Одержимый любовью

Лэндон Лора

С этими словами Аманда сделала королевский реверанс Хардли, причем без особой искренности, и через весь зал направилась туда, где стоял Куигли.

Селия никогда в жизни не видела, чтобы брат потерял дар речи, но по-другому описать его состояние сейчас было невозможно. Он смотрел Аманде вслед, подняв от изумления брови, открыв рот и не веря своим ушам из-за того, что две его попытки сказать хоть что-то с треском провалились.

– Если бы я знал, что ты меня послушаешь, – сказал наконец Хардли, взглянув на Сесилию, будто хотел ее задушить, хотя сама она сомневалась,

что это ее он хотел задушить в данный момент, – я бы запретил тебе впредь общаться с леди Амандой. Она невыносима.

– Хорошо, если ты понимаешь, что твое требование – это слова, выброшенные на ветер.

Хардли еще раз посмотрел на сестру и, ни с кем не попрощавшись, отправился искать выпивку. Но перед этим, как успела заметить Селия, он бросил взгляд туда, где Аманда с лордом Куигли танцевали первый вальс.

– Похоже, я не единственный, кто способен вывести Хардли из себя, – произнес Джонас, наблюдая, как брат Селии взял стакан, который подал лакей, и одним глотком осушил его.

– Интересно, правда? – Селия была свидетельницей нескольких экстравагантных стычек между Амандой и Хардли, но никогда не замечала такого взрывоопасного противостояния. И Аманда никогда не демонстрировала такой показной храбрости.

– Ты думаешь, имя Куигли присутствует в карточке леди Аманды? – спросил Джонас.

– А ты как думаешь?

– Я думаю, – улыбнулся Джонас, – что я в неоплатном долгу у леди Аманды. А это означает, – он протянул Селии руку, – что надо воспользоваться временем, которое она нам предоставила. Не хотите ли прогуляться со мной по саду, леди Сесилия?

– С удовольствием. – Селия взяла его под руку, и они направились к дверям, которые открывали путь в цветущий сад леди Райзинг.

– Я хочу кое-что обсудить с тобой, Селия, – объявил Джонас и увлек ее в отдаленный уголок сада, где на берегу небольшого пруда стояла уютная решетчатая беседка.

Ходили слухи, будто беседка и пруд – уменьшенная копия большой, более роскошной беседки и озера, расположенных в загородном имении Райзингов. Селия никогда их не видела, но могла представить и, более того, хотела иметь нечто подобное в собственном доме, когда он у нее появится.

Атмосфера была идеальной. Очень романтичной.

Селия присела на скамейку, с которой открывался вид на пруд, и поняла, насколько умопомрачительно красивым он казался в свете полной луны. Таинственный серебристый свет блестел на спокойной глади, создавая подлинную идиллию.

Селия, словно зачарованная, несколько секунд безотрывно смотрела на пруд, прежде чем поняла, что Джонас не присел рядом на скамейку, а ходит перед ней взад-вперед.

– Что-то не так? – спросила она.

– Время покажет.

– Хорошо, – крепко сцепила на коленях руки Селия. – Почему ты не объяснишь причину, по которой тебе необходимо поговорить со мной, пока я не начала делать поспешные выводы? Ни об одном из которых я, кстати, думать не хочу.

Джонас остановился и взглянул на Селию.

– И что же это за выводы?

– Например, что ты хочешь меня предостеречь, чтобы я не усматривала

в нашей дружбе больше, чем есть на самом деле. Что хоть я и нравлюсь тебе, возможно, ты даже испытываешь ко мне нежные чувства, тебе нужно получить опыт общения с другими молодыми дамами.

– Это ты так думаешь?

Селию немного успокоило недоверчивое выражение лица Джонаса. Но не до конца.

– Такая возможность не исключается, – ответила она.

– Позволь мне сказать, что это исключено.

У Селии подпрыгнуло сердце.

– На самом деле, – продолжал Джонас, сев на скамейку с ней рядом, – эта мысль посетит меня в самую последнюю очередь.

Он взял ее за руки и держал, крепко сжав. Жаркая волна прокатилась по всему телу Селии.

Руки Джонаса были сильными и крепкими. А прикосновения нежными, но надежными.

До знакомства с Джонасом самым сильным человеком для Селии был брат. Но он терялся на фоне Джонаса. Разница заключалась в том, что Джонас обладал спокойной силой, оставлявшей у нее ощущение безопасности и защиты, тогда как сила Хардли вызывала страх.

Там, где Хардли требовал внимания, Джонас его заслуживал. Его спокойная манера вести себя, царственная осанка и выдающиеся способности – все вместе это делало его удивительным человеком. На войне он был командиром, и Селия понимала почему. Он обладал непревзойденными качествами лидера и восхитительной способностью вызывать к себе доверие.

– Что-то случилось, Джонас?

– Нет, все в порядке, – покачал он головой. – Просто…

Селия ждала.

– Просто… – Джонас встал и начал ходить по крошечному пространству беседки. – Просто я признаю, – он остановился перед Селией и заглянул ей в глаза, – что очень люблю тебя, Селия. Ты знаешь, что в тот первый вечер я представился тебе с целью закрепиться в обществе. Я понимал, что Хардли будет самым большим для меня препятствием в этом деле, и подумал, что знакомство с тобой поможет достичь поставленной цели. Я никогда не лгал тебе на этот счет.

– А я сказала, что понимаю, почему тебе пришлось так сделать.

– Но я не ожидал, что так полюблю тебя. Не представлял, что буду так тобой восхищаться. – Джонас замолчал на мгновение. – И я не думал, что захочу жениться на тебе и провести с тобой остаток своей жизни.

– Что ты сказал? – попыталась обрести голос Селия.

– Мне нечего тебе предложить. – Его царственная поза напомнила Селии о командире, каким он по-прежнему во многом оставался. – У меня огромные долги. Люди говорят, что я женюсь на тебе только из-за твоего приданого.

– А ты?

– Отчасти да, – не дрогнул Джонас. – Я не стану лгать тебе. Долги, которые я унаследовал вместе с титулом, оказались невероятными. Мне очень нужны деньги, которые, возможно, когда-нибудь придут ко мне вместе с тобой.

– В том танцевальном зале присутствует большое количество других состоятельных женщин, которые будут в восторге от предложения стать твоей женой. Почему же ты не выбрал одну из них?

– Потому что больше мне никто не нужен. Я понял, что мне нужна только ты.