Одержимый Райли
Шрифт:
Положив все в коробку и засунув ее под мышку, я закрыл дверь комнаты Последнего Дня. Пройдя мимо Темпест, я надежно закрыл за собой дверь Комнаты Одиночества и быстро поднялся наверх, в свою спальню. С каждым шагом, приближающим меня к двери, я чувствовал возбуждающее предвкушение, которого не испытывал раньше.
Толкнув дверь в спальню, я улыбнулся, увидев Райли, стоявшую на балконе спиной ко мне, и лунный свет снова танцевал на ее коже. Бросив коробку на кровать, я вышел на балкон и грубо прижал ее к перилам как тогда, в терминале аэропорта. Проведя руками по ее волосам, я зажал их в кулак и грубо откинул ее
— Я чувствую сладкий аромат твоего возбуждения, — прошептал я ей.
— Джекс, — прошептала она.
Ее руки дико пробегали по моим волосам, когда я все сильнее вжимался в нее. Ее судорожный вдох сделал мой член твердым, и я, убрав одну из ее рук с моих волос, положил ее на мою теперь пульсирующую выпуклость. Я хотел, чтобы Райли вытащила его. Хотел, чтобы она это сделала, потому что она не хотела ничего больше, чем коснуться меня, пока я касаюсь ее.
Пальцами одной руки я провел по ее влажным складкам, и она выгнула спину, слегка дрожа. Другой рукой я, по-прежнему крепко держа ее волосы, сильно потянул за них.
— Каково это, Райли? Это то, чего ты хотела? — спросил я, не узнавая своего голоса.
— Да, — застонала она сквозь боль.
— Хорошая девочка. Оставайся здесь и стой, как стоишь, я собираюсь взять кое-что для нас, чтобы поиграть, — прошептал я ей.
На неуверенных ногах я вернулся к кровати за коробкой, находясь в состоянии сексуального возбуждения, которого раньше никогда не испытывал, и мне нравилось каждое его мгновение. Схватив коробку, я откинул крышку и взял ошейник и цепь. Вернувшись на балкон, я обернул ошейник вокруг горла Райли и закрепил на нем цепь. Она тихо застонала, когда я, снова прижавшись к ней, намотал цепь на руку. Я натянул цепь еще больше, но на этот раз что-то пошло не так. Ужасно неправильно.
Я услышал хныканье и щелчок, а затем тело Райли, качнувшись вперед, упало с балкона. Я... Я убил ее.
«Что я наделал?» — лихорадочно думал я.
Перегнувшись через перила балкона, я взглянул на ее приземлившееся тело с вывернутой под странным углом головой. Ее глаза, ее прекрасные голубые глаза уставились на меня пустым взглядом. Голова покоилась на плече, а изо рта стекала тонкая струйка крови.
Тот момент, когда я считал нас равными, тот момент, когда я хотел сказать ей, что люблю ее, исчез.
У меня никогда не будет возможности снова полюбить ее, почувствовать теплое тело в своих руках. Я только что убил единственного человека, которого искренне любил.
Все здравомыслие, которое у меня было, наконец исчезло.
Эпилог
Я никогда не была религиозным человеком. Имею в виду, что верила, что есть что-то на небе, во вселенной, наблюдающее за нами, но никогда ничему не молилась.
До того дня, когда меня похитили, до того дня, когда все пошло наперекосяк и Джекстон сошел с ума. Не совсем, конечно, но достаточно, чтобы заставить меня делать все, что он хочет, и соглашаться со всем, что он говорит.
Я
После этого Джекс каждую ночь расхаживал взад и вперед по коридору наверху, разговаривая сам с собой. Я никогда не могла разобрать, что он говорил, но, честно говоря, была слишком напугана, чтобы спрашивать.
Со мной он был не особо разговорчив. Только дважды говорил со мной напрямую, спрашивая о том, что сказала мне Райли, прежде чем напасть на меня.
«Она просила передать, что любит тебя и боится из-за этого. Боится того, кем она станет, если позволит себе остаться с тобой, зная, что сделает для тебя все. Она просила попрощаться с тобой за нее и что надеется, что однажды ты обретешь мир. Сказала, что когда я умру, она направит лезвие на себя».
Сначала он рассмеялся, затем заплакал, а затем пришел в ярость. Он так обезумел, стал таким ужасно злым, что я начала молиться той же ночью.
Я молилась даже не одному существу, а всем и каждому, кто был готов меня слушать. Надеясь выбраться отсюда, прежде чем он уничтожит нас обоих.
Прошлая ночь была самой страшной. Он пригласил меня в свою комнату, но вышел на балкон, дав мне разрешение сесть на его кровать. На мне был ужасно неудобный корсет, и он сказал, что причина, по которой он заставлял Райли носить его нескольких месяцев, заключалась в том, что она могла забеременеть от него, и он не хотел, чтобы ребенком стал таким же монстром, как он. Он сказал, что ношение тугого корсета приводит к естественному прерыванию беременности, и что он никогда не говорил об этом Райли.
Я знала, что Джекстон Уитлок был монстром, но никогда не догадывалась до какой степени, пока он не рассказал мне эту историю. С тех пор мне каждую ночь снились кошмары, и никакие молитвы не спасали меня от них.
Но сегодня все было иначе. Сегодня в коридоре наверху не было ни ходьбы, ни сбивчивых голосов. Был только звук шагов, когда он спускался по лестнице с пустым лицом. По его приказу я стояла внизу, как всегда. Достигнув площадки первого этажа, он улыбнулся мне дружелюбной улыбкой и провел рукой по моей щеке.
— Я придумал кое-что отличное. Что-то, что сделает нас обоих счастливыми и сохранит нам жизнь, — весело сказал он. — Хочешь знать, что это?
— Да, сэр, — прошептала я.
— Ты — причина того, что Райли ненадолго уехала, и я знаю, как ты вернешь мне этот долг. Тебя зовут не Темпест. Тебя зовут Райли. Ты понимаешь это? Тебя зовут Райли, моя Райли, — радостно сказал он. — И теперь у нас есть вечность, которую я для нас хотел. Но сначала я должен научить тебя охотиться, быть похожей на меня, а потом мы проживем вместе всю жизнь.