Одиночество
Шрифт:
Лето пролетело незаметно. Андрей даже не почувствовал его. То есть, конечно, в памяти остались жаркие деньки, и походы в лес за грибами и ягодами, и многое другое - но сентябрь подкрался незаметно, и лето кончилось. Что показалось Андрею очень странным - раньше, в детстве, лето длилось гораздо дольше. Правда, и тогда лето имело странную особенность кончаться неожиданно. Но трёх летних месяцев с лихвой хватало на кучу самых разнообразных дел - на игры с друзьями, на чтение книг, на поездку с родителями к бабушке с дедушкой в соседнею республику (ныне самостоятельное государство). А в этот раз хватило времени только на то, чтобы закончить не очень объёмную повесть...
Повесть,
Потому что 365 дней - на самом деле это так мало.
Мало для жизни. Короткое мгновенье, если сравнивать с вечностью. С той вечностью, которая ждёт всех нас в конце пути...
.. Алису Андрей увидел только в начале октября, когда студенты вернулись с "картошки". Как раз началось "бабье лето", и хотя листва с деревьев уже почти вся облетела, открыв взору сухие скелеты деревьев, но воздух по-прежнему оставался чист и прозрачен, и ещё хранил остатки уходящего летнего тепла, а ярко-жёлтое солнце, низко висящее над горизонтом, ещё одаривало землю последними порциями ласкового света.
Группки студентов-филологов бодро спешили к дверям осиротевшей за лето "альма-матер", наполняя пространство разноголосым щебетом и весёлым смехом. Андрей стоял на крыльце, словно ждал кого-то...
Ждал Алису. Он пришёл на факультет за полчаса до начала занятий, надеясь, что успеет раньше Алисы. Он очень хотел её увидеть, но понимал, что за лето она могла забыть его - ведь между ними не было ничего серьёзного. Ну, утешил после неудачной сдачи экзаменов - но это совсем не означает, что Алиса должна влюбиться в него с первого взгляда. Или даже со второго...
И когда в пёстрой толпе девушек Андрей увидел Алису, сердце его учащённо забилось. В узких джинсах и белой рубашке, которые подчеркивали в солнечных лучах её маленькую, но удивительно ладную фигурку, она казалась доброй феей, спустившейся с облаков, нанесённых нежными мазками кисти художника на синем холсте небосвода...
– Привет, - сказала Алиса, поравнявшись с Андреем.
– Привет, - ответил Андрей.
Они обменялись приветствиями, как и десятки других студентов, встретившихся после долгих - но так быстро пролетевших - летних каникул.
Но теперь Андрей, увидев ласковый взгляд зелёных глаз Алисы, уже знал, что она не забыла его слов, сказанных ей в утешение после неудачи на экзамене.
И что сейчас не только, он, но и Алиса вложили в это короткое; но очень ёмкое слово - "Привет!" - гораздо больше смысла, чем могло показаться на первый взгляд. И поэтому теперь между ними всё будет иначе...
Алиса была на полголовы ниже Андрея, она смотрела на него снизу вверх, чуть запрокинув голову. Зелёные глаза сияли радостным блеском, на тонких губах блуждала приятная, возбуждающая желание нежно прикоснуться к ним своими губами, улыбка... Сердце Андрея забилось ещё быстрее - словно курьерский поезд промчался по рельсам, погромыхивая на неплотных стыках, и Андрей почувствовал себя смущённым.
С минуту они стояли напротив, глядя друг другу в глаза, и мимо них втекали в обитую дермонтином дверь волны студентов, которых было так много, что казалось, что они легко сомнут любое препятствие, случайно возникшее на пути. А Андрей ничего не замечал вокруг себя. Кроме Алисы...
–
– Скоро пара начнется...
– Пошли, - улыбнулся в ответ Андрей.
На лекции они сели рядом. Что вызвало пристальное внимание всех 120 пар глаз в их сторону. Дело в том, что, по возникшей ещё на первом курсе традиции, у каждого студента было своё место в "десятке" - аудитории номер 10 на первом этаже, где читались лекции. Своя, если можно так выразиться, "суверенная территория", посягательства на которую пресекались самым решительным образом. Андрей облюбовал себе место у окна на предпоследнем ряду, в окружении студенток тридцать пятой группы. Андрей шутливо называл свою территорию "малинником", и окружавшие его со всех сторон девушки намекали ему, что теперь он, как честный человек, должен жениться на всех своих соседках. Андрей был не без чувства юмора, и отвечал, что тогда он должен жениться на всём курсе, потому что куда не сядешь - все равно окажешься в женском окружении, то есть в таком же "малиннике", однако такой "гарем" ему не потянуть... Девушки-соседки смеялись и интересовались, в каком это смысле... Андрей отвечал, что стипендии на всех не хватит.
Место Андрея было очень удобно - когда присутствие на лекции было обязательно, и "препод" фиксировал отсутствующих, чтобы потом на сессии их беспощадно "топить" и "резать", - можно было, загородившись "широкими спинами" представительниц прекрасного пола, сочинять вместе с поэтессой Элькой Зверевой эпиграммы на однокурсниц и преподавателей, читать новую книгу Булычёва или Крапивина, или пытаться сочинить что-то своё.
Алиса обычно садилась на первое место в третьем ряду у прохода между рядами, делившего "десятку" на две неравные части. Сидела она обычно обособленно от однокурсниц, либо с Анжеликой, подругой и соседкой в комнате общежития. Иногда рядом с Алисой - вспомнил Андрей - присаживался кто-нибудь из парней-однокурсников, и они на протяжении всей лекции о чём-то весело болтали, причём на губах Алисы постоянно играла приветливая улыбка. Алиса была мила и обаятельна, и хорошо знала, как привлечь к себе внимание парней, которые - и это Андрей тоже вспомнил - постоянно вились вокруг неё.
Андрей вспоминал эти эпизоды как бы между прочим, когда уже сидел рядом с Алисой, которая, как оказалось, умела делать одновременно два совсем разных дела - конспектировать лекцию ею самой придуманными стенографическими значками и бросать на Андрея такие тёплые взгляды, что он чувствовал себя Снегурочкой по весне. А за спиной начинали вырастать мощные крылья, готовые по первому зову поднять его ввысь, к горячему солнцу и синему небу.
Вместе с Алисой...
Так что Андрей совсем не пенял, о чём они говорили в тот день под заинтересованными взглядами девушек-однокурсниц.
Не помнил Андрей и о том, о чём они говорили на следующий день.
Через день...
Через неделю...
Помнил только, что на всех общих лекциях они садились рядом. Девушки из покинутого "малинника" обижались на Андрея, называли его - в шутку конечно же, - "изменником родины". Андрей тоже отшучивался...
А вот Элька Зверева, считавшая себя прирождённым психологом, явно поставила себе цель "открыть глаза" Андрею на Алису. Чего она этим хотела добиться, Андрей не понимал. Скорее всего, у самой Эльки были проблемы на "личном фронте", и она - невысокая, полнотелая, с очень большим бюстом, по-чёрному завидовала красавице Алисе. Впрочем, Элька, подобно всем известной Варваре, любила совать свой веснушчатый нос в чужие дела. Хобби, наверное, такое у неё было...