Однажды орел…

Майрер Энтон

При этих словах Сэм резко повернул голову, и Силия не удержалась от улыбки: она поняла, что задела его за живое. Глаза Сэма потемнели, стали глубже, лицо помрачнело, сделалось серьезным. «Мне не хотелось бы, чтобы он сильно рассердился на меня», — подумала она, слегка поежившись. Затем, к своему удивлению, хихикнула сквозь зубы.

— Откуда ты это взяла? — спросил он вялым, равнодушным голосом.

— Не имеет значения! — Сказав это, она все же не удержалась и добавила: — Уж не думаешь ли ты, что между девочками могут

быть секреты? Секреты бывают только между девочками и мальчиками.

— Пег, — уверенно произнес он.

— Она говорит, что твоя голова забита всякими туманными идеями о том, что в момент величайшей опасности ты спасешь свою страну. Как Джордж Вашингтон. Это правда?

Несколько секунд Сэм пристально смотрел на нее, его вытянутое лицо в свете сгущавшихся сумерек казалось непреклонным. В какой-то момент Силия подумала, что он сможет, он действительно способен совершить нечто подобное. У нее появилось множество противоречивых мыслей, и она воскликнула:

— В самом деле?

Сэм перевел взгляд вниз и сильно дунул на стебелек травы. Раздался высокий, пронзительный писк.

— Да, что-нибудь в этом роде, — сказал он.

— Но это же безумие! Каким образом? — Она грациозно взмахнула рукой. — В этом маленьком затерянном городке, за миллионы миль отовсюду! Ты ведь никогда не бывал на Востоке, ты не был даже в Омахе…

— Не был, так буду.

— Не представляю себе, как это может произойти.

Сэм внимательно рассматривал траву около своих ног. Силия решила схитрить.

— Сэм…

— Да?

— Если бы тебе представился в жизни выбор, и единственное, что тебе надо было бы сделать, это плюнуть на все и решить, что бы ты выбрал? — Время придет, тогда и выберу. — Он еще раз дунул на стебелек травки и перевел взгляд на девушку. — Одно могу тебе сказать: когда придет время и я выберу что-нибудь, ты об этом узнаешь.

— Не дразни меня, Сэм, я никому не скажу ни слова.

— Так же, как Пег?…

— Нет, честное слово. Я обещаю.

Сэм помолчал несколько секунд, разжевывая стебелек, затем снова перевел взгляд на нее.

— Хорошо, я скажу тебе. Я собираюсь поступить в высшее военное училище в Вест-Пойнте.

От удивления Силия откинула голову назад.

— Вест-Пойнт! Ты хочешь в армию?

— Да.

— Но почему?

— Во-первых, никакой платы за обучение. Там, наоборот, платят тебе.

— Но ты же не можешь просто поехать туда, и все! — воскликнула она, снова раздражаясь. — Тебя должен кто-то рекомендовать или что-то в этом роде.

— Ну и что же, я добьюсь, чтобы меня рекомендовали.

— Да, но я не представляю, как ты этого добьешься. К тому же там экзамены… Ты ведь ни за что не сдашь экзамены…

— Я думаю иначе.

Силия недоверчиво хмыкнула и топнула ножкой.

— Ничего более глупого я никогда не слыхала. Тот, кто хоть немного уважает себя, кто немного… хоть сколько-нибудь соображает,

тот в армию не пойдет… Это же годы и годы жизни в казармах, нечеловечески жестоких требований и порядков, и маршировка, маршировка! Хэрриет Иберсен знает одного парня из Каунсил-Блаффса, он находится там уже целый год… Потом тебя пошлют в Слэмбэнгтокангу или еще куда-нибудь… в мангровые болота, кишащие змеями и аллигаторами. И ты будешь сидеть и сидеть там, жалея, что родился на свет божий… Ради всего святого, Сэм, зачем тебе это?

— Ты задала мне вопрос, я ответил, вот и все, — сказал Сэм с некоторым раздражением.

Силия откинулась на спинку скамейки. Ее бесило, что он так долго вынашивал эту идею, а она об этом ничего не знала. «Он ведь действительно пойдет в армию, — подумала она. — Возьмет да и пойдет, на это ума и упрямства у него хватит». Она любила Сэма, в этом она была совершенно уверена, а он… он едва даже слушал, что она говорит. Его голова забита только такими вот идеями.

— Все это из-за твоей дурацкой идеи об особой судьбе, — сказала она печально, но сразу же, гордо подняв подбородок, добавила: — Ты знаешь, я ведь не буду ждать тебя.

— Очень жаль.

Она бросила на него полный удивления взгляд широко открытых глаз и увидела, что он лукаво улыбается.

— Ты думаешь, я шучу? Вот увидишь, что нет. Можешь уезжать хоть в Манилу, мне все равно… Фред Шартлефф прекрасный молодой человек! — вызывающе заявила она.

— Да, он, безусловно, прекрасен.

— Ты можешь смеяться над ним сколько тебе угодно, но он действительно хороший парень. И у него есть автомобиль.

— Автомобиль не его, он получил машину от отца.

— Когда-нибудь он станет мэром этого города, а потом губернатором штата Небраска.

— Политика, — сказал Сэм пренебрежительно.

— А что плохого ты находишь в политике?

— А то, что полжизни ты говоришь народу такие вещи, в которые сам не веришь.

— Ты… ты просто невозможный человек! Почему бы тебе не смотреть на вещи проще?

— Потому что в этом нет ничего хорошего.

— Ты неисправим в своих заблуждениях!

Неожиданно быстрым движением она замахнулась, чтобы ударить его, но он ловко уклонился и цепко схватил ее руками за лодыжки. Силия громко завизжала и крепко уцепилась за скамейку.

— Не стаскивай меня со скамейки, Сэм! На юбке от травы будут пятна… Не смей!

— Ну-у, ты уже совсем не такая, — с разочарованием произнес Сэм и демонстративно отпустил ее лодыжки. — Помнишь пикник на острове Харт? Помнишь, как мы играли в разбойники и как сорвался с привязи бык-рекордист Олли Бэшинга, а Шелли Кимбэлл пытался заарканить его бельевой веревкой?

— Э-э. — Она поправила юбку и привычным движением руки уложила растрепавшиеся волосы. — Мы слишком повзрослели, чтобы играть сейчас в такие игры. Давай лучше подумаем о будущем.