Одиночка
Шрифт:
Если у Цирона и имелась защита от магии, то в этот раз я ее не заметил. Наемник отлетел от демона, упал навзничь на землю и больше не шевелился.
Сверкающий наконечник мелькнул в воздухе, но я уже был готов. В руках билась полностью готовая, безупречно совершенная Печать Силы. Я угробил почти все, что мне дал куб, но заставил ее изменить свое действие - не отдать, а взять.
Знак достиг демона прежде, чем копье коснулось меня, и вгрызся в обожженную плоть. Изрядная доля чужой Силы отравляющим потоком хлынула в меня через протянувшуюся связь. Этого я предугадать не мог, поэтому от неожиданности задохнулся и едва устоял на ногах. Впрочем, даже знай я наверняка, что подобное заимствование
Яд моментально влился в мою кровь, и мир закачался перед глазами. Но за долю секунды я успел заблокировать для себя ощущение нестерпимой боли и сплотить вырванную Печатью хаотичную Силу. Сверкающий наконечник завибрировал, уткнувшись в тонкий слой воздуха перед ладонью вытянутой руки, как в скалу. С трудом подчиняя чуждую мне волю, я заставил копье развернуться и устремил его обратно, вынуждая ударить собственного хозяина. Покорно вспарывая воздух в бешеном броске, острие впилось прямо в пылающий знак на теле демона. Мой противник чуть покачнулся и изумленно опустил глаза, видя, как неохотно заструилась по груди темно-сизая дымящаяся кровь. Когтистая рука медленно поднялась, ухватилась за копье и рванула его.
От последовавшего зрелища меня замутило, и я поспешно отвел глаза, чтобы не видеть предсмертной агонии демона. Вот на зеленое кольцо вокруг чужаков смотреть казалось куда приятнее. Я мстительно прищурился, заметив, как оно сначала часто запульсировало, а затем разом угасло. Более ничем незащищенные люди сплотились вокруг командира, то и дело оглядываясь на него с глубокой тревогой.
Я сделал всего один шаг к ним, совсем крохотный, осторожный, но и этого хватило, чтобы яд демонической Силы всколыхнулся и ослабил воздвигнутый мной блокирующий барьер. Ничем не сдерживаемая плотина боли прорвалась и швырнула меня на колени, дав сполна насладиться оттенками причиняемых ею страданий. Едва не зарывшись лицом в землю, я согнулся пополам, судорожно хватая ртом воздух и чувствуя, как очаг жара, охвативший тело, распаляется все больше, беспощадно давя мое слабое сопротивление. Боль туманила мозг, окуная меня в кровавый туман, и вдруг отступила так же внезапно, как появилась. Все еще не веря и отчетливо слыша собственное тяжелое дыхание, я слегка приподнял голову, краем глаза замечая, как быстро успели приободриться чужаки. Только что насмерть перепуганные лица просветлели, а в кидаемых на меня взглядах застыло радостное предвкушение. Ну еще бы, маг того и гляди протянет ноги, а наемник, так тот и вовсе уже мертв.
Холодная ярость всколыхнулась внутри, заставив меня очень медленно разогнуться и прижать ладонь к груди, направляя крохи личной неприкосновенной Силы, чтоб они смогли уничтожить бурлящую в жилах отраву. А остаток заемной, слишком опасной, я незамедлительно потратил, отобрав у нее возможность ежесекундно впрыскивать в мою кровь все новые порции яда.
Печать Смерти, совсем слабенькая, едва заметно вспыхнула передо мной, оплела тонкими щупальцами и тут же, уловив тихий приказ, сорвалась в неистовом броске вперед, распахнув пышущие жаром челюсти. И замершая тишина ночи разбилась о взметнувшиеся в небо отчаянные крики, короткие предсмертные хрипы и проклятия. Вокруг меня завертелся безудержный бег Смерти, прервать который досрочно теперь не смог бы даже я, его создатель. Пылающее клеймо коротко касалось людей, высасывая жизнь и опаляя дыханием их плоть, и тут же неслось дальше, в один миг настигая следующую жертву.
