Одержимый любовью

Лэндон Лора

– Могу себе представить. Он был очень недоволен.

– Пойдем со мной, – сдавленно хихикнула Селия. – Я попросила, чтобы в маленькой столовой рядом с кухней нам подали чай. Понадеялась, что отъезд не на пустой желудок поднимет всем настроение.

– Думаю, твоему брату в подобной ситуации ничего не поможет. Как только он окажется в одном экипаже со своим заклятым врагом…

– А тут как раз поможешь ты.

– О нет. Только не я. Я не стану играть роль буфера между Хейвудом и твоим

братом. Это все равно что медленно и добровольно умереть.

– Глупая, – засмеялась Селия. – Пойдем со мной. Чай поможет.

– Ничего не поможет, – слышала у себя за спиной бормотание подруги Селия и все же надеялась на лучшее.

– Я на самом деле рассчитывала на то, что он останется в Лондоне, – говорила Селия, пока они шли через холл, – потому что он возглавляет очень много комитетов в парламенте. Он вечно пропадает то на одном совещании, то на другом. И относится к своим обязанностям настолько серьезно, что я была просто уверена: Хардли останется здесь, чтобы не пропускать все эти совещания.

– Единственная причина, по которой он является председателем, – покачала головой Аманда, – заключается в том, что другим членам комитета гораздо легче переложить ответственность на него и позволить контролировать результаты, чем пытаться бороться с ним.

– К сожалению, – Селия передала Аманде чашку чаю, – думаю, ты права. Но я была абсолютно уверена, что он слишком занят, чтобы ехать прямо сейчас.

– Мне кажется, – Аманда сделала глоток и поставила чашку, – сейчас самое время немного усложнить ему жизнь.

– О нет, Аманда, нет. Даже не думай причинять неприятности. У него и без того трудная жизнь, с тех пор как вернулся Хейвуд. Его появление напомнило о скандале с Мелисент.

– Мы обе знаем, что после смерти Мелисент Хардли запретил себе жить полной жизнью. По крайней мере, что касается той жизни, которая находится за пределами его работы в парламенте. Я думаю, ему необходим кто-то, кто превратит его жизнь из пустого существования в более сложную задачу.

Селия не выдержала и рассмеялась.

– Когда ты решишь, каким образом намерена совершить сей подвиг, дай мне знать, Аманда. Я хочу быть там. Просто нежелательно, чтобы ты начинала прямо сейчас. Следующие несколько недель нам придется вместе жить.

– Ладно. Но было бы интересно посмотреть…

Аманда уже приготовилась добавить что-то забавное, когда дверь открылась, и на пороге появился Хардли.

– Ваша светлость, – нежным голосом пропела Аманда, – какой сюрприз!

– Сюрприз? Не могу понять, почему, леди Аманда. В конце концов, это мой дом.

– Разумеется, – с милой улыбкой на лице добавила Аманда. – Я по ошибке подумала, что вы останетесь на улице присматривать за погрузкой нашего багажа.

– Для этого

у меня есть работники, которые превосходно справятся с этой задачей. Меня больше волнует присмотр за посадкой пассажиров. Но поскольку вы обе сидите здесь и пьете чай, проводить вас в ожидающий экипаж не представляется возможным. Ты, Сесилия, – он бросил нетерпеливый взгляд в сторону сестры, – такая медлительная.

– О, пожалуйста, простите меня, ваша светлость, – вмешалась Аманда. – Это целиком моя вина.

– Почему меня это не удивляет? – округлил глаза Хардли. – В какую катастрофу вы попали на этот раз?

– На самом деле это не катастрофа. Это скорее проблема, которая у меня…

– Проблема? – грубо перебил ее Хардли. – Проблема, которую понадобилось решать сейчас?

– Да, ваша светлость. Это личный вопрос.

– Который только моя сестра могла помочь решить.

Селия заметила хитрую улыбку на лице Аманды и поняла, что пришло время сменить тему. Но, к сожалению, опоздала вмешаться.

– Конечно, ваша светлость. Вы же понимаете, как мы с Селией близки?

– И как я мог забыть? – огрызнулся Хардли. – Обычно именно мне приходилось спасать вас обеих из тех темных интриг, в которые вы впутывали мою сестру.

Селия начала было возражать, но Аманда подняла руку, призывая к молчанию.

– О, ваша светлость, вы приписываете мне слишком много заслуг. С моей стороны было бы недобросовестно присваивать только себе заслуги во всех наших оплошностях. В конце концов, у Селии тоже присутствуют некоторые черты, доминирующие в вашем характере.

Брови Хардли взлетели вверх. Селия знала, что бы ни произошло в следующее мгновение, будет одинаково плохо.

– Например? – сквозь сжатые зубы уточнил Хардли.

– Ваша светлость, все светское общество прекрасно осведомлено о вашем остром уме. У Селии такой же острый ум, за исключением…

– Ну?

– Возможно, мне не следует продолжать, – тяжело вздохнула Аманда.

– Возможно, так будет лучше, – встряла Селия, едва Аманда закончила свое предложение.

– О нет, леди Аманда. Я настаиваю. Уверен, что ваше мнение обо мне будет очень… поучительным.

– Хорошо, но предупреждаю, что очень часто я довольно жестко высказываю свое мнение.

– Уверен, у меня довольно толстая кожа, чтобы выдержать ваши замечания, – царственно кивнул герцог Хардли, хотя Селия знала, что он вовсе не хотел этого царственного жеста.

– Ну что ж, ваша светлость, как вам известно, у Селии тоже острый ум. Разница в том, что она не использует его, дабы унижать, а наоборот, чтобы возвышать и поддерживать.

– Вы намекаете, что…

– О, не поймите меня превратно. Миру нужны такие мужчины, как вы.