Один дракон — три парня. Дилогия

Сорокина Дарья

— Спасибо. Как ты понял, что это нужно сделать? — проснулась, чувствуя, как трое наблюдают за мной.

— Лепестки подсохли, решил, что тебе вредно долго без воды, — наглец с длинной чёлкой осторожно провёл по моим волосам, касаясь посвежевших лепестков.

— Ты хороший.

— И только? Надеялся услышать, что-то посерьёзнее, — ехидничали тройняшки.

— Серьёзнее не будет. У меня есть жених! — кажется, в этот раз в моём голосе явственно прозвучала досада.

— Да, но ты всё равно приходишь

сюда каждый день, — напомнил юноша.

— Было интересно, чем кончится сказка, — быстро парировала и отвела взгляд.

— Тогда на сегодня достаточно, жду тебя здесь завтра. И давай сюда свою книжку. Обещал тебе подарок.

— Не нужно никаких подарков, — вцепилась в фолиант как можно крепче.

— Не упрямься. Это ни к чему не обязывает. Считай — дружеский жест. Наверняка у тебя не так много книг. Принесу ещё, мне несложно, но нужно сравнить языки, иначе снова куплю то, что не сможешь прочитать. Ну же! — коротко стриженный терпеливо ждал, вытянув руку.

Как объяснить, что не нужны мне дружеские жесты. И дружба его не нужна. Я хочу его всего, не как друга, а как…

Наши руки соприкоснулись, когда протягивала книгу, и жар вновь прокатился от макушки к ногам, несмотря на то что они были по колено в холодной воде.

— Так и не сказал, как тебя зовут, — борясь со смущением, напомнила блондину.

— Ни за что не поверишь, — широко улыбались все трое.

— Скажи!

— Айнзам, — хором ответили юноши, показали мне языки, а затем, прихватив книжку, сбежали в чащу, оставив сидеть на берегу и думать над последней выходкой. Вот же!

Разумеется, не поверила в этот бред. Он не может быть Единым. Мой жених дракон о трёх головах!

Долго смотрела в сторону тёмного леса, где скрылись трое необычных юношей. Три головы, три парня, один дракон. Мысли окончательно запутались, а сердце разрывалось от страха и надежды. Так не бывает!.. Или бывает?

Очередная долгая бессонная ночь и разрастающееся внутри томное болезненное чувство, требующее выхода.

— Опаздываешь, — блондины снова пришли раньше, а я, как всегда, медленно брела к месту встречи.

— Извини.

— Да, ничего страшного. Я с подарком. Держи, — он протянул книгу со знакомой обложкой и в этот раз читаемым названием.

— Зачем? — чуть не расплакалась, разглядывая тиснёный золотом заголовок. «Цветок и дракон».

— Тебе разве не понравилась история? — растерялся юноша.

— Понравилась. Больше не хочешь читать для меня? — с трудом сдерживала отчаяние в голосе.

— А не ты ли каждый день говоришь, чтобы больше не приходил?

— Я запуталась. Всю жизнь верила в одно, но появился один хамоватый странный блондин, и теперь всё рухнуло. Как понять, что правильно, а что нет?

— Тут я тебе точно не помощник. Сама думай, хочешь уйти со мной, или останешься

здесь. Но читать больше не буду, и решать за тебя тоже не собираюсь, — выдохнули юноши, изучая меня тремя парами серьёзных глаз.

— Не придёшь завтра?

— Приду! Каждый день буду приходить, в надежде, что выберешь меня, — смягчились трое, подошли вплотную и заключили в тёплые объятья.

— Мне страшно.

— Мне тоже, — три лба коснулись моей головы. — Вдруг, для тебя предназначение важнее чувств. Тогда я бессилен.

— Зато самоуверен, раз считаешь, что чувства есть.

— У тебя всё написано на милом личике. Я же не слепой, — он положил ладонь мне на грудь. — И не глухой, слышу, как оно бьётся. Так отчаянно сопротивляешься и хочешь поступить правильно. Но в любви нет правильного универсального ответа, такого чтобы всем вдруг стало хорошо. Всегда кто-то будет страдать. Матушка и брат станут тосковать, загадочный Айнзам не получит свой цветочек. Ты будешь страдать, разбивая моё сердце. А у меня их целых три, помни об этом! Разве тебе не жалко? Пойдём со мной! Я хороший, сама же сказала, — пальцы ласково пересчитывали лепестки в моих волосах.

Мечтала, чтобы он взял ответственность на себя. Схватил и похитил из Диегронда. Но незнакомец ждал моего решения.

— Не сегодня…

— Готов потерпеть. Только дай немного надежды.

Закрыла глаза, привстала и невесомо коснулась его губ. Юноша мгновенно схватил меня за плечи и не позволил отстраниться. Нежный робкий поцелуй превратился в страстный и неконтролируемый. Словно кистью, он рисовал узоры на моём языке кончиком своего. Каждый раз по-разному: грубо, осторожно, точно. Три разных рисунка и три разных поцелуя.

Пыталась перевести дыхание, но не могла. Трое дышали не в такт, сбивчиво и тяжело, сплетали пальцы с моими, зарывались в волосах, опутывали объятьями.

— Ты просил немного… Может, достаточно? — не знаю, кого пыталась остановить себя или его.

— Не могу прекратить. Оттолкни меня! — юноша ответил с сильным придыханием, щекоча шею.

— Не хочу.

Снова три рисунка на языке.

— Что ты делаешь?

— Представляю, как ставлю метку. Чтобы стала только моей.

— Так ставь, я не против!

— Такая смешная. Приходи завтра, поставлю хоть сотни меток на каждый миллиметр твоего тела. Но пусть твоё решение будет взвешенным. Подумай хорошенько и выбери меня. Выбери чувства, Регина, — блондин, наконец, отстранился.

— Ты, правда, Айнзнам? — мечтала, чтобы соврал. Была готова поверить во всё, что скажет.

— Для тебя да. Твой дракон, а ты мой цветок, — он вручил книжку. — До завтра.

Но завтра наступило для нас лишь спустя сотни лет.

— Я не пришла… — пузыри подземного озера щекотали ноги.