Одержимость Артура
Шрифт:
— Тебе нравится трахать мои мысли, сводить меня с ума. — Это обвинение.
— Думаешь, только ты страдаешь? Я наполовину умерла после тебя, — признается она.
Зацепившись руками за ее колени, я поднимаю ее с барной стойки и прижимаю спиной к холодильнику. Кручу бедрами, проникая в ее тугие ножны, пока наши языки переплетаются, создавая чувственный ритм. Киска Син сжимается на моем члене, когда она достигает кульминации. Я глотаю ее крик удовольствия, наполняя до краев своей густой спермой. Обессиленный,
— Так-так-так, хватит ли места еще для двоих?
Я оглядываюсь через плечо и вижу Джоша, стоящего с девушкой. Я дал ему разрешение приводить сюда своих блядей, если возникнет необходимость, но сейчас не самое подходящее время.
— Прикройся и держись позади меня, — шепчу я, когда мы поднимаемся на ноги.
— Извини, сегодня тебе придется пойти в другое место.
— Да ладно, здесь полно…
— Убирайся на хрен отсюда!
— Раньше тебя это не волновало. Теперь мне даже любопытно познакомиться с твоей подружкой. — Он идет вперед.
— Не подходи ближе, — требую я. Не хочу, чтобы Джош находился рядом с Син.
— Пойдем в другое место, — говорит девушка, ерзая.
— Обязательно, милая, после того, как я увижу, кто прячется за моим дорогим кузеном.
— Клянусь, если ты сейчас же не уйдешь, я надеру тебе задницу.
Син делает шаг в сторону.
— Привет, Джош.
Его взгляд перескакивает на нее, потом снова на меня.
— Иди наверх, мать твою! — кричу я, грубо толкая ее.
— Урод! — кричит она, выбегая из кухни.
— Какого хрена она здесь делает?
— Тебя это не касается.
— Я подожду снаружи. — Девушка поспешно удаляется.
— Ты все еще одержим ею, — раздраженно бросает Джош.
— Думаю, справедливо будет сказать, что я уже прошел этот этап.
— Лучше не будить лихо.
— Не могу, — вздыхаю я.
Он подходит ко мне, пока мы не становимся нос к носу.
— Не говори потом, что я тебя не предупреждал.
Глава 10
Син
Я лежу на кровати, злясь на мачо-позицию Арта. Я сделала только то, что требовалось, чтобы предотвратить их ссору. Воздух меняется, когда Арт входит в спальню. Я чувствую исходящую от него опасность. Почти удушье. Заметив ремень в его правой руке, я встаю на колени, готовясь либо к драке, либо к бегству.
— Ч-что ты собираешься делать? — Я заикаюсь.
— Ты ослушалась меня. Я приказал тебе держаться за мной и не разговаривать с другим мужчиной. Пришло время выпороть твою задницу. Ложись лицом вниз на кровать.
— Пошел ты. — Я перекатываюсь на противоположную сторону кровати, оставляя ее между нами, когда Арт двигается ко мне.
— Будет хуже, если мне придется за тобой бегать, — хмыкает он, обходя
Я переползаю обратно, бегу в ванную и запираюсь внутри.
Он стучит в дверь.
— Открой, твою мать, и прими наказание как женщина.
— Ты сумасшедший, если думаешь, что я буду послушной, пока ты бьешь меня ремнем.
— Ты не можешь оставаться там всю ночь.
Черт, он прав. Что, блин, мне делать?
— Прости меня, ладно? Я больше не ослушаюсь тебя.
— Слишком поздно для извинений. Маленькая свинка, маленькая свинка, впусти меня.
— Поцелуй меня в задницу!
— Тогда я подую и разнесу твой домик в пух и прах.
Он наносит удар за ударом по двери и раскалывает ее посередине. Я лихорадочно оглядываю ванную, отчаянно ища хоть что-нибудь, что можно использовать в качестве оружия. Черт, ничего нет. После еще одного удара ему удается войти. Я прижалась к стене, с сердцем, подскакивающим к горлу.
— А вот и Арт.
— Давай поговорим как взрослые разумные люди.
Он машет мне рукой.
— Не заставляй меня ждать.
Я медленно иду к нему, как будто подчиняясь приказу, но, проходя мимо Арта, бросаюсь бежать. Он ловит меня, прежде чем я успеваю сделать три шага, и тащит к кровати.
— Проклятый неандерталец! Отпусти меня!
Арт переворачивает меня на живот, а затем наваливается сверху всем огромным телом, чтобы предотвратить любую попытку побега. Он хватает меня за запястье и приковывает наручниками к столбику кровати. Я поворачиваю голову и вижу еще наручники, свисающие с оставшихся трех столбов. Я не заметила их раньше. Когда все мои конечности зафиксированы, он слезает с кровати.
— Мне будет больнее, чем тебе. — Он сильно и быстро бьет ремнем по моей заднице. Ощущение такое, будто с моего тела сдирают кожу.
— Арт, пожалуйста! Остановись! — Я всхлипываю, слезы текут из моих глаз.
— Ты. Обязательно. Научишься. Слушаться. И. Подчиняться. Мне. — За каждым словом следует жестокий удар, более болезненный, чем предыдущий.
После еще нескольких ударов он, наконец, заканчивает. Мои запястья и лодыжки освобождены, но я лежу на месте, испытывая боль и шок.
— Спускайся и одевайся. Мы идем завтракать.
Завтрак!
Я кручу головой в его сторону. Он стоит спиной ко мне, натягивая брюки. Мой контроль ослабевает, и я бросаюсь на него. Неудивительно, что он почти сразу берет верх, переворачивает меня и скрещивает руки на груди, лишая меня подвижности.
— Я ненавижу тебя, — всхлипываю, прижимаясь к нему.
— Я несколько раз объяснял тебе правила, но ты предпочла их проигнорировать. Чтобы избежать наказания, советую тебе начать слушаться, потому что, поверь мне, я могу стать гораздо более изобретательным в своих воспитательных методах.