Одиночка
Шрифт:
– Вылезай Руперт, они ушли, - сказал он в темноту.
– Сяс, погоди, я засепился за зелеску.
– Послышалось сопение и возня, потом что-то треснуло и в проёме появился Руперт. Свейн подхватил его по мышки и вытащил наружу.
– Подождём немного, а потом пойдём.
– Свейн прошёл по крыше и уперевшись руками в парапет ограждения, посмотрел вниз.
– Пять мобилей. Ага, вон два уезжают. Пока ждём, рассказывай Руперт, чем я тебе помешал, что ты решил меня продать этому страховщику?
– А ты откуда знаес, сто он стлаховсик?
–
– Ты рассказывай, давай, а если у меня желание будет, то я тебе расскажу откуда.
– Свейн подошёл к Руперту, сел рядом с ним и облокотился об решётку вентиляционной фермы.
– Вобсем, дело было так.
– Руперт тоже откинулся на решётку и вытянув ноги, стал рассказывать как он со своими дружками возвращались с очередного дела и увидели как Свейн вылезает из мобиля. Их было четверо, он один, вот Руперт и решил покататься, а заодно и потрясти нечаянного гостя трущоб. Руперт прерывался, кривясь от боли. Губы уже не кровоточили, но малейшее лишнее движение и тонкая корка лопалась. Руперт прижимал к губам клочок оторванной рубашки и немного подержав, продолжал шепеляво рассказывать.
Теперь Свейн понял, что двигало Рупертом. Простое и понятное желание легко и быстро заработать денег и хоть чем-то, но досадить тому самому центровику, Лиаму. Руперт считал, что его унизили, но не мог признать, что сам виноват в этом.
– Да-а-а, - протянул Свейн.
– Заварил ты кашу. Теперь этот Фергюссон знает где искать тебя, а когда найдёт, церемониться не будет. Ты ему всё выложишь. Кто, что, когда. Что ж ты наделал, Руперт? И что делать мне? Опять бежать? Куда? Я ведь никого не знаю здесь.
– Как не знаес? Ты сто, не местный?
– Удивлённо спросил Руперт.
– Я со Швеции.
– Свейн посмотрел на Руперта. Тот покивал головой, мол, понял.
– Пойду, посмотрю, уехала полиция или нет.
Свейн вновь подошёл к парапету и перегнувшись посмотрел вниз. У подъезда, через который Свейн пришёл, стоял один полицейский мобиль. Свейн подошёл к Руперту и протянул руку.
– Пошли, вроде бы разъехались, один мобиль стоит. Выйдем через другой подъезд, а там дворами.
– Луцсе такси вызови к подъезду. Сядем и поедем. У тебя бабки ессь?
– Есть. Только как бы таксист твоей рожи не испугался.
– Свейн пошёл вперёд, Руперт шёл следом. Затёкшие ноги и руки отошли и теперь он мог передвигаться сам.
– На, кепку одень, что ли.
Руперт принял кепку и морщась одел. Голова болела адски, как только он выдержал побои? Так его ещё не били. Каждый удар причинял лишь сильную боль, но в нокаут не отправлял. Видимо этот Фергюссон был специалистом в деле допроса с пристрастием.
Свейн провёл по голове рукой, взъерошивая короткий ёжик отросших волос. Надо бы подстричь волосы, а то непривычно. Раньше, когда ещё его группа была цела, их брили каждую неделю. Наголо.
Приоткрыв дверь кубика, Свейн прислушался. На лестнице царила тишина. Втянув носом воздух, он шагнул вперёд. Последние полгода Свейн стал различать запахи лучше. Чем
Приложив палец губам, тем самым показав Руперту, что двигаться нужно как можно тише, Свейн стал спускаться вниз. Иногда замирая и поднимая левую руку вверх, он продвигался по лестнице. Спуск занял около получаса. Свейн взглянул на коммуникатор, ночь была на исходе и следовало поторопиться. Достигнув второго этажа, Свейн вызвал по комму такси.
Осторожно приоткрыв дверь в коридор, он прислушался. Лёгкий шум систем вентиляции и какая-то возня. Свейн приоткрыл дверь пошире и посмотрел в другую сторону коридора. Человек в синей робе стоял прислонившись плечом к стене и что-то держал в руке. В паре метров от него по полу елозил дроид-уборщик. Свейн обернулся и кивнув Руперту, вышел. Руперт вышел следом, но не успели они пройти и трёх метров, как сзади раздался визгливый голос:
– Опять на лестнице гадили, педики проклятые?!
– Свейн и Руперт обернулись.
– Ах вы гомосеки грёбаные! Вам, что, негде трахнуть друг друга?! Вот сейчас полицию вызову...!
– Видимо эту речь уборщик произносил уже не раз и рассчитывал на определённый эффект. Но на этот раз случилась осечка. Гомосеки неправильно отреагировали на его зажигательную тираду.
Руперт обернулся и тут же пошёл на уборщика. Тот замолчал и открыв рот смотрел на приближающегося гомосека. Лицо Руперта сейчас и так было похоже на уродливую маску, так он ещё и скривился. Вшивый с ходу пнул уборщика ногой в пах, тот мгновенно согнулся и изо рта уже готов был вырваться крик, как Руперт нанёс мощнейший апперкот в подбородок. Уборщик подскочил и рухнул на спину. Глаза его оставались открытыми, но зрачки закатились. Дроид ткнулся в своего "пастыря" и отъехал.
– Уходим, Руперт! Быстрее!
– Свейн развернулся и быстрым шагом пошёл по коридору. Руперт пнул лежащего уборщика ещё раз и бегом догнал Свейна. Выйдя из подъезда, Свейн сразу же пошёл к стоящему мобилю такси. Распахнув заднюю дверь, он пропустил вперёд Руперта, а затем сел сам, бросив взгляд на стоящий в тридцати метрах, полицейский мобиль.
– Сильвер Дэклайн, приятель, - сказал Свейн водителю.
– Куда именно?
– спросил тот.
– Высадишь нас у парка.
– Не вопрос.
– Водитель включил счётчик и придавил газ. Мобиль резво покатил, набирая скорость.
9.
Свейн и Руперт шли по парку, который одной стороной примыкал к Сильвер Дэклайн, а другой к Виндс стрит, самому началу трущоб. Шли молча. Свейн прокручивал в голове всё что узнал от Руперта и думал как быть дальше. Руперт же думал где бы сейчас сделать глоток виски и найти аптечку. Как ни странно, но о безопасности он не беспокоился. Вшивый справедливо полагал, что никто, будучи в своём уме, не сунется в трущобы искать какого-то Руперта Зежински. Как же он ошибался.