Одиннадцать

Митин Владимир Васильевич

В Карфе насчитывалось четыре парка разного размера и степени ухода. Этот, прижатый к берегу реки, считался самым большим. И самым малолюдным, даже днём здесь редко кто гулял, разве что прогуливались больные или персонал из городской больницы, и то не рисковали ходить дальше прилегающей к баням части.

Вот и то самое место. Девушка понемногу изучала местность. Она редко бывала в этой части города. Преступлений, конечно, здесь случалось не меньше, чем везде, но они с Гансом как-то на их расследования не попадали. А просто так сюда идти — дело долгое и бессмысленное. Наверное, битых два часа она до сюда добиралась по извилистым улочкам нижнего

города. Несколько раз даже заблудилась, забредая в тупики.

Сейчас-то она всё и узнает, наконец-то она сможет сделать что-то действительно полезное, и Гансу не придётся за неё краснеть перед начальством на совещаниях. Где-то впереди, в свете серебристой луны, недалеко от речки показалась тень. Нисса непроизвольно нащупала рукоять кинжала и двинулась к ней.

Вот уже и силуэт, но что это? «Почем он такой странный?» — подумала она, — «Ой!»…

Глава 4 Жертва третья. Гриф жизнелюбия

"Жизнелюбие — вот что способно скрасить

хоть плен, хоть горе, хоть даже смерть".

На сей раз Ганс резко остановился перед простой дверью на верхнем этаже здания, где он и Нисса были сегодняшним утром и, помедлив пару секунд, постучался. Дважды в день вламываться к начальству — это несусветная наглость даже для него. В ответ оттуда прозвучало что-то невнятное, но звучало это как нечто благожелательное, и он вошёл.

Тэрен Эдиль восседал на своём рабочем кресле, устало откинувшись на спинку. Он созерцал последние лучи закатного солнца, бившие в окно балконной лоджии. В руках его красовался бокал, наполненный кроваво-красной жидкостью.

– Заходи, присаживайся, -устало произнёс глава Управления.

Ворон медленно прошествовал к большому столу, не сводя глаз с полуэльфа. В кабинете не горели никакие светильники, в закатных тёплых лучах испещрённое глубокими морщинами лицо начальника казалось действительно очень старым. Следователь тяжело уселся на табурет рядом с ним и почувствовал на себе всю тяжесть прожитых лет. Тьма, накрывающая маленькую комнату, с каждой минутой выглядела всё более и более зловещей, казалось, пальцы самой смерти поглощали свет. Ганс невольно поёжился:

– Да я, собственно, ненадолго, - тихо и хрипло произнёс сыщик, стараясь как-то оживить тягостную атмосферу помещения. Что-то не особо получилось из-за хрипловатого мрачного голоса.

Глава Управления, не говоря ни слова, взял с подноса еще один бокал, наполнил его из хрустального графина и катнул по столу в направлении гостя, попав прямо в протянутую руку Ганса. Тот не заставил себя долго ждать и сразу отхлебнул большой глоток. Отменное вино из султаната Ашу оставляло приятное сладкое послевкусие южных фруктов, да и вообще оно было достаточно сладким.

– К нам в Управление кто-то проник, - коротко доложил Ганс и сделал ещё глоток, смакуя каждую каплю: ему редко удавалось угоститься столь хорошим вином.
– Подделаны экспертные бумаги по нашему делу.

— Значит Деон ошибся и ваши дела связаны?

– Да, - кивнул следователь.
– Ольга подтвердила, что замешана ритуальная магия. Пытались подставить орка-охранника. И продолжают это делать до сих пор.

– Хорошо, что это дело ведёшь ты, - усмехнулся начальник.

В отличие от Ганса он пил ещё более медленными маленькими глотками, явно получая удовольствие, никуда не торопясь

и отдыхая.

– Меня беспокоит, что к нам проникли, - вздохнул Ворон, пропустив комплимент мимо ушей.
– Такого давно не было. Люди, вроде, все надёжные, охрана стоит, магические круги везде почти. И всё же нашему убийце это как-то удалось. Как бы он на наших следователей не переключился.

– Да, знак нехороший, - через минутное молчание ответил полуэльф.
– И только вот этого нам сейчас и не хватало. Городской совет в ярости и грозится вмешаться в наши дела.

Сыщик бросил обеспокоенный взгляд на начальника Управления. Они сейчас пользовались большой автономией: не подчинялись ни городской страже, ни совету города, получали большое финансирование мимо казны Карфа. По большому счёту их высшая юрисдикция - армия Вейгена, подчиняющаяся непосредственно Высшему совету негоциантов. Он стоял над всеми городами торгового союза, в него входили самые влиятельные купцы и буржуа. Сейчас нерасследованные громкие дела Управления могли использовать в своих политических играх руководящие круги Карфа - крупнейшего поселения федерации вольных городов. Похоже, власть имущие хотели большей самостоятельности для Карфа или более широкое представительство в Высшем совете, имели место и сепаратистские замашки.

Как же Ганс ненавидел эти интриги, они мешали нормально работать всем органам на местах. Кажется, он понимал теперь, почему глава Управления выглядел таким уставшим- сегодня ему пришлось долго спорить на городском совете и провести множество встреч, ведя закулисные интриги. Выматывало это сильно, Ворон это знал по собственному опыту.

– Я попрошу усилить охрану и поручу провести внутреннюю проверку, - через несколько минут раздумий ответил ему Тэрен.- Не хочу, чтобы нам выкручивали руки, так что этим займутся ребята из ОСБ.

– Отдел собственной безопасности?
– хмыкнул Ворон.
– Главное, чтоб работать нам не мешали. Они ребята отбитые, насколько я о них слышал.

Допив бокал, он встал с табурета, чинно поклонился полуэльфу и произнёс:

– Спасибо за вино, но мне нужно работать.

– Так сегодня не твоя смена.

– Когда это меня останавливало, - невесело рассмеялся сыщик и, отсалютовав, вышел из кабинета, не забыв перед уходом нажать на скрытый у входа рычажок. Тут же вспыхнули магические светильники в нескольких местах.

Мир теней на то он и мир теней, что живёт по ночам. Ганс уже привык к такому ритму жизни и давно сбитому режиму сна. Поначалу жутко болела голова, но сейчас организм уже перестроился. Снова приходилось жертвовать определёнными вещами ради особого положения. Например, сейчас, как бы ему ни хотелось переговорить с Ниссой об их скверных делах, напарница могла подождать, а вот гильдия воров сочтёт это за неуважение.

К моменту, когда сыщик покинул здание Управления, на ходу перебросившись парой слов с гномами равнин, охранявшими главный вход, уже взошли обе луны. Синяя, именуемая Керу, была в зените, и её большой диск озарял всё красивым и завораживающим голубоватым сиянием, Сильви, серебряная, приближалась к ней, набирая день ото дня свой диск. Через несколько дней они сойдутся рядом друг с другом, выстроившись в линию. Эти дни полного полнолуния всегда были загадочными и мистическими. Ни дать ни взять с небес на мир взирал некий бог своими гетерохромными глазами. А так как диск Керу выглядел чуть меньше, то взгляд ещё и с прищуром.