Одиссея
Шрифт:
Мне угощать у себя посетившего дом мой случилось
Странника; много до тех пор гостей из далёких,
из ближних
Стран приходило ко мне; но такой между ими разумный
Мне не встречался; он назвал себя уроженцем Итаки,
270 Аркесиада Лаэрта, молвою хвалимого, сыном.
Принял я в доме своём Одиссея; и мной угощён был
Он с дружелюбною роскошью – много запасов имел я
В доме; и много подарков мой гость получил на прощанье:
Золота дал
275 Дал сребролитную чашу, венчанную чудно цветами,
С нею двенадцать покровов, двенадцать
широких вседневных
Мантий и к верхним двенадцати ризам двенадцать хитонов;
Кроме того, подарил четырёх рукодельных невольниц:
Были они молодые, красивые; сам он их выбрал».
280 Крупную старец слезу уронив, отвечал Одиссею:
«Странник, ты подлинно прибыл в тот край,
о котором желаешь
Сведать; но им уж давно завладели недобрые люди.
Ты понапрасну с таким гостелюбьем истратил подарки;
Если б в Итаке живым своего ты давнишнего гостя
285 Встретил, тебя отдарил бы он так же богато, принявши
В дом свой: таков уж обычай, чтоб гости друг друга дарили.
Но отвечай мне теперь, ничего от меня не скрывая:
Сколько с тех пор миновалося лет, как в своём угощал ты
Доме несчастного странника? Странник же этот
был сын мой,
29 °Cын Одиссей – злополучный! Быть может, далеко от милой
Родины рыбами съеден он в бездне морской иль на суше
Птицам пустынным, зверям плотоядным достался в добычу;
Матерью не был он, не был отцом погребён и оплакан;
Не был и дорогокупленной, верной женой Пенелопой
295 С плачем и криком на одр положен; и она не закрыла
Милых очей; и обычной ему не оказано чести.
Ты же скажи откровенно, чтоб мог я всю истину ведать:
Кто ты? Какого ты племени? Где ты живёшь?
Кто отец твой?
Кто твоя мать? Где корабль, на котором ты прибыл в Итаку?
300 Где ты покинул товарищей? Или чужим, как попутчик,
К нам привезён кораблём и, тебя здесь оставя, отплыл он?»
Кончил. Ему отвечая, сказал Одиссей хитроумный:
«Если ты знать любопытствуешь, всё расскажу по порядку:
Я родился в Алибанте; живу там в богатых палатах;
305 Полипимонид Афейд, той страны обладатель, отец мой;
Имя дано мне Еперит. Сюда неприязненный демон
Против желанья меня, от Сикании плывшего, бросил;
Свой же корабль я поставил под склоном Нейона лесистым.
Должен, однако, ты ведать, что с тех пор уж пять
совершилось
310 Лет, как, моё посетивши отечество, сын твой пустился
В море. Ему ж при отплытии
Птицы, взлетевшие справа; я весело с ним разлучился;
Весело поплыл и он; мы питались надеждою сладкой:
Часто видаться, друг другу подарками радуя сердце».
315 Так говорил Одиссей; и печаль отуманила образ
Старца; и, прахом наполнивши горсти, свою он седую
Голову всю им, вздохнув со стенаньем глубоким, осыпал.
Сердце у сына в груди повернулось, и, спершись, дыханье
Кинулось в ноздри его, – он сражён был родителя скорбью.
320 Бросясь к нему, он, его обхватя и целуя, воскликнул:
«Здесь я, отец! Я твой сын, Одиссей, столь желанный тобою,
Волей богов возвратившийся в землю отцов через двадцать
Лет; воздержись от стенаний, оставь сокрушенье и слёзы.
Слушай, однако: мгновенья нам тратить не должно,
понеже
325 В доме моём истребил я уж всех женихов многобуйных,
Мстя им за все беззакония их и за наши обиды».
Кончил. Лаэрт изумлённый ответствовал так Одиссею:
«Если ты подлинно сын Одиссей, возвратившийся
в дом свой,
Верный мне знак покажи, чтоб моё уничтожить сомненье».
33 °Cтарцу Лаэрту ответствовал так Одиссей хитроумный:
«Прежде тебе укажу я на этот рубец; мне поранил
Ногу, ты помнишь, клыком разъярённый кабан на Парнасе;
Был же туда я тобою и милою матерью послан
К Автоликону, отцу благородному матери, много
335 (Нас посетив) посулившему дать мне богатых подарков.
Если ж желаешь, могу я тебе перечесть и деревья
В саде, которые ты подарил мне, когда я однажды,
Бывши малюткою, здесь за тобою бежал по дорожке.
Сам ты, деревья даря, поимённо мне каждое назвал:
340 Дал мне тринадцать ты груш оцветившихся,
десять отборных
Яблонь и сорок смоковниц; притом пятьдесят виноградных
Лоз обещал, приносящих весь год многосочные грозды:
Крупные ж ягоды их, как янтарь золотой иль пурпурный,
Блещут, когда созревают они благодатью Зевеса».
345 Так он сказал. Задрожали колена и сердце у старца;
Все сочтены Одиссеевы признаки были. Заплакав,
Милого сына он обнял, потом обеспамятел; в руки
Принял его, всех лишённого сил, Одиссей богоравный;
Но напоследок, когда возвратились и память и силы,
350 Голос возвысив и взор устремивши на сына, сказал он:
«Слава Зевесу отцу! Существуют ещё на Олимпе
Мстящие боги, когда беззаконники вправду погибли.
Но, Одиссей, я страшуся теперь, что подымется в граде