Одержимый плейбой

Вулф Алекс

Глава 20

Дэйкон

Оставляю записку с цветами и шоколадом.

«Увижу их в мусорном ведре — в следующую пятницу закажу еще две дюжины и приведу оркестр мариачи. Д.»

Отхожу в коридор и жду появления Куинн. Наблюдать за ее реакцией — лучшая часть, и я никогда ее не пропускаю. Выглядываю из-за угла, когда она бросает свою сумку в нижний ящик стола — все как обычно.

Куинн

смотрит на цветы и шоколад, но не прикасается к ним. Я смотрю, как она берет записку. Просматривает мой почерк, ее губы шевелятся, когда она читает слова про оркестр. Ее глаза расширяются, и Куинн смотрит на мусорное ведро рядом со столом.

Ты этого не сделаешь, Куинн.

Ее губы изгибаются в улыбке, всего на долю секунды, прежде чем возвращается хмурый взгляд.

Ты моя, и ты это знаешь.

Она не выбрасывает цветы в мусорное ведро. Но даже если бы и выбросила, это стоило бы того, чтобы увидеть эту ее улыбку.

Я вымотаю ее, и завоюю ее сердце так или иначе. Жду, пока Куинн направится в комнату отдыха, чтобы приготовить кофе. Ее распорядок дня так предсказуем. Она — ходячая привычка, и я не прочь использовать в своих интересах любые сведения, которые собрал с течением времени.

В ту секунду, когда замечаю, как ее туфли с открытым носком поворачивают за угол, хватаю Куинн за руку и тащу в подсобку. Нашу подсобку. Место, где все началось.

— Что, твою мать, ты делаешь? — рычит на меня она, и черт меня возьми, если мне не нравится огонь в ее глазах. Подхожу к двери и запираю ее, не дав Куинн протиснуться мимо меня и убежать. — Ты ведь знаешь, что означает слово «нет», правда?

— Разумеется, но мы оба в курсе, что это ненастоящее «нет». Правда? — ухмыляюсь тому, как грудь Куинн вздымается с каждым ее вдохом.

— Это похищение. Я могу закричать.

Я пожимаю плечами.

— Можешь, но не будешь.

— Иногда я реально тебя ненавижу. — ее зеленые глаза прожигают дыру в моей груди.

— Возьми свои гормоны под контроль, женщина. Я привел тебя сюда не для того, чтобы трахаться.

Ее глаза расширяются, а затем останавливаются на мне. Куинн хмурит брови.

— Ты вообще слушаешь, что говоришь? Зачем же еще ты притащил меня сюда?

Солгу, сказав, что не чувствую себя мудаком из-за ее слов. Она считает, что все, чего я хочу — присунуть ей.

Этот момент настигает меня, и я замираю на несколько секунд. Незнакомое чувство гложет внутри, оно в тысячу раз сильнее обычного волнения, еще и в сочетании с бабочками.

— Ну? — Куинн качает головой, словно собирается с мыслями. — Для чего мы здесь?

Ты сможешь это сделать, Дэйкон.

— У меня есть вопрос.

— Ну, так поторопись.

Куинн всегда приходит на работу пораньше, ей приходится придерживаться своего распорядка, иначе день пойдет наперекосяк. Как я уже сказал, я в курсе всего, что касается ее, черт возьми.

Делаю глубокий вдох. Не пойму, почему это так чертовски сложно, и почему я вдруг веду себя как слабак. Мои ладони становятся липкими, и я еще раз глубоко выдыхаю.

— Выкладывай.

— На днях у тебя был серьезный экзамен, и, зная тебя, уверен, ты прекрасно с ним справилась.

Я хочу пригласить тебя на ужин, чтобы отпраздновать это событие.

Черт, почему это было так сложно?

— Звучит искренне. Ты только что официально пригласил меня на свидание? Настоящее свидание? Типа посидеть в ресторане и поговорить?

— Послушай, я чувствую себя ужасно из-за того вечера. Мне хочется загладить свою вину перед тобой. И хочется услышать об экзамене и… — заламываю пальцы, замолкаю и наконец набираюсь смелости посмотреть ей в глаза. — Пожалуйста?

Куинн улыбается, будто ей это нравится.

— Ты бледный. Выглядишь напуганным до смерти. — она смеется так, словно наполовину нервничает, наполовину ликует. — Ты когда-нибудь приглашал кого-нибудь на настоящее свидание раньше? Такое, когда хочешь провести время с кем-то, а не потому, что просто мечтаешь переспать?

— Нет.

Ее щеки становятся ярко-розовыми.

— Я имею в виду, не так, как только что пригласил тебя. Официально или что-то в этом роде… — качаю головой, ругая себя за нелепое и взволнованное поведение. — Черт возьми, никогда раньше не сталкивался с отказом. Это, наверное, ужасно.

— А вот и наш Дэйкон вернулся. — усмехается Куинн.

Смеюсь, но затем прищуриваюсь и смотрю на нее.

— Слушай, понятия не имею, как мне еще сказать это, черт возьми, но ты мне нравишься. Я был откровенен с самого начала, и это все нелегко для меня, но я очень хочу быть с тобой. — подхожу ближе, так что мы оказываемся лицом к лицу, и провожу пальцем по ее подбородку. — Что мне нужно сделать, чтобы ты поняла, что я имею в виду каждое слово? Ты думаешь, я раньше посылал женщинам цветы? Я даже маме их не посылаю.

Куинн отводит взгляд, и, клянусь, мне кажется, я замечаю слезу, выступившую в уголке ее глаза. Когда она снова глядит на меня, той уже нет.

— Я не…

— Перестань, бля*ь, думать. Сегодня вечером у нас свидание.

Глава 21

Куинн

Я, наконец, киваю.

Очевидно, это успокаивает Дэйкона, потому что он буквально впечатывается в мой рот губами прежде, чем я успеваю произнести хоть слово. На этот раз поцелуй иной. Непохотливый и неторопливый. Дэйкон не целует так, будто хочет поглотить или возбудить. А нежно и сладко, и я до сих пор не знаю, как подобное переварить. Он пригласил меня на настоящее свидание. Не какое-нибудь «эй, давай сегодня потусуемся», после траха. И признался, что впервые пригласил девушку на свидание. Обычно я бы подумала, что он лжет, но увидела искренность в его глазах.

То, как Дэйкон целует меня — неожиданно, но приятно. Когда он скользит рукой к моему бедру, я понимаю, что вот-вот останусь без одежды. Все тело горит от его прикосновений, и бабочки порхают в животе. Я жду, когда мужчина разденет меня догола и прижмет к стене. Развернет и отшлепает. Сделает хоть что-то.

Но Дэйкон отстраняется и отпирает дверь.

— Куда, черт возьми, ты собрался?

Он пожимает плечами.

— Пойду работать.

Чувствую себя так, словно нахожусь в «Сумеречной зоне».