Одержимая
Шрифт:
— Кто ты? — спросил Лео с удивлением. Я не ответилa, и он прошептал: — В твоей крови вкус дуба, кедра И зимнего ветра. Дикий вкус. Таким когда-то был мир. Приходи ко мне в спальню, — выдохнул он на мою ладонь. — Сегодня.
Я молча наблюдала за ним, понимая, что вампир пробует на мне свой обольстительный тон, но особенно не возражала. Не сейчас. Лео поцеловал мою руку. Его волосы были по-прежнему обернуты вокруг моих пальцев, а губы оказались прохладными, но мягкими. Наши глаза встретились, его взгляд выстилал бархат, но излучал силу, опасную, как золоченая клетка. — Приходи ко мне.
— Нет, —
Медленно он взял мою руку ледяными пальцами и потянул, выпутывая пряди своих волос. Согнул ее, положил поперек моего тела и прижал. Его мертвая холодная ладонь поверх моего живого тепла. Его глаза проникли в глубину моих. — Признайся, к какому виду сверхъестественных существ ты принадлежишь? — спросил он. — Думаю, ты не оборотень. Я ничего подобного не пробовал в своей жизни. И никогда о таком не слышал.
Я позволила легкой улыбке скользнуть по моим губам.
— Повторяю, — сказала я, осознавая, что ставлю под угрозу мирные отношения, какими бы призрачными они ни были, возникшие в настоящий момент между мной и главой Совета вампиров. — Я поделюсь секретом, если ты откроешь, откуда взялись вампиры, от кого они произошли и как появился самый первый вамп.
Мне показалось, он раздумывает над моим предложением.
— Зачем ты хочешь это узнать? — спросил Лео.
Я поудобнее устроилась на диване, чувствуя себя отдохнувшей, слегка сонной и непонятным образом счастливой, словно выпила стакан холодного пива в жаркий полдень.
— Потому что все сверхъестественные существа чего-то боятся. В соответствии с легендой, оборотни, если они еще существуют, боятся луны, планеты богини Венеры и Дианы-охотницы. Ведьма, с которой я знакома, боится черных сил, являющихся по ночам: демонов, злых духов и изменчивых джиннов. А вампы боятся креста, — объяснила я. — Не звезды Давида, не символов Магомета и не изображений счастливого Будды. И не важно, насколько религиозен верующий, как велика его убежденность. Но все христианские символы вызывают у вампиров страх, даже если они находятся в руках атеиста. Очевидно, силу им придает не вера. Теологи не могут прийти к единому мнению, отчего это происходит. Вот я и предлагаю сделку. Расскажи мне, почему вампы боятся всего, что связано с Церковью.
— Наше проклятие другого рода, нежели древнее проклятие оборотней или эльфов, но именно проклятия всех нас породили. — Тень набежала на лицо Лео.
Эльфов? Вот дерьмо! Эльфы существуют на самом деле? И… оборотни? Судя по его словам, они тоже реальны.
— Нет, — сказал он. Затем встал. Изящный и гибкий, им был грациознее любого танцора. — Ты просишь слишком многого. — Лео огляделся и расправил плечи, словно на них лежал тяжкий груз. — Джордж, я готов идти.
Громила поднялся со своего места, проскрежетав по паркету ножками стула, на котором сидел, и пересек комнату. Не посмотрев в мою сторону, он взял пиджак и встряхнул его. Нежным шелком блеснула подкладка, когда слуга, развернув, приготовил его для хозяина. Лео Пеллисье раскатал рукава рубашки и влез в пиджак. Пусть подают машину, — приказал он.
Джордж открыл мобильный телефон, нажал кнопку и спустя секунду произнес:
— Машину. — Потом захлопнул крышку телефона.
Лео взглянул на меня с высоты своего роста. Я лежала на диване, совершенно не беспокоясь по поводу неравенства наших позиций и точно зная, правда не понимая почему, что нахожусь в безопасности, хотя он занимал господствующее положение и моя слабая плоть была абсолютно не защищена перед его зубами и когтями. Его глаза буравили мои. Теперь это был взгляд не вампира, а человека, но тем не менее по-прежнему неистовый и пронзительный. Лео словно хотел содрать слой за слоем в моей душе и разоблачить все тайны, хранящиеся в самой сердцевине.
Он произнес:
— Я слышал барабаны. Ощущал запах дыма. И видел… горного льва? Сидящего рядом с тобой? Но он тебя не убил. — И казалось бы, без всякой связи он добавил: — Говорят, тебя воспитали волки.
Улыбка засветилась в моих глазах.
— Нет, не волки.
Он слегка склонил голову набок, изучая меня. И анализируя, не знаю уж, что там он смог извлечь из моей памяти.
— Кошка. Это была не ты.
Он подбирался все ближе. Пантера тревожно зашевелилась. Я улыбнулась пошире, как будто это его утверждение показалось мне еще забавнее, чем новость о том, что меня воспитали волки.
— Нет, — сказала я. — Не я. — Там был мой отец. Воспоминание о моем утраченном прошлом. И именно этот вампир вернул его мне.— Спасибо, — снова поблагодарила я, не давая никаких объяснений.
— Излечение пострадавших — обязанность самых старших членов нашего сообщества. — Он помолчал, и взгляд его был направлен внутрь, глубоко, словно все еще не мог выпутаться из моих воспоминаний. Или своих собственных? Лео как будто мысленно встряхнулся и продолжил: — Долг по отношению к тем, кто служит нам.
— Я работаю на тебя за деньги, — парировала я с некоторым самодовольством. Упершись локтями в диван, я приподнялась и продолжила полулежа-полусидя: — Я тебе не слуга. Вообще-то, ты платишь мне за то, что я сделала бы в любом случае и по собственной воле. Поэтому, мне кажется, ты больше похож на слугу, чем я.
Лео рассмеялся. Неподдельное веселье сморщило кожу в уголках его глаз.
— Нахалка. Грубиянка!
Я признала обвинения кивком головы.
— В таком случае, — сказал он, — я счастлив попросить об ответной услуге. — Он еще секунду понаблюдал за мной. — Я хочу, чтобы завтра ночью ты пришла ко мне на суаре. — Лео поднял руку, пресекая насмешку и отказ, которые уже хотели сорваться с моего языка. — Большая часть городских вампиров будет там. Уникальная возможность для тебя увидеть их всех в одном месте. Мы редко собираемся в таком расширенном составе.
Я вглядывалась в его лицо. Если, приглашая меня на это мероприятие, он и имел какие-то скрытые мотивы, вычислить их я не смогла.
— У меня есть всего одно маленькое черное платье. Только одно.
— Уверен, оно подойдет, — отреагировал он голосом, лишенным каких-либо эмоций. — Распусти волосы, и его никто не заметит.
Я фыркнула от смеха.
— Джордж заедет за тобой в полночь. — Лео перевел взгляд на своего телохранителя и слугу. — Мы опаздываем. Я слышу шум двигателя.