Одна неделя в Рио

Лайт Виктория

Но хороша ли она сегодня или нехороша, а на работу ехать надо. Замазав тональным кремом все, что пришлось ей в собственном лице не по вкусу, Линда отправилась в «Бразтранс». Она с трудом представляла себе, как они встретятся с Антонио. Может быть, ей повезет и он сегодня опоздает. Или заболеет. Или уволится. Или просто пропадет без вести. Тогда ей не придется думать, как вести себя, взвешивать каждое слово и бояться лишний раз на него взглянуть.

Но готова ли она лишить себя возможности видеться с ним только ради того, чтобы потешить раненое самолюбие?

Линда

добралась до своего кабинета, так и не ответив на этот вопрос. Гора бумаг на столе подействовала на нее успокаивающе. Сейчас она должна работать. Все остальное (в том числе и сердце) подождет.

Она села за стол и заставила себя внимательно прочесть страницу. Так, контракт на грузовые перевозки с известной обувной компанией, заключенный два с половиной года назад. Как раз на этом она вчера остановилась. Выгодный контракт, ничего не скажешь. При умелом руководстве должен был принести хорошую прибыль «Бразтранс». Возить грузы намного выгоднее, чем людей, и Эухенио Мартинес наверняка понимает это не хуже, чем она.

Однако именно с этого контракта у «Браз-транс» начались неприятности. Обувщики внезапно разорились, и деньги, вложенные в переоборудование транспорта под их груз, были безвозвратно потеряны. Более того, в ожидании баснословных доходов Эухенио Мартинес затеял модернизацию всего своего автотранспорта и влез в долги. Это было не очень разумно, но объяснимо. Линде не нужно было поднимать бухгалтерскую отчетность, чтобы понять, к чему это привело. В тот год дивиденды по акциям «Бразтранс» впервые не были выплачены, а сами акции немного потеряли в цене.

Линду охватил азарт, как бывало всегда, когда она нападала на след. Конечно, эта неудача не могла довести такого монстра, как «Бразтранс», до сегодняшнего плачевного состояния, но она была первой в цепочке неприятностей, обрушившихся на компанию. По опыту Линда знала, что первый камень нередко бывает самым важным.

Через пару месяцев после банкротства крупного клиента Эухенио Мартинес был вынужден обратиться в банк за кредитом. Модернизация была в самом разгаре, а средств на нее катастрофически не хватало. Линда мимоходом отметила, что значительная часть денег была потрачена на улучшение личного парка автомобилей семьи Мартинес. Не очень красиво со стороны Эухенио, конечно. Пусть он глава компании, но нельзя же забывать об акционерах, которые вложились в «Бразтранс». Кредит, потраченный на его личные нужды, придется отдавать другим...

Через пять минут Линда наткнулась на документ, который свидетельствовал о том, что Эухенио Мартинес возместил «Бразтранс» все расходы. Это успокоило Линду, но не до конца. Она предпочитала, чтобы все делалось по правилам. Брать деньги в собственной компании, а потом их возвращать... слишком уж это напоминало кассира, который проиграл все жалованье на скачках и взял деньги на расходы из кассы. Владельца крупной транспортной компании это было недостойно.

На всех документах, которые имели отношение к переводу денег со счета компании на личный счет Мартинеса, стояла подпись, чем-то похожая на подпись Эухенио,

но все же не его. Линда поднесла бумаги к окну и постаралась разобрать написанное.

Вышло что-то вроде Сер... Мартн.

Остальное было написано неразборчиво. Но, если судить по тому, что все заявки были оплачены, а решения утверждены, этот Сер Мартн был не последним лицом в «Бразтранс». Кто же он такой?

Антонио появился как раз вовремя, чтобы ответить на этот вопрос. Он влетел в кабинет с сияющей фальшивой улыбкой, но глаза выдавали его волнение. Идеальному секретарю ни при каких обстоятельствах не разрешается приходить на работу позднее начальницы.

Даже если вчера он чуть с ней не переспал.

– Доброе утро, Линда. Извините за опоздание.

Она рассеянно кивнула.

– Кто такой Сер Мартн? – спросила она вместо приветствия и протянула Антонио бумагу. – Кому принадлежит эта подпись?

– Эта? – Антонио взял документ. – Серхио Мартинес, мой бр...

– Ваш кто?

– Мой босс. У него ужасно неразборчивый почерк. Вечно из-за этого проблемы.

Линда была готова поклясться, что Антонио собирался сказать что-то другое, но спорить не стала. Сейчас ей вообще не хотелось вступать с ним в пререкания.

– Разве ваш босс не Эухенио Мартинес?

– Сеньор Эухенио – глава компании, Серхио – вице-президент. Я состою у него в штате.

– Понятно, – кивнула Линда. – Сын сеньора Эухенио?

– Да. Младший.

– Значит, есть еще и старший?

Антонио замялся, и если бы Линда посмотрела на него в этот момент, она бы непременно спросила себя, почему у него такой обеспокоенный вид. Но после вчерашнего она предпочитала смотреть на него как можно меньше. Чтобы второй раз не попасться на удочку чувственного влечения.

– Есть. Но он не работает в компании. Считается паршивой овцой в семье.

Линда удивленно покачала головой.

– Странно. Я думала, что обычно паршивой овцой в семье являются младшие братья. Им это... гм... больше по статусу подходит.

– У сеньора Эухенио все наоборот. Старший – разгильдяй и бездельник, младший – опора и надежда отца.

Линда покосилась на Антонио. Ей показалось, что он издевается, но на его лице не было и тени усмешки.

– Не думаю, что нам с вами стоит обсуждать семейные дела сеньора Мартинеса, – сухо заметила она.

– Мы и не обсуждаем. Об этом знает каждый, кто знаком с Мартинесами. Вам стоит понять сразу, что старшего сына для сеньора Эухенио не существует.

– Однако именно младший подписывает документы, которые бросают тень на сеньора Эухенио, – возразила Линда. – Или он об этом не подозревает?

Антонио пожал плечами.

– Вряд ли младший Мартинес сделает хоть шаг без разрешения отца.

– Неужели вице-президент компании не имеет права на самостоятельное принятие решений? – поразилась Линда. – В определенных рамках, конечно, но все-таки... Сеньор Эухенио даже мне предоставил право подписи. У вице-президента должны быть более серьезные полномочия.