Одиночка
Шрифт:
Глава 4. Решение
Конечно, за ночь я не сомкнула глаз. Утро мне принесло решение. Отвела детей в школу и садик, а потом сразу отправилась подавать заявление на развод.
Вернулась домой, и казалось, что половина дела уже сделана. Наткнулась на недовольную физиономию Сергея. Ещё сутки назад это был мною любимый человек, и каждая черта его лица была родной и близкой. Сейчас раздражало в нём всё. Манера говорить, излишняя самоуверенность, наглость и холодность. Он был таким же привлекательным, как и раньше, но только не для меня. Серые глаза смотрели на меня, как на ребёнка, которого хотели отшлёпать за плохое поведение. Неужели, он и вправду меня воспринимает как
– Где была?
– рыкнул он.
– Подавала на развод, - ответила я будничным тоном.
– Ты что, дура?
Опять шокирующая грубость. Будто это я спала с его другом и теперь должна вымаливать его прощение.
– А что, разве не так поступает женщина, когда ей предпочитают другую? Не хочу мешать вашему счастью.
– Остроумно, но неуместно. Жить как будешь, думаешь, это всё твоё?
Я посмотрела на мужа. Я ненавидела каждый миллиметр в нём.
– Какой же ты мудак! Всё решит суд.
Развернулась и хотела уйти. Но он схватил за руку и с силой притянул к себе.
– Ты слишком много на себя берёшь. Как ты вообще смеешь со мной так разговаривать?
– Ты заслуживаешь только такого обращения.
Очень хотелось плюнуть ему в лицо в этот момент, но сдержалась, подумала, что может и ударить. Оказывается, человека, с которым прожила больше десяти лет, и не знала вовсе. С силой вырвала руку, было жутко больно, но не так, как в этот момент находиться с ним рядом. Убежала в ванну, закрылась и пыталась в очередной раз прийти в себя. Истерика подкатывала, и совладать с ней было невозможно. Я на всю включила душ, чтобы за шумом воды не было слышно моих рыданий, и хорошенько проревелась. Видок после этого акта сброса негатива был ещё тот. Хорошо, на улице сегодня солнечно, и тёмные очки вполне уместны.
Свекровь была на моей стороне. Но сказала:
– Олеся, зря рубишь с плеча, я бы тебе помогла избавиться от этой прошмандовки. Давно хотела сказать, что это какие-то ненормальные отношения, незамужняя женщина в доме - это всегда опасно. Но не хотела лезть, сами же - люди взрослые.
– Лариса Григорьевна, большое спасибо за поддержку. Но как жить дальше с этим человеком? Я не представляю.
– Эх, глупая ты, хоть уже, казалось бы, и взрослая женщина.
Она обняла меня, и видно было, что искренне сочувствует.
– Скажу тебе так. Люди не меняются. Поэтому, возможно, ты и права в своём решении. Может, уйди я вот так же, как ты, в своё время, и нашла бы настоящую любовь.
Она замолчала. И мне было всё понятно.
– Может, это у них с отцом наследственное?
Я слегка улыбнулась сквозь слёзы:
– Как вы это выдерживаете?
– А я и не выдерживаю… - сказала она загадочно.
– Деточка, но ты понимаешь, я не могу повлиять на сына, что бы ему там ни говорила. Взрослый он уже, чтобы слушаться мамку, сама знаешь, какой он. Ты раз решила, ничего не бойся, все трудности временные. Я чем могу помогу тебе.
– Я и не хочу, чтобы вы с ним говорили, для меня это уже ничего не изменит.
Обняв на прощанье, проводила её. Свекровь частенько была на моей стороне и защищала перед сыном. Поэтому мне очень важно было услышать от неё, что в моих действиях есть здравый смысл, потому как все вокруг твердили обратное.
Мои мама и отчим жили далеко, и было очень тяжко без поддержки, здесь у меня не осталось ни друзей, ни родных. Я позвонила ей и сказала по телефону, что развожусь, на что услышала:
– Леся, не выдумывай! Быстро забирай заявление и иди проси прощения.
