Одна Особенная Ночь

Цеханович Василина

Дедушка сидел в плетёном кресле и поприветствовал легким кивком, предлагая расположиться напротив. Он заметно постарел с нашей последней встречи, но на его губах при виде меня мелькнула легкая улыбка, словно лорд Райтон был рад видеть свою внучку.

– Вы хотели поговорить? Я пришла, - и с опаской покосилась в сторону лича.

Дедушка понял меня без слов и велел нежити испариться. Сразу стало как-то легче дышать, а леденящая душу тревога ослабла.

– Не бойся, он не причинит тебе вреда, пока я его хозяин.

– Вы некромант?
– невольно вырвалось у меня.

– Не совсем, - Триан Райтон усмехнулся и добавил, - но в моих жилах течет немного некромантской крови. Этот дар рецессивный и в роду проявляется только у мужчин.

– Значит я все же боевой маг, - выдохнула с облегчением.

– Несомненно.

Какая удача. Я не страдала предубеждением к магам смерти, но

все равно относилась к ним с некоторой настороженностью.

– Итак, Лисандра. Прежде чем мы начнем, я хочу, чтобы ты вписала свое имя, - и лорд Райтон пододвинул ко мне документ, который оказался завещанием.

– Вы все же хотите сделать наследницей меня, а не Сэмуэля?

– Решать тебе, внучка. Здесь пустая графа. Заполни ее по своему усмотрению, но подумай, ты девушка и тебе нужна материальная независимость.

– Деньги намного нужнее Сэму, чем мне!
– горячо воскликнула я.

– Что ж, не буду спорить, - на удивление согласился лорд Райтон.

Не раздумывая вписала имя брата и успокоилась. Теперь Сэм наконец купит себе дом и заведет семью. Он столько лет тяжело трудился, поддерживал меня и папу. Пусть у него будет состояние, достойное его.

– Первое дело сделано. Не скажу, что я рад, но ты слишком похожа на свою мать и тетю. Ну а теперь послушай, что удалось узнать.

Я вся подобралась и приготовилась.

– Мне доложили, что тебя включили в семерку избранных в ночь новозимья. Это хорошо и плохо одновременно Лисандра. Это новозимье трехсотое и особенное. Знаешь почему?

– Нет. Я пыталась найти ответы в библиотеке, даже в запретной секции, но не преуспела.

– Даже не сомневался. Эту тайну знают немногие и тщательно ее оберегают. Тебе прекрасно известно, что в ночь новозимья добрые духи исполняют самые сокровенные желания, но никто из осчастливленных магов никогда не говорит о цене. За все в этой жизни нужно платить, внучка. В данном случае цена исполнения желания - жизнь того, кого ты искренне любишь. Да, Лисандра, не смотри на меня так. Каждый маг, чье желание исполнилось, без раздумий жертвовал жизнью любимого или любимой. Тех, кому случайно удалось узнать правду, беспощадно убивали. Однажды маги пытались полностью закрыть завесу, когда стала известная цена желания, но их заставили замолчать. Навечно. А все ради трехсотого новозимья. Помнишь историю Вереи и Реема?

– Двух самых сильных магов мира, в честь которых названы наше королевство, столица и второй по значимости после нее город? Конечно. Верея и Реем были врагами. Каждый из них боролся за свою правду. Верея всегда выступала за закрытие завесы, а Реем наоборот - за приручение духов. В итоге они оба умерли в битве в ночь десятого новозимья. Я вроде бы ничего не упустила?

Лорд Райтон зло рассмеялся.

– Как же хорошо удалось извратить историю. Верея и Реем не просто были врагами. Они сильно любили друг друга, но их семьи враждовали и отстаивали каждая свою точку зрения на завесу. В то десятое новозимье отец Реема расширил завесу и началась кровавая резня. Он не смог обуздать духов и сын понял, что нужно срочно загнать их обратно. Обе семьи сражались за наш мир, и тут удача улыбнулась Верее. Добрый дух выбрал ее, и она загадала желание, чтобы все прекратилось. Желание магички сбылось, но тут неожиданно замертво упал Реем. Жизнь покинула его, и Верея поняла, какой ценой удалось всех спасти. Девушка не выдержала и лишила себя жизни, так как не могла жить без своего Реема. Обе души ушли за завесу, воссоединившись или нет, никто так и не знает. А потом было пророчество, что в ночь трехсотого новозимья духи Реема и Вереи исполнят по одному желанию и ничего не потребуют взамен. Представляешь Лисандра, какой соблазн - получить желаемое, не заплатив кровавую цену. Так же было предсказано, что появятся они либо в королевском дворце, либо в Тринарской магической академии. А кто первым встречает духов? Правильно, хранители. В нынешней ситуации у нас два претендента на трон. Все так думали и я в том числе, но ты моя внучка подсказала, что возможно меня ввели в заблуждение. Я начал незаметно распутывать клубок из тайн прошлого. Ты была права: Урфус Майтон действительно любил мою младшую дочь, а делал из твоего отца слабовольного тюфяка и игрока старина Франц. Удивлена? Я тоже! Верный слуга оказался предателем и не просто предателем, а некромантом. Та история с распиской... Баральд Рот очень хотел видеть тебя своей невесткой и велел Лартусу Таймрану все организовать, вот только у этого некроманта оказались свои планы. Француаз - верный слуга не Райтонов, а Таймранов. Он знал, что только посредством брака их представителя с наследницей рода им удастся забрать трон и получить поддержку. Кажется, о чем-то таком догадывалась

