Один дракон — три парня. Дилогия

Сорокина Дарья

Безумство, где нет правильных движение или сценария. Чистое веселее и озорной танец. Крики и свист оглушали, и я кричала вместе со всеми, чувствуя, как в груди нарастает мощный рык.

Только когда стопы начали гудеть, а ноги отказывать, музыка стихла, и всё как по команде уселись прямо на мостовую.

Седовласый мужчина с куколкой на плече единственный стоял, освещаемые оранжевыми всполохами. В его бесцветных глазах отражалось пламя, превращая его из слепого инвалида в пугающего демона. Он оглядел толпу и назвал два имени.

Взлохмаченный

светловолосый парень подскочил с места, как ученик на уроке. Он подал руку своей избраннице, чьи волосы колыхались чёрной волной. Закусила губу с досады. Я завидовала. Двоих новобрачных окружают искренние и добрые люди, которые желают им счастья. Эта свадьба точно не сорвётся, если только…

Вновь слышала предупреждение Айнзама о том, что миру и равновесию угрожает опасность. Зангар хочет уничтожить всё это, каким-то неведомым образом, используя любимого, меня и наше дитя. Сжала руку в кулак, и, наконец-то, поняла слова Единого о долге перед миром. Это не было пустым фарсом. Вот оно! Здесь и сейчас: сотни чужих жизней как на ладони. Все эти люди сегодня лягут спать с верой в завтрашний день, в будущее, в Айнзама.

А ведь дракону самому нужна вера и помощь. Моя. То, что сделаю, не предательство. Он простит, но со временем.

Тихонько встала и попятилась с площади. Старик как раз закончил свою речь и начал приглашать жителей сказать напутственные слова будущим молодожёнам. Смущённая парочка же скрылась в небольшом шатре. Вот так ночка перед свадьбой! Безумные традиции! А, может, зря я? Вдруг там церемониальное чаепитие. Но что-то подсказывало, что нет. Точно не чай, и даже не кофе...

Оставила за спиной яркие костры и шагнула в ставший безлюдным городок. Вот, что может приключиться, если мы ошибёмся. Пустота и мёртвые поселения. Что есть одна трагедия в сравнении с миллионами судеб?

Спящий внутри дракон шевельнул хвостом, а я улыбнулась ему. Сегодня мы ещё побудем здесь. Хозяин куколки прав, мне было нужно это: понять и прочувствовать жизнь и тоску целого мира.

Побрела к скале. Через каких-то полчаса празднующие разберут фигурки и направятся к обрыву, на котором подобрали меня. Они будут загадывать желания и бросать в ночное море подношения. Прибавила шагу и погладила скомканный листок. Тоже хочу пожелать кое-что. На ходу сложила журавлика. Такого же неуклюжего, как и все остальные, да ещё и с надорванным крылом. Надеюсь, он справится и донесёт мою просьбу. Ведь хочу я ни много ни мало, чтобы Айнзам не тосковал и не плакал.

Бумажная птичка закружилась штопором и скрылась в темноте обрыва, пытаясь на белых хлипких крыльях донести мою последнюю мечту.

*.*.*

Прощаться тоже пришли всем городом. Те же, невольно ставшие родными лица. С любопытством наблюдала за ними ночью, когда все загадывали свои желания. Пыталась проникнуть в мысли каждого и узнать, чем живут эти люди. Кто-то прижимал ладонь к груди, другие закрывали глаза и соединяли ладони. Пары запускали фигурки вместе и ласково смотрели друг на друга. Интересно, а

задумывались ли они, что внизу острые скалы? Хотя в темноте не видно, что стало бумажными посыльными: разбились, утонули, или всё-таки взлетели?

— Нравится? — спросил кукольник.

Я не находила слов благодарности. От прежней ГАЗельки осталось одно название. Белые наросты счистили, краску обновили. На машине разместили спойлеры, а молдинги превратились в полутораметровые крылья.

— Они убираются, — похвалился один из ребят, запрыгнул в салон и потянул за новенький рычаг на приборной панели. — На случай если захочешь просто покататься, чтобы не мешали.

А ещё машина стала заметно выше.

— Мы клиренс чуть увеличили, чтобы по бездорожью можно было ехать и покрышки тоже заменили.

— Кого увеличили? — они же вчера на лошадях передвигались! Я ожидала, что на ГАЗельке будут красоваться деревянные колёса, а не от внедорожника, да ещё и с замазанным логотипом Nissan на колпаках. Ощущение абсурда стремительно нарастало.

— Дорожный просвет увеличили. Регина, ты же не думала, что единственная путешествуешь между мирами, — рассмеялся другой, а остальные подхватили.

— Да, знаю я, что такое клиренс. Вы кто такие? — испуганно прижалась к холодному боку маршрутки.

Глаза у собравшихся как-то странно блеснули в свете утреннего солнца, а маленькая девочка дёрнула за рукав рубашки и ответила.

— Семья.

— Но вы же ушли... — теперь-то увидела. Драконы! Или уже нет? Но когда-то давно, они точно были тёмными. Тёмными драконами.

— Ушли, но вернулись. Не все, конечно. Кто-то предпочёл другие миры. Да и магии у нас почти не осталось, слишком долго жили среди людей и стали смертными. Наши драконы спят, так же как и твой сейчас. Но мы счастливы и не хотим другой жизни.

Мучительно долго переваривала услышанное, а мужчина продолжил.

— Что-то назревает, Регина, мы чувствуем это и уже слышим настойчивый зов. Останови Зангара, он не понимает, что произойдёт если вернёмся по-настоящему. Мы не хотим убивать.

— Айнзам знал?

— Догадывался, но никогда не говорил вслух.

— Безумие какое-то? А как же баланс, почему он пошатнулся, вы же здесь! — теперь всё медленно вставало на свои места. Странный обычай со срывающимися вниз фигурками, словно последний полёт драконов. Брачная ночь до свадьбы. Колпаки от ниссана и чёртов клиренс!

— Мы не влияем на равновесие. Оглянись, здесь все простые люди, Регина. Но никто не знает какими чудовищами обернёмся после сотен лет сна. Ты ведь сама прошла болезненную трансформацию, какого тебе было?

Вспомнилась боль и страх. Пропоротая спина и ломота в костях, и ещё нечто жуткое и неконтролируемое. Но со мной всегда был Айнзам, и мы выбрали иной путь.

— Я поняла. Сделаю, всё что смогу, — не без труда залезла в высокую ГАЗельку и коснулась знакомого брелока. В этот раз питомец радостно отозвался урчанием из-под капота и поиграл новенькими крыльями.