Когда сказала, что и не подумаю и вопрос давно решён,
– Как хочешь! Только от меня помощи не жди!
Жизнь была перечёркнута в один миг, и как быть дальше, я представляла себе слабо. Нас было четверо, а стало трое. Если бы мне кто-то раньше сказал, что мой муж уйдёт к моей лучшей подруге, я бы никогда не поверила. Такое может быть только в кино. Но в реальности оказалось всё куда жёстче. И, наверное, я бы с упоением рассказывала эту историю знакомым, если бы это не случилось со мной. Меня предали сразу два самых близких человека. И кажется, только сейчас, в тридцать два года я поняла, что жизнь - не сказка. Наверное, в первой её половине на мою долю выпало слишком много удачи и счастья, за всё надо платить. Однако я отказывалась верить в реальность происходящего и всё ждала, когда этот кошмар закончится и я проснусь. Была в каком-то безразличном ступоре. Я не истерила, не сопротивлялась, просто делала, как мне скажут. Даже когда вместо моей «тойоты» мне вручили ключи от старенькой «приоры» и переселили в квартиру на окраине города, которая досталась мне по наследству от родителей, я молчала и со смирением принимала это решение.
Глава 5. Жизнь после
Я словно вернулась на тринадцать лет назад в своей жизни. Хрущёвка, старая мебель, которая была истрёпана нами, а потом её добили квартиранты, и много грязи, для отмывания которой пришлось потратить не меньше недели. Но всё же, здесь было не так безнадёжно. Грязь в отличие от моего предыдущего жилища, поддавалась отмыванию. И главное - тут не было тухлого запаха лжи, которым насквозь была пропитана современная новая квартира, для становления которой я потратила немало времени. Поэтому через неделю-другую дети, ошарашенные сменой обстановки, потихоньку привыкли. Я разрешила детскую разрисовать, а потом выбрать новые обои. Половину комнаты мы оклеили обоями, которые выбрал Денис, а половину теми, что выбрала Даша. Креативили по полной, знала, хуже уже не будет!
Самое ужасное, это смена школы и детского сада. Дети уже привыкли, а их нужно дёргать с места, но вариантов не было, наш новый дом находился очень далеко от школы. А так как возвращаться я не собиралась, то сделала этот важный шаг. Про футбольную секцию пришлось забыть, сейчас не до неё. И если Даша влилась в новый коллектив и уже успела всех расположить к себе, то с Денисом были сплошные проблемы. Он стал агрессивным, постоянные конфликты, драки с одноклассниками. Я понимала, он переживает, но не знала, как помочь. Старалась сильно на него не давить, но думала, что если так будет и дальше, то придётся идти к психологу. Отца видеть он не хотел, а я и не настаивала, так как была с ним солидарна в этом чувстве. С Дашей попроще, она младше и мало что понимала, по крайней мере, не так остро реагировала на конфликт между нами. Раз в неделю исправно ходила на встречи с папой и общалась с ним, я была не против.
Спустя пару месяцев, когда быт устроился, а жизнь относительно стабилизировалась, наступила вторая волна осознания всего ужаса ситуации.
Иногда казалось, что я сглупила и надо было бороться за мужа, вырвать его из рук этой развратной суки. Бороться могла бы, только что потом делать с человеком, доверие к которому потеряно. Я, наверное, могла простить случайный секс по пьяни, но такое систематическое предательство забыть просто невозможно. Не могу! Может, и дура, нажила себе столько проблем! Зато живу, и нет рядом человека, которого хочется убить каждый раз, когда его вижу. Мысли часто возвращались к тому, как Сергей предлагал жить на две семьи. Неужели он всерьёз думал, что это возможно? Об Оксане старалась не думать. Для меня она перестала существовать. И если с Сергеем я была на всю жизнь связана общими детьми, то с ней прервала всякие контакты.