Одна в толпе
Шрифт:
— Папу я на себя возьму, а вот вы меньше языками чешите. Ваньке скажи, чтобы молчал балбес, а то не отмоетесь потом.
В голове снова возник образ соседа, сидящего с нами за столом в саду и слушающего семейные байки.
— Ближе к выходным разберёмся, мам, вдруг у Лёни дела свои намечены…
— Ладно, дочка, тебе ещё папа с работы позже позвонит. Мы тебя целуем и поздравляем! — свела всё к хорошему мама и я не преминула воспользоваться закрытием щекотливой темы.
Попрощавшись с ней на хорошей ноте, я вернулась к разглядыванию записки в моих руках
А звучит именно так.
Хоть и последние пару дней парень ходил как шёлковый. Ваньку расчленять взглядом продолжал, но уже молча. Меня руками не трогал и стеснять своими действиями перестал.
Даже странно.
Может на него Лола так успокаивающе действует? Не иначе интимные растирания делает. Всей душой налегает, чтобы наверняка. Но видать, опыта ещё мало, чтобы Астаховского змия-то усмирить.
А то он ведь не спит вечерами, а в спину мне смотрит. Слишком близко кожу дыханием своим обжигает, но так и не дождалась я ни одного слова или касания. Лишь безмолвная тяжесть в воздухе. А мне оставалось только гадать из-за чего. Сам захотел разделить кровать, мне бы и с Ванькой нормально спалось.
Хотя… Друг тоже в последнее время, как на иголках. Ходячая взрывчатка. Лишнее слово про Астахова и балбес взрывается. Ну а как тут не затрагивать соседа?
Теперь всё связано с ним.
Дом, еда, универ, деньги, отдых и даже сон.
Кошмар. Только сейчас поняла, что всё хуже, чем я думала.
Лёнечка управляет моей жизнью по всем аспектам.
Я погрязла в Лёне, как в… вязкой и вонючей гуще.
Мне нужна соломинка, чтобы дышать.
Где её взять и сколько это стоит?
Могу отдать балбеса. Его спортивные треники в подарок.
Ох, тяжко… всего восемнадцать, а уже столько проблем.
— Я бы на твоём месте не пришла на учёбу в день рождения! Спала бы и спала! — зевнула Ритка после окончания нудной лекции. — Это самый лучший подарок!
— Я в тебе не сомневалась! — потрепала её по волосам и звонко рассмеялась. — Но мне сегодня ещё тортик печь. Оконцев ведь не отстанет, пока брюхо не набьёт.
— А почему не в кафе? Мог бы уж свою красавицу вывести в белый свет. — порицательным тоном сказала подруга, когда мы зашли в женский туалет.
— Ну что ты заладила? Мы с ним просто друзья, где ты там любовь-то рассмотрела? — зыркнула на неё через зеркало.
— В глазах его, которые он с тебя не сводит. — непреклонно пробурчала Погодина.
— Он так с детства смотрит, Рит. — снисходительно заметила я. — Он любит, но как сестру.
— Пора бы уже повзрослеть,… сестра, и разглядеть у Ваньки своего капающую слюну. — беззлобно брызнула в меня водой из-под крана девчонка.
— Признайся, это всё из-за того, что ты ему не приглянулась. — поддела я в ответ.
— Там все «приглядывалки» на тебя направлены, Акимова. — невозмутимо отвела удар подруга. — Потерян для общества.
— Плевал он на вас обеих! — внезапно раздался голос за спиной.
Взглянув в зеркало, обнаружила выходящую из кабинки Воронцову.
— Красавчик
Позабыв, что сейчас Ванька своим домом считает квартиру Астаховых, представила, как он Лолу в амбар для «свиданий» в деревне тащит и чуть не подавилась со смеху.
Не, а она на что рассчитывала? У нас таких писаных красавиц там королевами делают. И балбес тоже долгое время мечтал свой след в истории оставить, пока не признался, что перерос такие развлечения.
А жаль. Хоромы бы Лоле понравились. Наверное.
Пока я давила в себе хохот, Ритка вовсю уже ноздри раздувала и не сдерживала себя в речах:
— Так правильно, парень сразу понял, кто тут первая давалка на районе. Чего в очереди-то стоять? Как говорится: «Не отходя от кассы…»
— Ах ты, сучка плешивая! — испустила вопль Воронцова, кидаясь на Погодину.
— Стой, дрянь такая! — а это уже я, спасая подругу от лысин.
Но только я почти дотянулась до кофточки одногруппницы, как меня некто схватило за волосы сзади.
Ну уж нет! Натуральные парики нынче дорого стоят!
Вот бы, как в фильме, повернуться, подлететь на месте, и с криком: «Кия!» вмазать ногой по самое не балуй.
Но реальность такова, что меня изящно припечатали щекой к кафелю и начали его протирать. Краем глаза заметила, что вот у Ритки не так плохи дела. Девчонка, как истинный боец повалила Воронцову на пол и наматывала ей на голову туалетную бумагу. Я бы порадовалась за подругу, но нужно спасать нежную кожу лица. Кое-как извернувшись, подхватила пальцами свою сумку и стала отбиваться, замахиваясь себе за голову. Не сразу, но всё-таки удалось приложить противницу как следует. Взвизгнув, она ненадолго отцепилась от моих волос, чем я тут же воспользовалась. Ухватившись за её ногу, резко дёрнула в сторону. Девка грохнулась на пол и я ничуть не удивилась, увидев перед собой Аню Сизову, подружку Воронцовой.
Пока она потирала ушибленную задницу и ногу, я ринулась помогать Погодиной, которой с диким рёвом: «Коза драная!» мыла голову в раковине Лола.
— Сама такая! — подала голос я, отшвыривая блондинку прямо на унитаз в раскрытой кабинке позади нас.
Её верную помощницу это отрезвило и Сизова вскочила на ноги, намереваясь выколоть мне глаза своими когтями.
Вот честно, не знаю, чем бы это всё закончилось, если б дверь не открылась и не вошли несколько студенток.
— Ой. — только и сказали они хором.
Зрелище то ещё. Ритка вся мокрая, с потёкшим макияжем. Воронцова выбила ногой дверь и вышла из кабинки с порванными колготками, красным лицом и с безумным шухером на голове. Её шестёрка замерла в миллиметре от меня с окрысившейся мордой. А я…
Взглянула на себя в зеркало и тихо выдохнула.
А я лишилась ещё одной блузки. Надеюсь, это просто вода у меня на плече…
Ой, а волосы…
И в салон не ходи, уже причесали.
Годненько так. Скажу, что ассиметрия в моде и все просто завидуют.