Одинокий эльф

Сальваторе Роберт Энтони

— Новости с севера, — сообщил он. — Красный Шрам со своим племенем шел к нам на помощь.

Это действительно был другой орк, не тот, что приползал раньше к ней и плакался.

А Обальд, поглядев на нее, продолжил:

— Но они повернули назад.

— Повернули назад? — переспросила Герти, и в ее голосе сразу появилось ехидство. — Значит, твой народ уже вернулся к прежним раздорам? Они что же, уже начали разбегаться?

— Это эльфы прогнали их обратно, — горько сказал Обальд и посмотрел на гигантшу с неприкрытой злобой, на что раньше никогда

не осмеливался.

— Эльфы перешли Сарбрин? — спросила она без особого, впрочем, интереса.

— Их прогнала всего пара эльфов… и один дроу. Ничего не напоминает?

— А эти орки Красного Шрама — большое или маленькое племя?

— Какая разница? Они вернулись в туннели и теперь растрезвонят всем, кто уже готов был присоединиться к моему войску, о грозящей опасности.

— Но ведь Аргант везде распространяет слух о твоей славе, — заметила Герти. — К тому же Обальд есть Груумш, верно?

Орк угрожающе сдвинул брови, уловив саркастические нотки в голосе гигантши. Герти мысленно поздравила себя. Она не решилась бы открыто выступить против царя, но очень хотела показать ему, что его превращение не произвело на нее сильного впечатления.

— Не надо пренебрегать тем, что сделал для нас Аргант и другие шаманы, — предупредил Обальд.

— Для нас или для тебя?

— Для нас обоих, — уверенно ответил царь. — Их рассказы распространяются среди всех племен. У меня примерно пятнадцать тысяч орков и тысячи гоблинов, но их может быть в десятки раз больше, если уговорить остальных выйти из нор. Нельзя позволить, чтобы бегство небольшого отряда превратилось в тактическое преимущество наших врагов.

Герти, хоть и была готова спорить с ним по любому поводу, не смогла ничего возразить.

— Ну и что ты собираешься делать? — спросила она.

— Здесь уже почти все готово, — ответил орк, поэтому мы с основными силами выступим обратно. Часть войска отошлем к Ульгрену, чтобы он мог сражаться с дворфами столько, сколько им хватит глупости противостоять ему. Даже если потери у него велики, для нас это не такой большой удар, как для дворфов.

— Я собирался сразу же повернуть на запад, окружая Долину Хранителя, — продолжал он, — чтобы зажать их в тиски и загнать в Мифрил Халл. Но теперь сначала отправлюсь на север с Аргантом и кое-кем еще, погляжу, что там делается.

Герти посмотрела на него с подозрением.

— Надеюсь, ты дашь мне несколько своих воинов, — сказал Обальд, подметивший ее взгляд. — Сама можешь идти со мной или остаться, как хочешь. Но как бы то ни было, я вернусь, украсив карету двумя головами эльфов и одной — дроу.

— У тебя ж нет кареты.

— Будет.

Герти молча повернулась и вышла. Раньше, чтобы поговорить, Обальд всегда приходил в Сияющую Белизну, ее дом у снежных вершин, а теперь в гости к орку ходит она.

В ушах у нее все еще звучали пренебрежительные слова «можешь идти со мной или остаться, как хочешь».

Нельзя позволять Обальду так с ней обращаться! Если его самоуверенность будет расти и он станет невыносим,

придется его убить. Надо только правильно выбрать время. Сначала дождаться, когда он загонит дворфов в пещеры и их огромные богатства окажутся у них в руках, а потом потерпеть до тех пор, когда он восстановит против себя большие города на севере.

Если Обальда ждет крушение, то так тому и быть. Если же, наоборот, его слава окрепнет, она покончит с ним и займет его место.

Как приятно будет переломить хребет этому наглому и дерзкому орку!

Герти с наслаждением мысленно рисовала себе эту картину.

Глава 20

ОТСРОЧКА НЕИЗБЕЖНОГО

— Ну и что? Вот так просто уйдем? — спросил Нанфудл, всем своим видом выражая возмущение. Сложив ручки на груди, он гневно притоптывал ножкой, хотя под длинным красным одеянием этого все равно было не видно, только подол колыхался.

— А ты что, хочешь вернуться в Мифрил Халл после твоих откровений? — парировала Шаудра. — Мне бы не хотелось, чтобы Боевые Топоры доставили Эластулу мою голову на блюде, предпочитаю доложить ему обо всем лично!

Гном немного сник при упоминании о его трепливом языке.

— Но это… правда, — несколько неуверенно произнес он. — И если бы они знали всю правду, поняли бы, что я все равно никогда не выполнил подлое указание Эластула!

— Так иди скажи это Реджису, — поддразнила его женщина. — Он тебе поверит, не сомневаюсь.

Нанфудл что-то пробормотал себе под нос и принялся снова нетерпеливо топтаться на месте.

— Само собой, вернуться мы теперь не можем! — заключил он. — Пока что. Мы должны доказать дворфам, что мы не такие. А как иначе? Мы пришли к ним под вымышленным предлогом с неблаговидными целями. Так давай же покажем, каковы мы на самом деле, что мы очень не похожи на правителя Эластула.

— Золотые слова! — с издевкой сказала Шаудра. — Может, разобьем орков наголову? Как раз успеем вернуться в Мифрил Халл к послеобеденному пиву с пирожками…

Она осеклась, заметив, что Нанфудл выпучил глаза. Сперва ей показалось, что с таким странным выражением он смотрит на нее, но потом поняла: он увидел что-то за ее спиной. Шаудра услышала стоны, обернулась и увидела трех приближающихся к ним дворфов. Двое поддерживали зеленобородого товарища, и один из них зажимал тряпкой его окровавленную культю.

— У-у-у! — подвывал Пайкел.

Нанфудл с Шаудрой бросились к ним навстречу.

— У-у-у!

— Здорово они зацепили моего братца! — прорычал Айвэн. — Эти гиганты швыряются сланцевыми плитами, вот и оттяпали ему руку начисто. Вот черт!

— Они заняли высокий отрог, и как только соберут там боевые машины, пострадавших станет еще больше, — добавил другой дворф. — По сравнению с тем, что здесь скоро начнется, все, что было раньше, покажется пустяком.

И они втроем двинулись дальше, к воротам Мифрил Халла. Шаудра и Нанфудл предусмотрительно отошли, чтобы их не заметили стражники.