Одержимость

Уорд Дж. Р.

Оклеечная бумага была чистой и свежей, как и день, в который ее сюда положили, цветочный узор зеленого и фиолетового цветов вился на ароматной поверхности. Она быстро наполнила ящик, все плотно закрыла… потом снова открыла и выбрала пару брюк для йоги и свободную футболку.

Эдриан не сильно ошибся с ее размером. Все было мешковатым, но сидело намного лучше огромных вещей Джима.

Она не знала, где в доме была прачечная, но, насколько она понимала, они стирали вещи в раковине и развешивали сушиться

на…

Сисси замерла.

Над бюро на стене висело старое зеркало, его стекло покрылось паутинкой стещинок, как то, что было в доме ее бабушки. И когда она встретила собственный взгляд на неровной поверхности, ее отражение было одновременно ослепительным и полностью непримечательным… черты лица совсем не изменились, как и цвет волос.

Но было кое-что другое.

Над ее головой, словно диадема из тихого света свечей, сиял нимб.

Такой же был у Джима.

Подняв руку, она похлопала по нему, но ничего не ощутила, никаких препятствий. Ни сопротивления. Но он там был. Зеркало могло быть антикварным, но работало вполне нормально…

Скрип над головой привлек ее внимание. Кто-то ходил этажом выше, шаги были неровными… либо из-за загроможденности дороги, либо…

Схватив трость ангела, она выбежала из комнаты. Она не знала, где был вход на чердак, но собиралась найти его.

Так много дверей. В спальни. В другую гостиную. В ванные. Она все шла. Проходя мимо основной лестничной площадки, находя все то же в другом крыле… В дальнем конце, вокруг косяков закрытой двери сиял свет, и перед тем, как подойти, она уже знала, что найдет там лестницу.

– Эдриан? – позвала она.

Внезапно, свет заморгал, словно от скачка напряжения… и почти отговорил ее от подъема наверх. Когда лампы остались включенными, она решила подняться.

– Эдриан..?

Сделав вдох, она ощутила самых изумительный запах цветов, он был сложным, несколько ароматов, наслаиваясь друг на друга, вводили в краску те лавандовые простыни. А потом она услышала пение, тихое, повторяющееся, настойчивое.

Остаток пути она прошла на носочках, заглянула за балюстраду на вершине.

Пламя черных свеч лениво покачивалось в невидимых потоках, купая чердак от стропил до потолка в теплом свете. Кедровые шкафы и антикварные чемоданы «Луи Виттон» отбрасывали тени, старая одежда на вешалках, казалось, покачивалась в колеблющемся свете. Паутина висела тончайшими струнами, двигаясь волнами, словно от дыхания призраков, а сквозь трещины со свистом проскальзывал ветер.

Но она ничего толком не видела.

Посреди пространства, скрестив ноги, с закрытыми глазами сидел Эдриан, покачиваясь взад-вперед. Перед ним на кровати с разными покрывалами лежало, по все видимости, тело. Белая простыня накрывала человека с головы до пят, не было видно, кто был под ней.

Скорбь

была слышна в теноре песни, в болезненном напряжении на лице Эдриана…

Ангел внезапно остановился, его голова резко повернулась к ней…

– П…п-прости, – сказала она, протягивая трость. – Ты забыл ее внизу. Я подумала… что она понадобится тебе.

Их разделяло расстояние, добрые двадцать футов, но она увидела слезы на его щеках прежде, чем он успел проворно стереть их рукой.

– Оставь ее там, – ответил Эдриан надтреснувшим голосом.

– Кто это? – выпалила Сисси.

– Не твое дело.

– Это твой брат? – Мужчина не будет так переживать из-за кого угодно, а под простыней была определенно не женщина. Слишком большое тело. – Да?

Эдриан повернулся к савану. – Почти настолько же близки.

– Я скорблю о твоей потере.

– Как и я.

Сисси осторожно положила трость на один из шкафов, убедившись, что она не скатится. Казалось, это единственное – что она могла делать для него.

– Она забрала его у тебя? – спросила Сисси.

Нет причин уточнять кто «она» такая.

– Да, она.

Сисси смотрела, казалось, с расстояния миль, а не ярдов, и обнаружила целую картину, на которую было больно смотреть. Через это проходила сейчас ее семья… ее друзья, соседи по комнате и учителя в «Союзе», ее старые коллеги по команде.

Все по вине этого демона.

Как много? – задумалась она. Как много людей жили с последствиями ее деяний?

Она вспомнила Джима, сидящего в той уборной, рыдавшего возле ванны.

– Он тоже был ангелом? – мрачно спросила она.

– Скорее святым. – Эдриан протянул руку и расправил простынь, разглаживая крошечную морщину. – Эдди был лучшим из нас. Поэтому она убила его.

– Когда это произошло?

– Не больше недели назад. – Эдриан снова потер лицо. – Я стоял рядом с ним, я должен был увидеть, услышать… что-нибудь. Но это произошло так быстро.

– Я должна помочь. – Когда он повернул голову, Сисси скрестила руки на груди. – Чего бы это ни стоило, я должна добраться до нее.

Ангел очень долго смотрел на нее. Потом повернулся к своему другу. – Я начинаю понимать, почему Джим считает тебя особенной.

– Что…? – Она, должно быть, ослышалась.

– И если ты хочешь отомстить Девине? Хочешь еще раз принять этот яд и снова умереть от него? – Он кивнул. – Твое право. Я не стану останавливать тебя.

Сисси выдохнула. – Спасибо.

– Не стоит за это благодарить, милочка. А сейчас… если ты не против?

– Твоя трость здесь. – Она положила на нее руку, хотя он и не посмотрел. – Вот здесь.

– Спасибо.

Сисси на цыпочках спустилась по крутой лестнице и бесшумно закрыла дверь. Потом тихо вернулась в свою спальню.