Одна Особенная Ночь
Шрифт:
– Благодарю, лорд Рот, я поговорю с леди Райтон.
– Спасибо Лисандра, - тетя практически прослезилась и словно с трудом держала себя в руках, пока за Альфусом Ротом не закрылась дверь.
Я выпрямила спину, расправила плечи, морально приготовилась и предложила леди Райтон присесть. Нас с ней ждал явно не простой разговор.
Неловкое молчание первой нарушила тетя.
– Я очень рада, что ты в порядке Лисандра... Прости, за это время я так и не навестила тебя. Мы с Сэмуэлем видимся во дворце, но он к сожалению слишком проникся влиянием твоего отца,
– Разве папе есть за что ненавидеть Вас?
– не удержалась от этого вопроса и посмотрела прямо в такие родные и одновременно чужие глаза.
– Не стану скрывать Лисандра, вся наша семья была против брака Розарии и Урфуса. Не хочу говорить плохо о твоем отце, но моя младшая сестра могла составить очень выгодную партию. Однако не станем сильно ворошить прошлое. Глава рода Райтон лишил Розарию наследства и закрыл ей путь в высший свет в надежде, что она одумается, но твоя мама всегда отличалась завидным упрямством. Вплоть до ее смерти они так и не помирились, а отец запретил мне приближаться к тебе и Сэму, но я хотела, очень хотела.
– Почему Вы все же решились на встречу?
– перевела разговор на более безопасную тему, так как оказалось неожиданно больно вновь столкнуться с прошлым. Пусть я была практически совершеннолетней, в душе все равно оставалась частичка от маленькой страдающей девочки.
– Люциус рассказал. Королевский лекарь - мой хороший друг. Он вскользь упомянул о поездке в Тринарскую магическую академию, где при нападении монстров чуть не погиб младший сын Баральда Рота, но его спасла одна одаренная адептка. Я узнала, что этой адепткой являешься ты и после случившегося лежишь в закрытом лекарском крыле. Лисандра, прости! Из меня вышла плохая тетя для тебя и Сэмуэля.
– Вы не должны себя винить, - возразила я.
– И мне не за что Вас прощать. В любом случае Вы были и остаетесь сестрой мамы...
Леди Лилия вдруг порывисто встала со своего места и пересела ко мне на кровать, беря мои руки в свои. От этого жеста я слегка опешила, поэтому даже не успела возразить.
– Лисандра, пожалуйста, позволь помочь тебе. Ты достойна большего и лучшего! С Сэмуэлем мы уже вряд ли наладим отношения, но с тобой... У меня нет детей, а ты так сильно напоминаешь мою младшую сестру. Прошу не отказывайся! В тебе ведь тоже течет кровь Райтонов, я чувствую ее мощь и силу. Мы родственники и...
Бабах! Дверь с грохотом открылась, и на пороге появился злющий ректор собственной персоной. Моя тетя тут же поднялась на ноги и эти двое смерили друг друга уничтожающими взглядами.
– Леди Лилия Райтон, - своим обычным вымораживающим тоном произнес лорд Оверой, - какой неприятный сюрприз! Потрудитесь объяснить свое присутствие в закрытой палате посторонней для Вас девушки.
Мама! Что это с Бякой? Даже мне редко удавалось доводить его до такой плохо контролируемой ярости.
– Я уже ухожу, лорд Оверой, - ядовито ответила тетя и, повернувшись ко мне, добавила с улыбкой.
– Не забывай о моем предложении Лисандра.
Величественная Лилия Райтон покинула палату шурша многочисленными юбками. В этот
– Позвольте узнать, леди Лисандра Майтон, какое предложение сделала Вам эта женщина?
– подчеркнуто спокойным тоном поинтересовался ректор, но я его неплохо знала, поэтому не повелась на провокацию.
– А если не позволю?
Вскочила ногами прямо на кровать, когда ко мне с тысячей угроз во взгляде начал стремительно приближаться лорд Беккет Оверой. Он подошел почти вплотную, и в итоге я оказалась выше его почти на целую голову. Хм, а с такого ракурса вовсе не страшно... Ладно, вру, не так страшно...
– Лисандра!
– чуть ли не прорычал мое имя лорд Оверой, а дальше чеканя каждое слово потребовал.
– Я. Спросил. Что. Предложила. Тебе. Лилия Райтон!
– А я ответила, что не собираюсь Вам отвечать!
– не выдержала и уперла-таки совсем неаристократично руки в бока. На этот жест Бяка отреагировал противной ухмылкой и тем самым разозлил меня.
– Заставлю!
– прозвучала угроза.
– Только попробуйте!
Продолжая нависать над ректором сверху, вдруг неожиданно поняла, что стою перед ним в одной ночной рубашке по колено, причем сейчас она как-то странно натянулась, подчеркивая все изгибы тела. Словно прочитав мои мысли, взгляд Беккета Овероя скользнул ниже и из грозного стал заинтересованным. Мама! Дыхание почему-то вмиг сбилось, и мозг тут же настоятельно порекомендовал убежать от источника возникновения в теле смутного желания.
– Лисандра, - опять в голосе ректора появились знакомые искушающие ноты, и я кажется поплыла.
Вдруг захотелось, чтобы он обнял меня, утешил, успокоил, поделился своей внутренней силой, но нельзя. Я резко спрыгнула с кровати, отошла подальше от наваждения и повернулась к Беккету Оверою спиной.
– Лисандра.
Уловила в голосе Бяки знакомое ехидство и обиделась. Весело ему видите ли...
– Лисандра!
Продолжаю стойко игнорировать.
– Лисандра!!!
– Что?
– Тебе лучше повернуться...
– И не подумаю!
– категорично отвергла данное предложение и демонстративно сложила руки на груди.
– Я в принципе не против, - теперь уже явно чувствовался какой-то подвох, который было опасно не принимать в расчет, - но боюсь, открывшийся передо мной вид сзади может нанести весьма ощутимый вред для моей психики спереди...
– Ваша психика давно..., - начала было огрызаться и тут меня осенило. Вот же гадство! А я ... я дурочка!
Стремительно повернулась к ректору, но при этом мое лицо пылало от смущения не хуже факела. Как я вообще могла забыть, что лекарские рубашки завязываются сзади на десять узелков, а значит имеют немаленькие просветы, а он... он все видел! Видел мои обнаженные части тела... Видел...