Одиночка
Шрифт:
– Что? Да, из всех известных представителей народа оборотней, магией умеет пользоваться только наша семья - Торон кит Сиоль. Да и то, даже мы не рождаемся одарёнными.
– Как это?
– Ты знаешь, Линур, о том, что случилось триста лет назад с Великим кланом Сиоль? – спросил сиер Нилран.
– В общих чертах, - сказал я.
– Его уничтожили. Почти полностью. Не буду сейчас рассказывать, по какой причине такое произошло – уверен, у нас ещё будет возможность об этом поговорить. Скажу лишь, что из старшего клана Сиоль сумели спастись только несколько
Сиер Нилран достал из кармана курительницу, повертел в руках, вздохнул.
– Сам понимаешь, на ком, если не нас, можно пробовать различные комбинации рун смерти. Ты уже испытал на себе, как легко мы от них избавляемся – это очень экономило Сиоль человеческий материал. Да и демонологи ставили над нами свои эксперименты – и те временами давали неожиданные результаты. Именно опытным путём выяснили, что вследствие призыва обладающих собственной маной сущностей и посредством слияния с ними оборотней некоторые из нас способны обрести собственный магический резерв. А это позволило испытывать на нас и призыв других существ, таких, к примеру, как огнедухи, и узнать, что в нашей ауре и после обращения остаются частички стихий…
– Нил!
– Прости отец, увлекся, - сказал сиер Нилран. – Ты прав, Линуру это пока не интересно. Так вот, Линур, именно после экспериментов призыва, мы узнали, что тоже можем становиться магами. И это подняло нашу ценность в глазах Сиоль ещё до Падения. А когда от старшего клана почти никого не осталось, семью оборотней из замка в Валесских горах признали полноценной составляющей клана Сиоль.
Он снова вздохнул, стрельнул взглядом в отца и спрятал курительницу.
Розовощёкий принёс напитки. Раскланялся. Удалился.
Сиер Нилран продолжил:
– К чему я всё это тебе рассказывал, Линур: раньше считалось, что только одарённые могут называть себя кит Сиоль. У прежних глав клана с этим условием было строго. Да ты и сам, наверное, слышал, что в Империи нас называли не иначе, как колдунами. Теперь… кое-что изменилось. Но все представители нашей семьи и сейчас стремятся обрести магию. Даже при помощи долгой и опасной череды ритуалов. Через эти ритуалы в своё время проходил и папа, и я… пыталась пройти и Верона. Но появился этот… твой отец…
Мужчина обнял чашку ладонями, точно пытался их согреть.
– Ты уже знаешь, Линур, кем был твой отец? – спросил он.
Я заметил, что сиер Замон снова нахмурился и сжал кулаки.
– Родители нам о своём прошлом не рассказывали, - сказал я.
– Твой папаша был вором и убийцей! – сказал старший вар Торон.
– Папа! Зачем ты обманываешь? Он никого не крал. Верона ушла с ним по своей воле. Ты же сам читал её записку!
– Вор!!
Сиер Замон ударил кулаком по столу.
Его сын вздохнул. Но спорить не стал. Сказал:
– Твой отец пришёл к нам из имперской столицы, Линур. Чтобы убить
– Что сделать? – переспросил я.
– Раз в сорок-пятьдесят лет император присылает в Валесские горы убийц – напоминает, что не забыл о нас, что его семья нас не простила. Твой отец тогда для этого и явился – в качестве «привета» от императора. И он не только выполнил своё задание – убил главу Сиоль - но ещё и увел из замка мою сестру.
Сиер Нилран посмотрел на меня.
– Не знаю, когда и где они познакомились, - сказал он. – И как долго встречались до побега. Но Верона полюбила его. Об этом она сообщила в записке, которую оставила для нас. И ушла вслед за твоим отцом из Валесских гор. Мы считали, что они вернулись в столицу. Искали их там. Наводили справки о твоём отце и о его клане убийц, который в Империи называют Тайным. На протяжении пяти лет наши наёмники занимались поисками. Но… Верону мы не нашли. И не обнаружили никаких следов того, что моя сестра побывала в Селене. Теперь, после твоего рассказа, я понимаю почему: они знали, что их будут искать, и покинули Империю, отправились на север.
Сиер Нилран поставил чашку.
– Не думай, Линур, что мы пытались разрушить счастье твоих родителей. Да, ни я, ни отец не питали тёплых чувств к её избраннику. Но искали мы Верону не поэтому. Ей тогда нельзя было уходить из замка. Слишком рано! Серия ритуалов, которыми мы делали из твоей матери одарённую, достигла лишь своей середины. Энергетическая оболочка Вероны к тому времени уже нарушилась, но не завершила свою трансформацию. Этот факт грозил печальными последствиями. И твоя мама не могла не понимать, чем рисковала, когда отказалась от дальнейших преобразований ауры! Однако пошла на поводу у чувств и желаний. За что в итоге и поплатилась.
– А отец? – спросил я.
– Он… знал, что мама может погибнуть без этих ритуалов?
– Сам понимаешь: не могу сказать тебе точно. Но почти уверен, что она скрыла от него этот факт. Если он обрёл с ней удачу, значит, любил её. И вряд ли позволил бы любимой умереть; подождал бы – до окончания первого цикла преобразований оставалось меньше пяти лет. Но… Верона не любила ждать. Так она и написала в своей прощальной записке: «Лучше десять лет счастья, но сейчас, чем пять лет тоски и сомнений в том, что счастье возможно».
Сиер Нилран потёр глаза.
– Возможно именно эта черта твоей мамы – неумение ждать – и привела к такому долгожданному прорыву в наших исследованиях, - сказал он.
– К какому прорыву? – спросил я.
– Ты разве не понял? Ты первый из нашей семьи… да что там из семьи – из всего народа оборотней, у кого обнаружили врождённые способности к магии. Понимаешь, что это значит? Ты первый оборотень, родившийся одарённым. И я уверен, что не последний! Если моё предположение подтвердится, то люди утратят своё главное преимущество, которое когда-то помогло им взять верх в споре с нашим народом за жизненное пространство. И ситуация повернётся вспять: уже не они нам, а мы им станем диктовать свои условия.