Одержимость Малиновского
Шрифт:
— Оливия! — Я тряхнула головой, избавляясь от остатка неприятных воспоминаний, и подняла взгляда Влада. — Что стряслось?
— Всё нормально, — отмахнулась от его вопроса.
— Не нужно мне лгать, на тебе лица нет. Расскажи, что тебя тревожит, и я избавлю тебя от проблем.
— Твоя самоуверенность поражает. Не все проблемы решаемы. — Я не смогла сдержать улыбки, мне было приятно, что хоть кто-то меня хочет защитить.
— Понятно, ты вспомнила о своих близких, которых в этом мире уже нет. Сочувствую.
Я не стала разубеждать его, мы вновь замолчали, пока не подошли к мужчинам. Тут я решила сразу перейти к делу.
— Мне нужно
— И тебе здравствуй, Оливия, — усмехнулся Малиновский.
— Добрый день, — исправила свою оплошность. — Но разговор должен состояться перед тем, как мы прибудем к вам домой, это важно.
— Заинтересовала! — хохотнул Лютов. — Давай только не тут.
Я спорить не стала, ведь они правы — тут народу много. Лютов и Малиновский сели в автомобиль, в который загрузили багаж, а мне пришлось ехать на автомобиле Влада. Он полчаса меня не трогал, усиленно о чём-то размышлял. И когда я решила, что так будет продолжаться до конца пути, он неожиданно заговорил.
— Оливия, мне нужно тебе кое-что сказать, пожалуйста, выслушай, не перебивая.
Теперь уже я заинтригована.
— Хорошо.
— Когда тебя увидел, у меня словно что-то щёлкнуло в голове — моё. — Только я хотела возмутиться. — Ты обещала не перебивать. — Заткнулась. — Я же не на топлес твой позарился, этим меня, уж поверь, не впечатлишь. Знаешь, иногда нутром чувствуешь, что этот человек твой. И после общения с тобой я убедился в этом. Я не прошу бежать сломя голову в ЗАГС и кардинально менять жизнь, знаю, что ты ещё учишься и у тебя своя жизнь…
— Влад… — со стоном произнесла его имя. Он мне тоже понравился, есть что-то в нём благородное, то, чего не хватаем мужчинам, окружающим меня.
— Я о многом не прошу… Давай просто общаться, для начала можем погулять по Москве, там много интересных мест. Клянусь, я не буду приставать. — Я тяжко вздохнула, понимая, что эти отношения не для нас. — Неужели тебе неинтересно узнать, подходим мы друг другу или нет?
И я согласилась. Решила, что имею право побыть немного счастливой. И чем больше я узнавала Влада, тем сильнее понимала: расставание с ним будет весьма болезненным для меня. А быть с ним отчим не позволит. Будь проклято это наследство!
Мы остановились на обочине леса, я в недоумении посмотрела на Влада.
— Тут не ловит… — отвечает он, и я ещё больше испугалась. Ведь не поняла, кто кого ловит. Парень тяжко вздохнул. — В этом месте вся электроника глушится, так что можно говорить не таясь.
Господи, я чувствую себя героем шпионского сериала!
— Мне она не мешала.
Влад нахмурился, словно я ему глупость какую-то сейчас сказала. Открываю дверь и выхожу. Там меня уже поджидали Лютов и Малиновский, только я подошла, Александр выдал:
— Оливия, жги!
Я на него посмотрела, как на идиота. Зачем мне устраивать поджог леса?
Тут на мою талию легла тёплая рука Влада.
— Он имел в виду, можешь начинать говорить, они все во внимании. Люцифер, завязывай со своими дурацкими шутками, она не понимает твоего «искромётного» юмора.
Лютов поднял ладони в примирительном жесте, а я сжала кулаки, готовясь высказать им всё, что накопилось. Кто-то должен же защитить Мирославу и не допустить подобное вновь.
