Одиссея Тёмного принца

Силаева Ольга

– Я Тёмная, – напомнила Таисса. – И война закончилась лишь год назад.

– Но мы больше не воюем, и Тёмные проиграли. Я вообще был против войны. Разумеется, моё мнение никого не интересовало.

– Думаю, Дир тоже был против. – Таисса невесело улыбнулась. – Мы с ним об этом никогда не говорили. Слишком болезненная тема.

Она вдруг нахмурилась:

– Подождите. Вы не знали, что Дир – Тёмный, но он не мог вам этого не сказать. Вы почувствовали бы ауру, в конце концов. Он стёр из вашей памяти даже это?

–

Я не помню. Светлые уже расспрашивали меня, но они не упомянули смену ауры. Я помню лишь лицо Дира, когда он просил у меня разрешения запечатать часть моей памяти на время. И помню своё согласие. Больше ничего.

Таисса вздохнула. Неужели это и впрямь совершенно бесполезный разговор? Если отец Дира не помнит о разговоре с сыном, если не желает говорить о матери Дира…

– Вас, должно быть, хорошо охраняют, – произнесла Таисса. – Чтобы никто не попытался похитить вас и использовать против сына.

– Не совсем сына. Я всего лишь донор.

– Всё равно.

Таисса вопросительно указала на скамью, стоящую чуть в отдалении, и Анджей кивнул. Молча они подошли к ней и уселись рядом.

– Мне очень, очень нужно его найти, – негромко сказала Таисса. – Пожалуйста, помогите мне.

– Зачем вы его ищете?

Таисса вздохнула, глядя в глаза Анджею.

– С тех пор как он стал Тёмным, он испытывает невыносимые боли, – просто сказала она. – Недавно я нашла способ сделать его Светлым. Мне пришлось пройти через чудовищные испытания, чтобы получить это знание, и я не хочу, чтобы оно пропало зря.

Дир погиб на её глазах. Но она никогда не расскажет об этом его отцу.

Анджей внимательно глядел на неё:

– Кто вы?

– Его первая любовь.

Его глаза едва заметно расширились:

– Тёмная и Светлый?

– Я была Светлой некоторое время. – Таисса вздохнула. – И всё указывает на то, что в недалёком будущем мне это снова предстоит, вне моей воли и желания.

Мужчина кивнул:

– Тогда мне проще его понять. Если Дир был вашим наставником среди Светлых…

– Куратором.

– Чем-то он напоминает мне меня. Когда-то… – Он оборвал себя.

– Что?

– Неважно. Я и впрямь не смогу вам помочь, Таисса Пирс. – Анджей посмотрел ей в глаза. – Это не игра и не притворство. Я хотел бы того же, что и вы. Но мне нечего вам сказать.

Нейросканер молчал. Таисса молчала тоже. Ей очень хотелось узнать этого спокойного замкнутого математика получше. Ведь он был отцом Дира, у них была одинаковая улыбка, похожие взгляды на жизнь, возможно, даже увлечения. Таисса представила отца и сына вместе на рыбалке и невольно улыбнулась.

– Мне ужасно жаль, что мы, наверное, больше не увидимся, – сказала она. – Дир очень похож на вас, знаете?

Анджей кивнул:

– Знаю.

Он помолчал, глядя на отцветающие одуванчики вокруг скамейки, и Таисса вдруг вспомнила снимок в квартире Дира, где

вокруг неё разлетались белые пушинки.

– Не думаю, что Дир рассказал мне какие-то страшные тайны, – внезапно сказал Анджей. – Но он мечтал найти во мне своего отца, а я лишь генетический донор. Это звучит бездушно, жестоко, но разве может быть иначе? Если бы эмбрион, который получился с участием вашей яйцеклетки, выносила бы другая молодая женщина, если бы она потом запретила вам видеться с сыном, как Светлые запретили мне, вы могли бы называть себя матерью этого юноши?

– Нет, конечно, – спокойно сказала Таисса. – К счастью, этого никогда не произойдёт.

– Но сердцем этого не понять. Дир искал отца. Думаю, когда он понял, что никогда его не найдёт…

– Ему было тяжело, – тихо сказала Таисса. – Он не хотел бы, чтобы кто-то видел его таким. И вы разрешили ему спрятать эти несколько часов от мира.

Она закусила губу до крови. Она могла понять боль и горечь Дира. Что-то подобное ощутила и она сама, когда её отец потерял память и незнакомец, пришедший на его место, очень мягко объяснил ей, что она перестала быть его дочерью.

Генетический донор. Всего лишь донор. Как же тяжело этим двоим, так и не ставшим семьёй.

– Почему выбрали вас? – вдруг спросила Таисса. – Что Светлые в вас увидели?

Голос Анджея похолодел:

– Это не относится к делу.

– Ещё как относится! – Таисса вскочила. – Мне нужна эта информация, неужели вы не понимаете?

– Нет. Эта информация не для вас. – Анджей тоже встал. – Светлые уж точно будут против, а я не готов участвовать в играх сильных мира сего. Не готов к тому, что моё сознание станет для кого-то разменной монетой.

– Совет не станет… – начала Таисса, но Анджей вскинул ладонь.

– Станет. Вы это знаете.

Таисса устало потёрла лоб. Она это знала. Как знала и то, что Светлые сотрут её в порошок, если она применит на Анджее контроль сознания, чтобы вынудить его отвечать.

Впрочем, нужны ли были ей от Анджея эти ответы? Ответы, которые уже сто раз проанализировали Светлые?

Нет. Ей нужен был Анджей, чтобы найти Дира.

Таисса знала Дира, как никто другой, и она могла предугадать, как он поступит, встретив отца. А это значило, что у неё был способ связаться с Диром. Она просто пока не догадалась какой.

Но уже начала догадываться.

– Дир всегда готов был броситься мне на помощь, – медленно сказала Таисса. – Несмотря на то, что я сильная Тёмная. Вас он кинется защищать ещё быстрее, ведь вы человек, и вы беззащитны. – Она покосилась на Анджея. – Простите.

– Ничего, – спокойно откликнулся он. – Я вижу, вам в голову пришла какая-то интересная мысль. Продолжайте.

– Это значит, что, когда он будет нужен вам, Дир откликнется моментально. Дайте мне посмотреть на ваш линк, пожалуйста.