Одна ночь греха
Шрифт:
— О нашем браке написали в “Таймс”? — спросила Серина, чувствуя, как гулко забилось сердце. Леди Харкорт молча протянула ей газету, где черным по белому было написано, что они с лордом Дейнриджем поженились вчера вечером по специально выданному разрешению.
Да как он посмел! Подобный скандал навсегда уничтожит ее, а он даже не спросил ее согласия на публикацию.
— Это правда? — спросила пожилая леди.
Серина протянула вперед руку с обручальным кольцом.
— К сожалению, да. Именно поэтому я и пришла.
— Расскажи
Серина вкратце поведала ей о своей беременности, шантаже со стороны Люсьена и угрозах, исходящих от Алистера. Леди Харкорт слушала молча, только иногда кивала головой и едва сдержала улыбку, когда услышала, что внучка скоро станет матерью.
— Ты вышла замуж, и об этом написали в газете, — подытожила она, когда Серина закончила свой рассказ. — Уже ничего не изменишь. Теперь тебе нужно решить, как лучше всего справиться с создавшейся ситуацией и как жить дальше.
— Жить? — воскликнула Серина. — Да мне больше всего хочется убить этого бессовестного эгоиста!
— Иногда тебе будет хотеться убить его. Ведь это же мужчина, в конце концов, и этим все сказано, — заметила бабушка, похлопывая ее по колену. — Но он — твой муж. Он молод и проживет довольно долго, как и ты. Тебе нужно спросить себя, каким ты хочешь видеть этот брак.
— Я хочу развестись или жить отдельно. И чем раньше, тем лучше.
Бабушка улыбнулась:
— Не нужно ставить гордыню превыше всего. Это не сделает тебя счастливой. А мужчина способен на это.
Серина вздохнула:
— Бабушка, разве ты не слышишь меня? Я его ненавижу! Он меня обманул, использовал в своих интересах. Из-за него все будут думать, что я такая же, как мама. Как после всего этого я могу хотеть его любви?
— У него были причины для такого поспешного венчания, — заметила леди Харкорт, пожимая плечами. — Но тебе нужно понять, что несчастливый брак неизбежно приводит к тому, что жизнь тоже становится несчастливой. Поверь мне, я-то это знаю.
Серина хотела возразить, но леди Харкорт остановила ее:
— Хороший брак — это любовь, уважение и доверие. Чтобы все это было, нужно время. Вы с Уоррингтоном добились этого, и тоже не сразу. А за Клейборном ты замужем меньше одного дня и уже считаешь ваш брак обреченным.
— Но…
— Конечно, в определенном смысле это странный союз. Но у вас есть время и есть будущее. Ты можешь попытаться стать счастливой с ним, а можешь жить в аду.
— Как я могу любить человека, который вынудил меня совершить подобное безрассудство? Разве можно доверять шантажисту? Или уважать мужчину, который первую брачную ночь провел в обществе проституток?
Бабушка покачала головой:
— Уверена, твой отказ делить с ним супружескую постель больно ударил по его самолюбию. — Она помолчала, но потом ее лицо осветилось понимающей улыбкой. — Вам обоим нужно научиться
Серина гордо подняла подбородок.
— Меня не интересует, где и с кем он проводит ночи. Главное, чтобы он не стучал в мою дверь.
Пожилая леди усмехнулась:
— Нет, тебя это интересует. Если ты пришла сюда, чтобы получить мой совет, я тебе его дам. Либо ты прощаешь его и принимаешь в качестве своего мужа, либо проводишь всю жизнь под одной крышей с врагом. Я не могу решать вместо тебя, но мне кажется, что он будет великолепным супругом. Этот человек сможет согреть тебя долгими ночами, и, возможно, ты уже не будешь с таким усердием изучать свою глупую религиозную литературу.
Гнев буквально распирал Серину. Простить его? Сделать первый шаг? Принять его в свою душу и свою постель? Никогда!
— Что же касается скандала, — продолжала бабушка, — то, думаю, я смогу подергать за кое-какие ниточки. Вечером я загляну к леди Бессборо, и мы с ней подумаем, как можно все это уладить. А ты иди домой к мужу и подумай о том, что я тебе сказала.
Дорога домой показалась Серине бесконечной. Ее гнев усиливался с каждой минутой, а ярость не находила выхода. Но когда она встретится с Люсьеном, он увидит, как она отреагировала на его объявление в газете! Еще не хватало прощать его. Это возмутительно!
Громко стуча каблуками, она вихрем ворвалась в дом Люсьена.
— Где лорд Дейнридж?
— Мне кажется, ваш муж в своем кабинете, миледи, — ответил Холфорд, намеренно подчеркивая слова “ваш муж”.
Она проигнорировала этот выпад. Серина быстро поднялась по лестнице и без стука распахнула дверь кабинета Люсьена.
— Ты эгоистичный, бестактный…
— Вот ты где! — перебил он ее тираду. Его глаза тоже сверкали от гнева. — Где ты была, черт возьми? Я послал почти всех своих слуг на поиски. Мои люди обегали весь город.
Он подошел к ней и схватил за плечо. Серина попыталась вырваться, но он лишь сильнее сжал пальцы.
— Даже твоя горничная не знала, где тебя искать. Почему ты не предупредила хотя бы ее? Хочешь, чтобы Марсден прикончил и тебя?
— Конечно, нет. Мне просто нужно было поговорить с бабушкой.
— Никогда больше не исчезай из дома подобным образом! — закричал Люсьен, с силой встряхнув ее. — Я чуть с ума не сошел, не мог нигде тебя найти. Я боялся, что тебя уже схватил Марсден.
Какое-то время Серина стояла неподвижно, не в силах пошевелиться. Он волновался о ней. Или о ребенке? Но по его лицу она видела, что он действительно очень волновался о ней. И это проявление заботы вызывало у нее невольную симпатию.