— Вы… — обвела я, глазами Лютова и Малиновского, — не имели права играть с чувствами моей подруги!
Рука Влада напряглась, а вот у парочки «Twix» челюсти отвисли после моего наезда.
— Поясни, — смотря
— Попытаюсь, но это невероятно сложно. Да вся это свадьба напоминает театр абсурдов! Вначале он, — показываю глазами на Люцифера, — изображал кавалера Миры, ужом возле неё вился. А тут бац — этот нарисовался. Кстати, всё на моём дне рождения началось, — пояснила я Владу. — Так вот, вечером заглядываю в интернет, а там жена Малиновского соловьём заливается, мол, у них всё шикарно, и объявление о свадьбе её бывшего — это нелепая шутка. Ну, я к подруге рванула, знала, что шашни крутить с женатым для неё неприемлемо, это интервью для неё будет ударом. Захожу в её квартиру — и чуть разрыв сердца не схлопотала. Подруга сидит в душе, и на неё льётся холодная вода, и это выглядело, словно она мертва. А дома кровь, в спортзале на мате вообще её много, явно она сознание там потеряла. Ну не могло за один раз столько натечь из неё! Привела её в чувство, а она словно зомби, взгляд потух, пытается сделать вид, что в норме, только это у неё плохо получалось. Вечером она сказала, что хочет сбежать и свадьбы никакой не будет. А утром обмолвилась, что этот, — показываю глазами на Малиновского, — терпеть её не мог никогда, мол, смотрел на неё постоянно с таким видом, словно у него острый приступ геморроя. Или от зубной боли страдает… — задумалась, вспоминая слова Миры. — Короче, неважно. Так вот, после всего случившегося не поверю, что свадьба эта настоящая, после такого под венец не бегут сломя голову. Так вот, я жду ответа, что, собственно, происходит? Если это какая-то ваша игра, я костьми лягу, но не позволю этому случиться.
— Как опрометчиво запугивать мужчин в лесу… — протянул Лютов и зашипел, получив подзатыльник от Малиновского. — Вань, ты совсем охренел?!
— Что не убивает нас, то делает сильнее — так, Саш, ты, кажется, говорил? — смотрел Малиновский на Лютого не мигая.
— Ты знаешь, что я прав, — не менее воинственно, отвечает Александр.
— Я сейчас добавлю, чтобы запомнил на всю оставшуюся жизнь — Оливии угрожать, пусть даже и в шутку, травмоопасно. А теперь объясните… — Влад замолчал и перевёл взгляд на меня, — Снегурочка, тебе лучше подождать меня в машине, так безопаснее.
— Ну уж нет, я с поля боя сбегать не собираюсь…
— Хорошо, — он встал за моей спиной и закрыл руками мне уши.
— Она всё равно услышит, говори на арабском, — одёргивает Влада Лютов.
— Я же тебе говорил, что тупая идея с фиктивной женитьбой. Почему Миру не предупредил? — пророкотал Влад, причём на арабском он оговорил в совершенстве, вот только и я его знала. — Тебе мало было её страданий все эти годы? Напоследок решил оторваться по полной? Вань, как ты мог?! А тебя, Люцифер, сегодня вечером жду на ринге, пора тебе по бесстыжей морде врезать раз несколько.
Самое невероятное — Лютов обрадовался такой перспективе. Ну реально странный парень. И только я приготовилась послушать продолжение, эта троица перешли, кажется, на китайский язык, жаль, что я его не знаю. Когда они завершили переговоры, все дружно посмотрела на меня.
— Оливия, — отнимает руки от моих ушей Влад. — Если коротко, то налицо недопонимание, но всё улажено, и у них действительно искренние чувства.
Вот тогда я первый раз подумала, что эта семья имеет секреты. Явно что-то связанное со шпионажем. Вот же и Миру в лоб не спросишь, но знать я должна наверняка, чтобы случайно не навредить ей. Значит, стоит с ней поговорить начистоту…