Одиссея Северцева
Шрифт:
– Здрасьте! – пробормотал Северцев, сглатывая.
Существо в кресле не пошевелилось.
Больше всего оно напоминало слизня с головой крокодила из старых фантастических фильмов о «Чужом».
– Извините, что мы без спроса… – продолжил Скорюпин.
– Он… оно нас не слышит. Помнишь фильмы «Чужой» и «Чужие»?
– Не помню.
– Я видел в детстве, этот зверь – копия «Чужого»… Это пришельцы!
– Не знаю, пришельцы это или нет, но он, по-моему, мертв!
Однако
Во-первых, то, что они приняли за кресло и за существо в нем, таковыми не были. Это стало понятно уже через минуту, когда «слизень-Чужой» заговорил с ними.
Во-вторых, к пришельцам с небес эта техника не имела отношения. Как будто…
«Слизень» вдруг покрылся слоем извилистых электрических змеек (Северцев и Скорюпин невольно отступили), над ним колечком всплыл световой нимб, и гости услышали хрустящий, ломкий, посвистывающий «голос»:
– Эли ггео уно о-о-о…
– Что?! – машинально отозвался Скорюпин.
Северцев усмехнулся:
– Он предложил нам по чашечке кофе.
– На каком языке он говорит?
– Ни на одном из известных, насколько я понимаю. И это вообще не язык. Я имею в виду – не звук.
– А что?
– Телепатическая связь.
Скорюпин осторожно двинулся к «слизню» с устрашающей головой, вытянул руки в стороны.
– Мы не вооружены… можете нас не опасаться… Кто вы?
«Чужой» покрылся новым слоем искр, все помещение передернуло конвульсивное сокращение стен.
– Ну его к дьяволу! – отступил Скорюпин.
Северцев вдруг обошел его, приблизился к «слизню», вглядываясь в его жуткую, вытянутую вперед морду.
– Это автомат!
– С чего ты решил?
– Живой организм непременно обратил бы на нас внимание. А этот зверь только выглядит живым. Его делали не люди, но в программу заложили встречи наподобие нашей. Иначе он бы не остановился. Возможно, он способен выполнять не одну функцию – дырявить земную кору.
– Ну и фантазия у тебя!
– Это не фантазия, я так чувствую.
– Почему же я ничего не чувствую?
– Ты командир, ты настроен иначе. – Северцев сделал еще шаг, дотронулся до скользкого на вид бока «слизня». – Покажи, что ты делаешь.
«Слизень-Чужой» буквально «поежился» как живое существо (вопреки мнению Олега), выдал шлейф электрических змеек, и эти змейки развернулись в двухметрового диаметра прозрачно-голубой шар, на котором обозначились желто-коричневые пятна материков.
– Глобус!
– Земля?
– Материки имеют другие очертания… но это все же Земля!
Прозрачный шар стал более плотным, как кусок желе, и в нем появились огненные паутинки, пронизывающие материки и ныряющие под океаны и моря.
– Тоннели?!
Это
На глобусе замигал огонек. Он замыкал одну из линий красного цвета, пересекающую, судя по всему, Уральские горы.
– Место нашей встречи, – сообразил Северцев. – Интересно, куда «крот» направится дальше?
– Для нас это не имеет значения.
– Для нас – не имеет, для создателей машины – имеет. Как бы задать ему вопрос, чтобы он понял и ответил?
– Думаешь, поймет?
– Ответил же он на мой первый вопрос?
– Если его делали не люди…
– Кто бы ни делал, подземоход имеет какие-то электронные или иные мозги и способен к вариабельному поведению. А вообще классная была техника! Недаром подземоход работает уже столько лет и не ломается!
По стенкам отсека управления пробежала новая волна «мышечных» сокращений.
Скорюпин отступил назад, к дыре выхода.
– Пошли отсюда! Кто знает, что у него на уме.
– Сейчас, только спрошу его, для чего они роют тоннели.
Однако Северцев не успел задать свой вопрос.
Выгнувшаяся бугром стенка отбросила его в дальний конец отсека, и он провалился в темноту небытия…
10
Кто-то тряс его за плечо:
– Олег, вставай! Нас вызывают в рубку!
Северцев подхватился на койке, разлепил глаза, увидел встревоженную физиономию Вадима.
– Что?! Где я? Как вы меня вытащили?!
– Откуда? – не понял Сурков.
– Из кабины «крота»… меня сильно ушибло… – Северцев осекся, внезапно осознавая, что поход к чужому подземоходу ему всего лишь приснился. – С ума сойти!
– Сон? – догадался и геолог. – Тебе приснился кошмар?
– Не то чтобы… – Северцев помял лицо ладонью. – Приснилось, что мы встретили чужой подземоход.
– Сон в руку, что называется. Локатор засек в двенадцати километрах от нас, на глубине четырех километров, движущееся тело. Помчались в рубку.
– Серьезно? – не поверил Олег.
– Будем решать, – Вадим полез из отсека, – что делать.
Изумленный известием Северцев оделся за несколько секунд и последовал за геологом.
В рубке управления собрались все члены экипажа, с трудом разместившись между креслами командирской команды.
На фоне коричнево-багрового «колодца» локатора была отчетливо видна медленно удлиняющаяся «червоточина» с искоркой на конце.
– Вот хрень! – озабоченно сказал Скорюпин, оглянувшись на экипаж. – Что скажете?