Одержимость
Шрифт:
— Держись, дорогуша, — бросила она. Она поколебалась минуту, сверля Кори сощуренными глазами, будто пыталась оценить, потом, пожав плечами, вздохнула. — Ну что ж, нет иного способа, кроме как сказать прямо. У Беннати триппер.
Чашка Кори звякнула о блюдце.
— Что? — вскрикнула она.
— Ш-ш-ш… Тебе, конечно, все равно. Но мне, черт побери, нет. А с чего бы это я с ним порвала?
Кори попыталась улыбнуться.
— Должно быть, это какая-то ошибка, — она отставила чашку с кофе подальше. —
— Слушай, детка, — перебила Пейдж. — Ясно, что тебе не хочется верить. Думаешь, мне хотелось? Очень жаль, что именно я вынуждена говорить тебе об этом, но мы, женщины, должны поддерживать друг друга. Я тебе говорю: у этого ублюдка триппер. И он распространяет его на съемочной площадке.
Кори просто не могла поверить этому, как бы правдоподобно это ни выглядело. Пейдж подлила масла в огонь:
— Ты ведь ждала, что он тебе позвонит на прошлой неделе?
Кори напряглась.
— Так я и думала. Но до вчерашнего дня здесь болталась секретарша Уинтерса. Она улетела вчера вечером. А когда тебе позвонил Беннати?
— Вчера вечером, — мрачно произнесла Кори.
— Улавливаешь? Я пыталась предупредить Шейлу до ее отлета в Штаты, но не встретилась с ней. Так что, дорогуша, надо смотреть правде в глаза. Этот похотливый мужик гоняется за всеми без разбору, кстати, так он и заработал свой триппер.
В дверь постучал второй ассистент и крикнул.
— Первая бригада, готовьтесь!
— Это меня, — Пейдж встала. — Не торопись, допей кофе. Вот телефон, позвони доктору и договорись с ним о встрече. Что до меня — я возбуждаю дело против этого ублюдка сразу после съемок. — Она вышла.
Остаток утра Кори тупо наблюдала за происходящим. Плотники, реквизиторы, художники, костюмеры, осветители чередой подходили поговорить с ней, всем хотелось увидеть женщину, приглашенную Кристосом Беннати на площадку. Кори с трудом удавалось поддерживать вежливый разговор, она едва вдумывалась в смысл произнесенного. В ушах до сих пор звучало откровение Пейдж.
Перед ленчем Кристос отыскал ее и, обняв за плечи, пригласил в свой трейлер.
— Я бы хотел побыть вдвоем, но пара актеров жаждет поговорить о предстоящих сценах, и держись — к нам заглянет пресс-корреспондент.
— А чего бояться? — пробормотала Кори.
— Да просто можешь не сомневаться — он не станет держать язык за зубами, даже если пригрозишь, что от этого зависит его работа. Так что завтра же, в воскресной прессе, мы с тобой прогремим на весь свет.
За ленчем Кори говорила мало, а ела еще меньше. Неужели это правда, и он всю неделю провел с секретаршей Уинтерса… Если у него триппер, и, зная об этом, он занимался с ней любовью… Нет, это просто невероятно! Кристос вдруг объявил ленч законченным и выпроводил всех из трейлера.
— О’кей, — он закрыл дверь и повернулся
— О чем?
— О том, что тебя гложет.
Как во сне, Кори вручила ему записку Пейдж.
— Это номер телефона доктора на Харлей-стрит, — объяснила она. — Пейдж посоветовала мне провериться.
— Провериться на что? — спросил он.
Кори показалось его смущение убедительным.
— Триппер.
Он посмотрел на Кори, и ей стало неловко, его смущение переросло в гнев.
— Ты хочешь сказать, Пейдж заявила, что у меня триппер? — спросил он угрожающе тихо.
Кори кивнула.
— Сама она проверилась, — сказала она. — С ней все в порядке. Но…
— Еще бы, конечно. По крайней мере я тут ни при чем. Ты знаешь, что она делает? Просто пытается… — Вдруг он нахмурился и внимательно посмотрел на записку.
Его связь с Пейдж оборвалась как-то слишком быстро, как раз в тот момент, когда он решал для себя — звонить Кори или нет. Единственный человек, знавший о Пейдж как о своего рода препятствии…
Швырнув записку на стол, он метнулся к двери.
— Женни! — дико заорал он.
Женни сидела на пне поблизости, болтала с кем-то из помощников. Услышав вопль Кристоса, она испуганно вскочила, бросив:
— Черт побери, он все обнаружил, — и, рванувшись в сторону, скрылась в тумане.
На площадке она рискнула появиться, лишь когда Кристос вознесся на кране сквозь туман. Она нашла Кори на ступеньках вагончика с реквизитом и предложила ей прогуляться.
— Не надо ничего объяснять, — рассмеялась Кори. — Я знаю правду. Но Кристос просто в ярости, он и мне-то не простил, что я поверила.
— О, черт! — простонала Женни. — Пора составлять эпитафию. Но должен же он понять, почему я это сделала!
— Думаю, понимает, но хотел, наверное, чтобы ты сделала это как-то иначе, — хихикнула Кори и они, взявшись за руки, заскользили по мокрым листьям. — Но в общем-то я тебе благодарна.
— Хотела бы я услышать то же самое от Беннати, — простонала Женни.
Они шли молча, нагибаясь под арками заледеневших ломких ветвей, почти не видимых в тумане. С деревьев капало, ничто, кроме хлюпающих шагов, не нарушало тишину.
Наконец они добрались до края леса, Женни взгромоздилась на турникет, Кори сделала то же.
— Женни, а ты знаешь что-нибудь… о дружбе — я бы хотела употребить другое слово — Кристоса и Люка Фитцпатрика? Извини, не хочу раскапывать чужие тайны, но я сама у него спросить не рискую. Может, потому, что сейчас у нас с ним все хорошо, боюсь испортить. Люку что-то известно об Анжелике Уорн… Понимаешь, Кристос не хочет говорить об этом, и мы договорились не спрашивать друг друга о прошлом. Но мне кажется, подробности знать не мешало бы.