Одержимый (сборник)
Шрифт:
Боль немного утихает, и Джо ловит себя на том, что воспринимает звуки радио, доносящиеся снизу. Мать слушает западную областную станцию, это ее постоянный кухонный компаньон. Лоррета Линн поет арию из оперетты «Дочь рудокопа». Джо чувствует запах пекущегося хлеба и отчетливо представляет себе мать: на ней фартук, она наклоняется и ставит сковородку из нержавеющей стали в духовку. Почему же она не придет мне на помощь? — думает Джо.
Джо ощущает теплую влагу, изливающуюся вместе со стонами отца. Отец вытаскивает член, и ноги Джо падают
— Ты хороший мальчик, — говорит он.
Около двери отец останавливается и зовет Марго. Сестра входит в спальню.
— Уберись здесь, понятно? — говорит ей отец.
Затем он исчезает, хлопает дверь ванной. Марго подходит, на ее лице улыбка. Она смотрит сверху вниз на Джо, которому хочется плакать, но слез почему-то нет.
— Глупый! Подумаешь, стоило переживать, — говорит Марго. Она морщит нос и принюхивается. — Здесь воняет! Говном! — Она хихикает.
Джо смотрит вниз и видит на бежевых простынях, под ягодицами, небольшую круглую лужицу крови.
Почему, ну почему никто не хочет прийти ему на помощь?..
Джо очнулся от тяжелого забытья. Подушка под головой сплющилась и пропахла потом. Он поднял голову с влажной подушки и окинул взглядом небольшую комнату. Во тьме, казалось, мелькали какие-то тени. Он сел и попробовал успокоиться — он же не в доме родителей, а в мотеле. Переехал сюда сегодня днем.
Джо вскочил и включил верхний свет.
Он мучительно хотел крови.
Ник Мон-Пьер отложил номер «Санди таймс» и поднял голову. Ему удалось вычислить, в какой комнате живет Джо. Ник ожидал весь день, и теперь, в сумерках, беспокоился, не ушел ли Джо по пожарной лестнице. В этом случае выследить его не удастся, и Ник ничего не сможет выяснить для Энн.
А ему так хотелось угодить ей...
Встав с постели, Джо посмотрел на себя в зеркало. Его потное лицо было покрыто трехдневной щетиной. Это его не беспокоило. Ничто больше не имело значения.
Джо взглянул на свой плащ, лежавший на полу. Любезные чикагские таксисты забрызгали его грязью. Впрочем, это не слишком сильно его испортило — он и так был грязным, мятым и вообще каким-то мерзким.
О Боже, что я с собой сделал?
Джо поднял плащ и прижал его к себе, как бы обнимая свою прежнюю жизнь. Теперь она ушла, подумал он, и ничто не имеет значения.
Тот, каким я был раньше, ушел безвозвратно. Теперь я совсем другой...
Он надел плащ и потуже затянул пояс.
Затем он выключил свет.
Как только в номере погас свет, Ник завел мотор. Даже если Джо не появится, машине нужно немного прогреться. Но вскоре он увидел Джо, выходившего из центрального подъезда мотеля. Ник поставил ногу на тормоз и немного подождал. Джо направился вверх по Раш-стрит. Ник пропустил две машины и выехал на дорогу. Казалось, что Джо не понимает, что происходит вокруг него, и Ник подумал: пойди он рядом с Джо, тот не заметил бы этого. Но Ник не хотел испытывать судьбу.
Проститутку, думал
У дверей небольшого здания стояли две женщины. Они явно мерзли в мини-юбочках и жакетах из искусственного меха. Джо окинул их быстрым взглядом. Одна — неприятная, другая — восточного типа. Обе сильно потасканные и далеко не юные. Глаза грубо подведены, губная помада сияет как неон. Нет, эти не подойдут.
Они отвернулись, когда Джо проходил мимо. У этих девок собачий нюх: сразу чуют, кто может себе позволить провести вечер в их обществе, кто — нет.
Впрочем, эти потаскухи ему не нужны. Надо найти свеженькую и — незащищенную.
Он прошел несколько кварталов к северу. Проституток было много, но они мало чем отличались от тех, которых он видел в дверном проеме. Широкий ассортимент цветов и габаритов и все те же ничего не выражающие лица и нагловатые, изучающие взгляды. Эти женщины оценивали его прежде, чем он к ним подходил. Джо начал уставать, стоит ли искать дальше? Пожалуй, сойдет и такая. Джо высмотрел одну из них.
Он вынул предпоследнюю сигарету, сунул ее в угол рта и подошел к рыжеволосой молодой женщине, которая стояла прислонившись к черной машине.
— Привет... Зажигалки не найдется?
— Проваливай! Не пугай людей.
— Каких людей? — спросил Джо ухмыляясь.
Женщина начала нервничать. Он разглядывал темные корни ее волос и черные глаза под густым слоем косметики.
— Не твое дело, убирайся отсюда.
— Ты не хочешь заработать немного денег?
— Ха, — зашипела проститутка, — именно поэтому я хочу, чтобы ты свалил отсюда.
Она закурила, поднесла спичку к сигарете Джо и бросила ее на землю.
Джо зашагал дальше вверх по улице.
Ник положил фотоаппарат на заднее сиденье. Что скажет Энн, когда увидит снимки? Странный парень. Не поймешь, что с ним творится. Похоже, он поставил крест на своей прежней жизни. Но — почему?
Джо уже готов был сдаться, когда вдруг увидел ее. Она казалась такой юной, не старше четырнадцати. Ее лицо было густо покрыто макияжем, светлые волосы откинуты назад. В каждом ухе по три или четыре серьги. Во рту сигарета. Но ничто не могло скрыть детского выражения ее лица. Возможно, она еще играла в куклы.
Джо направился к ней, пытаясь расчесать пальцами сальные, свисающие на лоб волосы.
— Привет, — сказал он, — я ужасно замерз. Не хочешь ли пойти куда-нибудь, где потеплее? — Он улыбнулся ей и заметил, как она его оглядела. В ее глазах было что-то большее, чем простой интерес, и Джо подумал, что с этой у него не будет проблем. Еще одна пропавшая беглянка. Кто станет ее разыскивать?
Она, должно быть, разглядывала его минут пять, прежде чем заговорить. На лице ее была улыбка.
— Отвали, — сказала она наконец.