
— А это миссис Мери Мак-Кенн, мистер Сэкетт.
— Прекрасно. Рад познакомиться, миссис Мак-Кенн!
Мери покраснела. Нетти удивленно посмотрела сначала на нее, а потом на меня. Я надеялся, что выражение моего лица выдавало только радость от встречи.
— Это редкая удача, миссис Мак-Кенн, — произнес я. — Мы, мужчины, редко встречаем женщин в таких местах. Со мной путешествует один друг, который с удовольствием пожмет вам руку, миссис Мак-Кенн, если вы окажете мне любезность. Думаю, он не видел ни одной дамы в течение нескольких недель, а то и месяцев.
Мери Мак-Кенн посмотрела мне прямо в глаза и сказала:
— Вот это интересно. Я тоже видела немного мужчин… А как его зовут?
— Мистер Ронтри. Мы зовем его капитан. Он видел все, что может только увидеть на своем веку человек, и был почти везде, но могу с уверенностью сказать, мадам, что он будет рад с вами познакомиться.
Нетти Молроун взяла Оррина за руку.
— Мистер Сэкетт, моего брата здесь нет, и его никто не вспомнил. Они считают, что он отправил письмо, проезжая здесь по пути на Запад.
— Я так и думал, мадам.
— Мистер Сэкетт, вы едете на Запад, правда? Вы не могли бы взять меня, то есть нас, с собой?
Оррин выжидательно посмотрел на меня. Менее всего мне хотелось брать в наше опасное путешествие молодую, хорошенькую девушку. Да и Мери Мак-Кенн выглядела тоже очень привлекательно, хотя и была не так молода, как Нетти.
— Пожалуйста! Другого пути на Запад нет, а мне необходимо найти брата! Мне надо его отыскать!
Я колебался, подыскивая отговорку, но у меня ничего не получалось. Кроме того, я, старший из братьев, формально, по крайней мере, являлся в нашем мужском обществе главным. Но это не потому, что я сам добивался такого положения.
Еще я не знал, что на все это скажет капитан. Как Мери Мак-Кенн приобрела это имя и что заставило ее изменить его? Тем более сейчас, когда такая перемена имени стала редкостью к западу от Миссисипи. Последний раз я встречал Мери Мак-Кенн под другим именем по пути в Нью-Мексико.
— Мадам, —
Она вздернула подбородок.
— Я умею работать! И буду работать!
Я посмотрел на нее, на ее вздернутый подбородок, на искорки в ее глазах и подумал об Оррине, о его неудачном первом браке. Эта девушка настаивала на своем, и Оррин, я видел, как никогда желал этого, он хотел быть рядом с ней. Но я точно знал, что еще ни одной женщине не приходилось так трудно, как придется этим двум.
— Хорошо, — согласился я, — но только без нытья, без надежды на жалость.
— Вам не стоит опасаться. — Она расправила плечи и посмотрела мне прямо в глаза. — Я могу выдержать столько же, сколько мужчина.
— Вы ездите верхом, мадам, стреляете?
— Да, могу ездить верхом и немного стрелять.
— Тогда будьте с нами, и, если ваш брат жив, мы его найдем.
— А где Кайл Гевин? — спросил Оррин.
Она нахмурилась.
— Откуда мне знать? Он был очень внимателен ко мне, но потом неожиданно исчез. Я не знаю, когда он уехал и почему.
Я уже выходил из форта, когда капитан и Хани въехали в ворота.
— Капитан, — окликнул я, — если увидишь знакомого тебе человека, не торопись называть его по имени.
Он посмотрел на меня своими старыми и мудрыми глазами, которые казались старше и мудрее его самого, и ответил:
— Я давно понял, что имя человека ничего не значит. Но человек сам создает себе настоящее имя. — Он спешился и спросил: — Что ты решил насчет женщин?
— Мы берем их с собой, капитан. Одна из них настолько смела и уверена в себе, что может потушить адово пламя ведром воды. Другая такого же мнения о себе.
Капитан помолчал, держась за луку седла.
— Телль, мы с тобой лучше других представляем, что нас ждет на этом пути.
— Это правда.
Нам приходилось проходить безлюдными дорогами, когда над нашими головами плавала полная луна и лишь голые скалы щерились на небо. Мы столько раз в жизни видели, как умирали люди и падали лошади, как подыхал скот от жажды и жары. Наша кожа огрубела от сухого ветра и мороза, от песчаных бурь и снегопадов. Мы представляли, что нас ждет впереди, и мы знали, что эта девушка может погибнуть или сойти с ума от жары и жажды. Я знал, что не имел права позволять ей ехать с нами. Но я увидел в ее глазах страстное желание и упорство в складке губ и вздернутом подбородке…