Очень узкий мост
Шрифт:
Когда в посольстве сильно пахло краской или лаком (клали паркет), условия не позволяли послу работать, и он уходил, жалуясь на головную боль. Кфир с Алексом посмеивались, называя эти боли фантомными, что в медицине определяется как психологический феномен ощущения боли в отсутствующей части тела. Всем остальным почему-то наличие запаха лака работать не мешало.
В какой-то момент в Тбилиси приехала жена «Б». Он не называл ее иначе, как «моя красивая жена». Как известно, о вкусах не спорят. Кфир с Алексом называли ее «послицей» за заносчивое поведение. Эта была женщина с большой буквы! Естественно, с буквы «Ж». Не имеет смысла останавливаться на
– Здесь законы устанавливаю я.
Глава 7
Армения
По роду работы Кфиру понадобилось съездить в Армению. Тбилисское посольство отвечало также и за Ереван. Это было в декабре 1993 года. Ездить в то время было очень сложно и очень небезопасно, поэтому Кфир решил взять с собой своего шофера, знавшего армянский язык. Если кому-либо мог принадлежать титул «душа посольства», так это, несомненно, этому самому шоферу Заку. Несколько слов о нем.
Это был удивительно способный, находчивый и остроумный человек. Когда кто-то из сотрудников спросил, есть ли у него права (имелись в виду водительские), тот, не задумываясь, ответил: «Какие у еврея права?!» Евреем он, кстати, был по отцу, а по матери – армянином, что с гордостью называл «гремучей смесью». Что касается должности шофера, это, действительно, не было его профессией. На самом деле, он окончил Плехановский институт в Москве, но в 90-х годах приходилось зарабатывать, как только можно.
Считая юмор лучшим лекарством, Зак не упускал случая им воспользоваться. Однако, как и многое в фармакологии, юмор тоже часто основывается на яде. Так Зак не пропускал случая сказать что-нибудь о после, как например, «Он принадлежит к отряду упрямоголовых», или «Эта особь редкой хреновидности». О жене посла он говорил, что она напоминает ему дерево: «Эта деревянность породы и сучковатость натуры». Однажды Зак сказал Кфиру, что готов спорить, что посол служил в парашютистах. Удивленный Кфир ответил утвердительно, спросив Зака, откуда ему это известно. Зак ответил с миной эксперта, что не знал, но догадывался, долго наблюдая за последствием приземления посла на голову.
Несмотря на самые дружеские отношения с Заком, Кфир ни разу не позволил себе как-либо прореагировать на подобные вещи и с самым невозмутимым видом как бы пропускал их мимо ушей. Как-то находясь в гостиничном номере Кфира, в присутствии Алекса, Зак самым серьезным образом вдруг начал говорить о том, насколько посол выдающийся человек. Кфир с Алексом в недоверии переглянулись, в ожидании подвоха. Зак же, как бы не замечая, говорил, что послу будет принадлежать научное открытие в области медицины. «Эта новая область психиатрии, по-видимому, будет называться «Эффект Б», или просто «психопрактология.»
Зак безропотно выносил все прихоти Кфира, исходящие из его положения и трудоголизма. Кфиру приходилось работать много часов, а Зак постоянно был при нем, исполняя все его порой нелегкие поручения. Нередко из-за Кфира он, семейный человек, попадал в опасные ситуации. Естественно, Кфир чувствовал себя неловко, но другого выхода не было. Так однажды, когда Бен-Гаю понадобилось ночью быть в аэропорту во время комендантского часа (у него был пропуск), на одной из застав между пассажирами стоящей перед ними машины и солдатами заставы завязалась перестрелка с последующей
Благодаря своему приятному и общительному характеру Зак пользовался большой популярностью в посольстве. Всегда был готов помочь. Находчивость, связи и знания этого человека сделали его незаменимым. Часто коллеги обращались к Кфиру с просьбой позаимствовать Зака, поскольку никто другой не мог выполнить сложные поручения так, как это делал он.
Как-то однажды во время работы Кфиру понадобилось подъехать куда-то в городе, что случалось крайне редко. В центральном универмаге в это время проходила неделя Китая. Зак предложил на обратном пути заехать посмотреть. Когда они подъехали к универмагу, стоянки не было, и они оставили машину в запрещенном месте, а точнее у самого входа. Минут через пятнадцать они вышли и увидели, что у машины сняли номера.
В то время в Тбилиси система штрафов функционировала следующим образом: провинившийся шофер должен был явиться в милицию с повинной и по «договорной цене» выкупить номера. Кфира это не удивило, к тому времени он уже перестал чему-либо удивляться.
Зак не растерялся. Он сразу же обратился к ближайшему милиционеру, у которого узнал, что милиционер-хищник уже работает на другой стороне улицы. Они переехали на другую сторону. Кфир остался в машине, наблюдая за происходящим.
Поначалу Зак с улыбкой обратился к милиционеру, и как показалось, сразу же разговор стал несколько натянутым и эмоциональным, судя по возрастающей жестикуляции со стороны милиционера. Зак же сохранял хладнокровие и достоинство в течение всего разговора. В какой-то момент пыл милиции дрогнул, и в мимике, а также в выражении лица, мелькнуло сомнение. Затем противник уже гораздо более мягко, с вопросительным выражением лица провел правой ладонью по своему подбородку сверху вниз, на что Зак показал в сторону Кфира и тоже провел своей правой ладонью, только снизу вверх. «Странная жестикуляция… – подумалось Кфиру, – однако достаточно убедительная». Он вынужден был это признать, увидев, как милиционер возвращает Заку номера.
Естественно, Бен-Гая заинтриговало, какой же диалог происходил между «силами света» и «силами безопасности». А произошло следующее:
– Скажи, это ты снял мои номера? – спросил Зак с улыбкой.
– Допустим я, а что? – с вызовом ответил мент.
– А вот что. Я оставлю тебе свой паспорт, а ты отдай мне номера, – сказал Зак.
– А почему я должен это делать? – последовал вопрос.
– А потому что паспорт ты завтра мне сам принесешь! – последовал ответ.
– Постой, постой, это ты возишь иранского консула? – спросил представитель органов.
– Ну, я, – ответил Зак.
– Такого с бородой?
– Да, – ответил Зак.
– А где он?
– А вон там, – и Зак показал в сторону Кфира.
– А борода? – продолжала допытываться милиция.
– Сбрил, – не моргнув, ответил Зак.
– Ну ладно, вот твои номера.
Да, случай с номерами был настоящим номером. В посольстве долго посмеивались над этим происшествием, а Зака даже некоторое время за глаза называли иранским консулом.
Итак, в день отъезда Кфир поставил посла в известность. Тот же попросил его проверить в Ереване положение с гостиницами, так как сам вскоре туда собирался.