Одна ночь
Шрифт:
Но учитывая, в какой бедности в последнее время жила Виолетта, капризничать не приходилось. Да и усталость в пути начала сказываться. Уже немного клонило в сон.
— Далеко ещё ехать? — спросила она, чтобы хотя бы примерно предположить, в каких они землях.
— Мы будем в пути ещё примерно два дня, — отстранённо прикинул посыльный. — Так что стоит отдохнуть.
Виолетта задумчиво бросила на него взгляд. Полная отчуждённость, граничащая с равнодушием. Будто намеренно отбросил эмоции, включил режим механизма. А может,
Эта мысль вернула в главную проблему. Пора приступить к осуществлению плана. И пока они шли в гостиницу, все размышления вертелись вокруг этого.
В принципе, не было особой нужды воздействовать на него. Посыльный выглядел настолько безучастным ко всему, что вряд ли думал о ней и делал какие-то выводы. Но с другой стороны, стоило перестраховаться. Виолетта ещё помнила его неоднозначные взгляды, блестевшие каким-то странным интересом. Возможно, его отчуждённость — тактика, чтобы расслабить её.
Не стоило позволять ему хотя бы предположить, что она могла быть чем-то опасна для его драгоценного принца. Итак, нужно сделать вид, что Виолетта по-прежнему не хотела ехать и вправду была готова на всё, чтобы избежать этого. Самый очевидный вариант — попытаться сбежать. Так она создаст впечатление не только отчаявшейся, но и глуповатой.
Осталось прощупать почву и найти первую возможность. Ведь Виолетте неважен благополучный исход побега. Главное, показать видимость решимости на это
Посыльный взял комнату на двоих. В этом не было ничего предосудительного: указ от принца позволял сожительствовать с кем угодно без лишних пересуд. А по обычаям королевства ничто не могло препятствовать исполнению воли царственных особ.
Виолетта знала, что её репутации ничего не угрожало. Да и была вообще таковая в этих краях у чёрта на рогах? Вообще непонятно, где они сейчас и жили ли на постоянной основе поблизости люди.
Виолетта не чувствовала неловкости от предстоящей ночёвки с посыльным. Он явно предан принцу и не позволит себе лишнего. Она не сомневалась. Ещё и потому, что королевское поручение вынуждало защищать её покой. Вряд ли Фелиппе хотел, чтобы его невеста пострадала.
Так что Виолетта была только рада сложившейся ситуации. Тем более что этим решением посыльный давал понять, что не доверял ей настолько, чтобы не держать при себе. А это значило: допускал, что Виолетта хотела сбежать. Это ей на руку. Надо только укрепить его в этом предположении.
Комната, которую им выделили, приятно удивила. Мягкие стены, обитые бордовой драпировкой, красивые подсвечники, роскошная и просторная кровать… Правда, всего одна. Виолетта растерянно посмотрела на неё, а потом — на посыльного.
— У них двухместные номера только такого формата, — пояснил он. — Взяли бы одноместный, ютились бы в меньшей. Я могу не спать.
С этими словами посыльный сел в одно из кожаных кресел, взъерошив волосы то
Виолетта зачем-то пожала плечами, хотя он на неё не смотрел. Она хотела сказать какую-то нелепую любезность насчёт его тактичного предложения, но осеклась. Понятно, что оно не было проявлением учтивости или заботы. Всё же, формально Виолетта — невеста принца Фелиппе. Вряд ли тот будет в восторге, если узнает об одной кровати в номере.
Но всё же стоило попытаться наладить контакт с посыльным. Хотя бы ради начала осуществления плана. Попытаться уговорить его или сбежать. Ведь у наивной мятежной девушки были бы на уме оба варианта.
— Могу я узнать твоё имя? — миролюбиво спросила Виолетта.
— Сэм, — бросил он тоном, не располагающим к беседе.
Но, вопреки напряжённой атмосфере между ними, его ответ вдруг вызвал воспоминание. Оно заполнило сознание яркой вспышкой… День, когда Виолетта, будучи ещё маленькой девочкой, впервые пережила два мощных потрясения. Она узнала, что существовал противоположный привычному ей на тот момент мир — грязный, жестокий, беспощадный. Кровь и насилие. Атмосфера злости и безысходности окунула в себя. Это болезненно вывернуло её душу.
Но было и другое открытие… Странный трепет, приятное волнение. Будто она приблизилась к чему-то значительному и таинственному. Когда они с избитым, но не сломленным парнем посмотрели друг на друга, Виолетта поверила в неожиданное обещание. Она словно почувствовала его решимость, которая вызывала в ней непривычный отклик.
— Ты ведь не родился в Россарио? — вопрос вырвался у неё машинально, в разгар мыслей.
Он же и вернул в реальность — к чужому и не вызывающему никаких положительных эмоций посыльному жестокого принца. К чему она вообще это предположила? Имя не самое редкое.
— Вообще-то да, родился, — криво усмехнувшись, признался Сэм. Встретив его взгляд, Виолетта нервно сглотнула. — Это было давно.
Посыльный точно понял, о чём она подумала. Дал понять, что это и вправду был он. И тут же пресёк возможность разговора об этом.
Виолетта через многое прошла, чтобы задумываться о таком совпадении. В конце концов, тогда она лишь испытала новые впечатления. И ничего особенного не произошло. Рано или поздно взросление всё равно бы случилось, пусть и не так резко.
А тётя Пенелопа, видимо, была права насчёт Сэма. Неудивительно, что он сошёлся с Фелиппе. Они похожи друг на друга.
Жестокость порождает жестокость.
— Кажется, прошла целая вечность, да? — как ни в чём ни бывало, продолжила разговор Виолетта.
Не то чтобы хотелось развить эту тему… Необходимость заставляла. Ведь если бы Виолетта действительно хотела сбежать, не преминула бы воспользоваться их далёким и ярким знакомством. Тем более, для него это явно что-то значило. По крайней мере, тогда.