Одержимый любовью

Лэндон Лора

– Вот только мы уже хорошо знакомы друг с другом, причем много лет. По крайней мере, вы отлично знали моего брата.

– Но это осталось в прошлом, – удивленно подняв брови, поправил Джонас.

– Да, но это не являлось частью моего прошлого, – уточнила Селия.

Лунного света едва хватало, чтобы рассмотреть выражение его глаз, но Селии показалось, что на душе у него царит веселье.

– Нет, не являлось, – согласился Джонас. – Однако всем хорошо известно, что ваш брат больше не

считает меня своим близким другом.

– Ну, это мягко сказано, – улыбнулась Селия.

– В таком случае, наверное, я должен спросить, разделяете ли вы его мнение?

– А если да?

– Тогда я уйду и оставлю вас в одиночестве наслаждаться этим дивным вечером.

Лучше бы глубокий тембр его голоса не будил в ней мириады эмоций, которые томились где-то в глубине души. Ну почему ее буквально заворожил широкий разворот его плеч? И лучше бы она не мечтала без конца о том, как остаться с ним наедине без какой-нибудь более симпатичной дамы, добивавшейся его внимания.

То, что сейчас она здесь с ним, походило на сбывшийся сон.

– Вечерами, подобными этому, наслаждаться должны все. На самом деле я бы повела себя слишком эгоистично, если бы попыталась единолично завладеть террасой леди Пламптон, – сказала Селия. – Я с удовольствием побуду здесь в вашей компании.

Джонас улыбнулся и прислонился бедром к парапету.

Он оказался выше Хардли, но ненамного, и если бы Селия встала с ним рядом, то ее голова доставала бы до подбородка Джонаса. Но, даже находясь совсем недалеко от него, она чувствовала себя на удивление маленькой и хрупкой.

– Должна вам сказать, лорд Хейвуд, что я очень удивлена видеть вас здесь.

– Судя по изумленным выражениям лиц гостей леди Пламптон, вы далеко не единственная, кто не поверил собственным глазам.

– Тот вечер, когда погибла Мелисент, изменил будущее нескольких людей.

– В таком случае леди Пламптон следует похвалить, правда? За смелость пригласить нас обоих на одно и то же мероприятие.

Селия повернула голову и посмотрела на Джонаса. Интересно, понимает ли он, что корни поступка леди Пламптон лежат гораздо глубже?

– Я знаю леди Пламптон несколько лет, и она никогда не производила впечатления человека, который приглашает двух врагов на один и тот же прием с единственной целью посмотреть, что же в этом случае произойдет.

Уголки губ лорда Хейвуда приподнялись от широкой открытой улыбки, озарившей его лицо и заставившей Селию почувствовать, как потеплело у нее на душе.

– Вы полагаете, кому-то удалось убедить уважаемую матрону навести мосты между мной и вашим братом и ликвидировать пропасть, разделявшую нас последние три года?

Селия несколько минут обдумывала его слова.

– Нет, лорд Хейвуд, – покачала

она головой. – Сомневаюсь, что искоренение вражды между вами и моим братом имеет отношение к причине, по которой леди Пламптон пригласила вас на бал. Я думаю, дело здесь в чем-то более важном.

– Неужели? – улыбнулся Хейвуд и сделал глоток из стакана.

– Именно так. И поскольку вы совсем недавно вернулись с войны, я полагаю, что за это время произошло нечто, подтолкнувшее леди Пламптон пойти на подобный риск.

Рука Хейвуда, державшая стакан, застыла в воздухе.

– Вы знали, что племянник леди Пламптон тоже недавно вернулся с войны? – уточнила Селия. – Теперь, когда я думаю об этом, я почти уверена, что он вернулся примерно в одно время с вами.

– Правда?

– Да. Он получил серьезное ранение. Леди Пламптон утверждала, что он выжил только благодаря героическим действиям своего командира.

Граф Хейвуд сделал еще один глоток и, опустив руку, заглянул Селии прямо в глаза.

– Знаете, что я думаю? – многозначительно начала Селия.

Джонас молчал, не отрывая от нее глаз.

– Вполне возможно, что вы с племянником леди Пламптон вместе сражались на войне. И на самом деле вы и были тем командиром, который спас ему жизнь, – Селия в упор смотрела на него. – Я права?

Джонас продолжал молчать.

– Я думаю, – продолжала Селия, – что леди Пламптон прислала вам приглашение, желая отблагодарить за спасение племянника. – Селия глубоко вздохнула, осознавая степень подобного риска. Ведь Джонаса могли убить, пока он спасал другого человека. Солдат выжил только благодаря его смелости.

– Напомните мне, чтобы поблагодарить леди Пламптон перед отъездом, – тяжело сглотнула Селия, удивившись, как хрипло прозвучал ее собственный голос.

Граф Хейвуд опять прислонился бедром к парапету и пристально посмотрел на Селию.

– Что такое? – спросила она, видя, как внимательно он ее изучает.

– Когда мы были молодыми, я догадывался, что Хардли вас недооценивает. Теперь я просто в этом убежден. Вы гораздо сообразительнее, чем он считает.

– Это вас пугает?

– Пугает?

– Ну да. Мне говорили, что моя откровенность пугает людей.

– Мне кажется, здесь больше подходит слово «смущение», – улыбнулся Джонас. – Я думаю, ваша откровенность смущает людей.

– Вы смутились?

– Я? Нет. На самом деле это произвело на меня впечатление.

– Вот как! – удивилась Селия и больше не произнесла ни слова.

– Вы опять о чем-то думаете, но молчите, поскольку не уверены, стоит ли озвучивать свои мысли, – нахмурился Джонас, немного наклонив голову.

Селия поразилась, насколько хорошо он ее понимает.