Одна ночь

Брэдли Шелли

— Конечно, — прошептала она. — Спасибо.

— Если он только попадется мне в руки… — сказал Люсьен. — Мы с Найлзом продолжаем искать тех, кто может знать, где находится Алистер. Убийцы Уоррингтона мертвы, но я смогу доказать, что и в этом виновен Марсден.

Он все еще готов рисковать ради нее? А вдруг все те вечера он проводил не с другой женщиной, а в поисках доказательств против Алистера? Может быть, она ему не безразлична?

Все эти вопросы вертелись в голове Серины. Она вспомнила слова бабушки о том,

что настоящий брак состоит из уважения, доверия, способности любить и прощать. Испытывает ли она эти чувства по отношению к своему мужу?

Да, она его уважает. Он умный и смелый. Узнав о смерти Челси, она поняла, что он торопил ее со свадьбой ради ее же собственной безопасности.

Но доверие? Об этом говорить трудно. Если бы она только знала, где он был, когда уходил из дома… Она попыталась представить, что на все это сказал бы Сайрес, но воспоминания о нем становились с каждым днем все менее отчетливыми. Теперь ее мысли и чувства целиком принадлежали Люсьену. Неужели тот, кого еще две недели назад она поклялась ненавидеть до конца своих дней, стал ей близким человеком?

Да, призналась она самой себе. Теперь ее чувства к нему не казались ей опасными. В конце концов, он отец ее ребенка. Неужели она в него влюбилась?

Через три дня Люсьен постучал в комнату Серины. Он вошел, держа в руках букет цветов.

— Как ты себя чувствуешь?

Ее сердце забилось быстрее, когда она увидела улыбку на его лице.

— Уже хорошо, — ответила она.

Серина подумала, что ее сердце бьется не столько от того желания, которое возбуждал в ней Люсьен, сколько от эмоций куда более сильных.

Он присел на краешек кровати, и она почувствовала, как нестерпимо ей хочется до него дотронуться.

— Вот, — сказал он, протягивая ей цветы, — я принес их тебе.

Серина поднесла букет к лицу и ощутила знакомый аромат.

— Жасмин. Мои любимые цветы.

— Их запах напоминает мне о тебе, — тихо сказал Люсьен и отвернулся.

То ли от жасмина, то ли от близости Люсьена у нее закружилась голова.

— Спасибо, они такие красивые, — сказала она, прижимая букет к груди.

— Пожалуйста.

Он поднялся с кровати.

— Вчера, когда ты спала, приходила твоя бабушка. У нас с ней состоялся интересный разговор, — добавил он после продолжительной паузы.

— О чем?

— О тебе, конечно.

Серина закусила губу. Она не могла представить, что ему наговорила бабушка, какие секреты перестали быть для него тайной после этого разговора.

— Что она тебе сказала? — спросила Серина.

— Что давно ждет от тебя правнуков.

— О да. Она никогда этого не скрывала. Честно говоря, я ее не понимаю. В мае Кэтрин подарила ей уже второго правнука.

Люсьен кивнул:

— Она мне говорила. Но, думаю, к тебе у нее особое отношение.

— Наверное,

ты прав.

— Кроме того, она сказала мне, что ты очень любишь клубнику. Это так?

— Да, — ответила Серина и, покраснела.

— Тогда завтрак тебе понравится. Милдред! — позвал он.

Служанка вошла в комнату с большим подносом, на котором стояли огромное блюдо клубники и чашка со взбитыми сливками.

Серина растерянно посмотрела на Люсьена.

— Но как? Откуда? Клубника осенью… Где ты ее достал?

— Это не важно, — отмахнулся он. — Ешь на здоровье. Тебе нужны силы. И ребенку тоже.

Серина подумала, что он впервые говорит о ее беременности как о чем-то нормальном, как бывает между обычными супругами.

— Ты рад, что у нас будет ребенок? — нерешительно спросила она.

Он ласково взглянул на нее.

— Да. Не стану лгать тебе, я действительно по-настоящему счастлив. В глазах закона ребенок будет считаться наследником Уоррингтона, но мы с тобой знаем правду. И однажды ребенок ее тоже узнает. — Он помолчал. — А ты? Ты рада? Я знаю, ты давно хотела детей, но как ты отнесешься к ребенку от меня?

— Дети — это благословение Господне. Я буду рада любому ребенку, которого дарует мне Бог.

— Серина, ты знаешь, я спрашиваю не об этом.

Серина посмотрела на него и сказала:

— Да, я рада. Что бы ты ни думал, я уверена, ты был хорошим отцом для Челси и станешь таким же нашему ребенку.

Лицо Люсьена исказилось, словно от боли.

— Время покажет, — сказал он.

Серина дотронулась до его руки.

— Ты сильный и умеешь защищать. Ты уже сделал для нашего ребенка столько, сколько не сделал бы самый лучший отец.

— Надеюсь, что ты права, — сказал он и положил ладонь на ее уже заметно округлившийся живот.

Оба молчали, не зная, что сказать. Серина боялась нарушить эти мгновения неожиданной нежности, которую она увидела в муже впервые. Может быть, в будущем их брак станет таким, о каком она мечтала?

Серина сидела за туалетным столиком и писала письмо своей сестре Кзтрин, когда в спальню вошел Люсьен. Она взглянула на него и поняла, как сильно по нему соскучилась. Собрав все силы, Серина отвела взгляд и сделала вид, что сосредоточена на письме.

— Почему ты не спишь? — спросил он. — Я собирался разбудить тебя к обеду через час.

— Я выспалась и чувствую себя намного лучше.

Словно доказывая, что это не так, сильнейший кашель заставил ее замолчать.

— Да, звук такой, что сразу понятно, насколько тебе лучше, — усмехнулся Люсьен.

— Нет, — упорно стояла на своем Серина, — я действительно неплохо себя чувствую. Кроме того, вчера я получила письмо от сестры. Она вместе с семьей хочет погостить у нас в следующем месяце. Ты не против?