Я стоял, покачиваясь из стороны в сторону, не отнимая ладоней от груди, и чувствовал, как жар яда постепенно затухает. Боль уходила, медленно, неохотно отступая перед целебной магией. Муть перед глазами рассеивалась, но все равно как в тумане виделись мне остающиеся
– Меня! Убей меня!
– в бессильной ярости кричал он, заслоняя своих людей, но каждый раз Печать безразлично обходила его стороной.
Я скользнул вокруг себя отстраненным взглядом и вдруг чуть нахмурился. Там, где совсем недавно лежал наемник, теперь было пусто. Неужели...
– Не меня ищешь?
– сипло спросил Цирон и вышел из-за спины.
– Живой?
– полуутвердительно прохрипел я.
– Хорошо...
– Знаешь, маг, я тоже так думаю, - серьезно ответил он и посмотрел вперед.
– Ну, ты тут и творишь...
Его голос слегка дрогнул, и я тоже повернул голову.
Круговерть Смерти замерла. Все чужаки, кроме командира, были безвозвратно мертвы, и слабость моего творения сделала их конец еще продолжительнее и страшнее, чем того бы хотелось даже мне. Командира же я тронуть не позволил, опасаясь за сохранность амулета. Знак, изрядно напитавшись Силой, торжественно повис посреди залитого мраком двора, и мне стоило больших усилий убрать его и на пределе своих возможностей вызвать другой.
Неуверенно ступая по вспаханной демоном земле, я подошел к командиру, упавшему на колени возле самого дальнего тела. Заглянул в мертвое лицо, сильно измененное воздействием магии, и все же узнал его.
Кайр.
Командир почувствовал, что я стою около него, и вздернул голову. Черная боль тоскливо струилась из его глаз. Сердце неприятно сдавило в груди, но я знал, что мой взгляд остался безучастным. И причиной тому тупая, сосущая пустота внутри.
Я слегка шевельнул пальцами, и печать Верности зависла над командиром. Он не сделал ничего, чтобы помешать мне, и я долго наблюдал, как тихо-тихо сквозь боль проступает совсем иное выражение, а лицо его разглаживается.
– Амулет, - мягко сказал я и протянул руку.
Звезда немедленно перекочевала ко мне.
Покачнувшись, я обернулся к наемнику.
– Цирон, убей его. Я устал.
– И не оглядываясь, побрел через двор в безотчетном желании как можно скорей оставить этот замок.
За спиной тяжко простонал воздух, раздался короткий всхрип и звук упавшего тела.
Дожидаясь наемника, я приостановился, прижавшись щекой к молодой, еще бархатистой коре юного дерева, и ажурная листва скользнула по лицу, источая наполненный печалью аромат. На душе было тяжело.
– Маг, - тихо окликнул меня Цирон, появляясь рядом, и тревожно коснулся плеча.
– Идем?
Я устало покачал головой и оттолкнулся от дерева. Подкинул на ладони деревянный шар.
– Лучше переместимся. Нас всего двое, так что потянет.
Цирон посмотрел с сомнением.
– Уверен?
– Нет, - усмехнулся я.
– Ну ничего, если что, то либо придется в два этапа, либо где-то от середины пути пешочком.
– Тогда ладно, - облегченно выдохнул он.
– В худшем случае хоть путь сократим.
Магия тускло зажглась - и ступни на миг оторвались от земли, листва вокруг закружилась, а лес словно сдвинулся, став выше и гуще. Я едва устоял, когда нас резко швырнуло обратно и ноги вновь ощутили твердую опору. Цирон рядом отчетливо и длинно выругался, а я тяжело оперся рукой о ствол ближайшего дерева и горько рассмеялся. Да, вокруг лес, тот самый, по которому нас вели синекожие. А вот Врат нет. И сколько я не крутил головой, так и не смог определить, в каком направлении они могут оказаться. Эх, не выдюжил таки шарик, померк, а ты тут теперь шарься в потемках, ищи. Я бросил его в траву и повернулся к Цирону. Тот, даже не дожидаясь вопроса, ткнул рукой вправо.