Розария и вовремя заключила помолвку между тобой и неизвестным лордом. Не уверен, что это не Альфус Рот. В любом случае старший сын явно не в курсе интриг отца. Баральд Рот никому не раскрывает своих планов, даже детям. Многоходовка на несколько лет вперед. Знаешь, ведь муж Лилии тоже принадлежал к роду Таймранов и если бы не случай с Сереной Олдом, то моя старшая дочь могла бы стать королевой, и я бы ее поддержал. Теперь же ты помолвлена и имя жениха до сих пор неизвестно. Прости Лисандра, но я пробовал вытащить из Урфуса имя твоего нареченного, но магия договора о неразглашении слишком сильна. Подозрительно древняя магия. Не знаю, что сделала Розария, но верю, она пыталась тебя защитить и предполагала такое развитие событий. Моя младшая дочь всегда все просчитывала. Роза и Лилия - цветы моей жизни, которых я потерял. Потерял сам. Не уберег. Обещаю, Лисандра, с тобой такого не случится. Мой лич в ночь новозимья будет охранять твоего отца, как и отряд из лучших боевых магов. Ты не должна переживать и со всем справишься. Пока тебе не исполнилось двадцать, никто не сможет расторгнуть помолвку.

– Но, по словам папы, если я потеряю невинность, то она аннулируется!

– Если ты добровольно кому-то ее отдашь, сама, а не по принуждению. Уверен, Розария предусмотрела этот пункт, а насилие не разорвет магию, скрепляющую узы.

Я сидела оглушенная свалившейся на меня информацией. Мама всегда внушала мне, что обязательно нужно оставаться невинной до свадьбы, чуть ли не клятву требовала. Тут было над чем подумать, но сейчас волновало другое.

– Франц... он же с папой и...

– Нет, внучка. Когда я начал ворошить прошлое, этот неркомант сбежал. Он почувствовал, что я больше ему не верю, хотя когда-то был готов доверить свою жизнь. Старый дурак! Я и правда наделал ошибок везде, где только можно.

– Всего нельзя предусмотреть, - возразила я.
– Мне не нравится быть пешкой в этой игре. Я лишь хочу благополучия нашей семье и надеюсь, когда все закончится, вы с папой наконец помиритесь и с Сэмом тоже.

– Ты славная девочка, Лисандра. В тебе есть свет, самый настоящий. Ты искренняя в своих словах и поступках. Береги это и никогда не изменяй в первую очередь самой себе. Твое сердце - лучший советчик. А теперь тебе пора. Надеюсь, после новозимья мы снова встретимся.

Поднялась на ноги одновременно с Трианом Райтоном, и дедушка неожиданно подошел ко мне и крепко обнял.

– Береги себя.

– И Вы.

Покидала подвал с тревогой на сердце. Лич выводил меня из Туманных кварталов, но я все оглядывалась и оглядывалась назад. Внутри поселилось чувство, будто в последний раз вижу своего дедушку, неожиданного обретенного дедушку, а не лорда Триана Райтона.

Глава 28

До дома добралась быстро, не жалея денег на извозчика. Я очень соскучилась по папе и волновалась за него. Зарелла - наша старая добрая повариха обрадовалась мне и рассказала о том, что пару дней назад исчез Франц. Она очень расстроилась и успела заявить о его пропаже, но следователь убедил ее, что все в порядке. Уверена, здесь не обошлось без Триана Райтона. Оказалось больно поверить в предательство старого слуги, который был практически членом семьи, но в последнее время жизнь заставила пережить не один удар. С легким замиранием сердца поднялась в комнату отца. На стук в дверь никто не ответил, и опять вспомнилась картина в кабинете: болтающийся в петле папа. Дрожащей рукой надавила на ручку, и она легко поддалась. Какое облегчение! Отец сидел в кресле-качалке и смотрел в окно. Осунувшийся, похудевший, с перевязанной шеей, но такой родной, любимый, сломленный.

– Папа, это я, - аккуратно закрыла за собой дверь и встала напротив.
– Как ты себя чувствуешь?

Урфус Майтон наконец оторвался от зрелища падающих на улице снежинок и обратил внимание на меня.

– Дочка, - голос слаб, но в глазах появилась знакомая теплота. Как же давно ее не видела, наверно в последний раз до смерти мамы.
– Я думал, тебя уже не отпустят. Сэмуэль рассказал, что ты удостоилась чести состоять в семерке избранных боевиков. Поздравляю. Розария бы очень тобой гордилась.

– Я хотела тебя увидеть, - почувствовала подкрадывающиеся слезы и поспешно перевела взгляд на окно.
– Мне... Я волновалась. Папа... Папа я очень сильно тебя люблю!

Наплевав на все, наклонилась и порывисто обняла его. В душе поселилась радость, когда руки отца обняли меня в ответ.

– Дочка, прости. Я не достоин быть твоим отцом. Ты... Не представляю, что ты пережила за все это время, - он гладил меня по голове и слезы уже вовсю бежали по моим щекам. Слезы облегчения.
– Ты такая же сильная как Розария, вся в нее, а я полное ничтожество!