Очень синий чулок
Шрифт:
— Палочками или вилкой? Один из моих партнёров ест их ложкой, — Крастов подмигнул Ольге, — так что ты ничем не сможешь меня удивить.
— Я могу взять две вилки, — лукаво улыбнулась она.
— Было Ютубе, — отмахнулся Крастов.
— Да, там, как правило, есть все. Даже видео о том, как правильно засунуть в нос мармеладного мишку.
Крастов ловко вскрыл бутылку и наполнил бокалы. Подавая напиток Ольге, он задумчиво спросил:
— Даже не знаю, стоит ли спрашивать зачем ты смотрела эти вещи?
— У меня
Когда они утолили первый голод, Крастов принес вторую бутылку шампанского. И, вскрывая ее, как бы мимоходом спросил:
— Расскажешь?
Больше он не добавил ничего, но Ольга прекрасно поняла, на что он намекает. На ее истерику.
— У меня нет ответа, — повторила она недавно сказанную фразу. — Все было ожидаемо — грязные намеки Коврова, его недвусмысленные угрозы выследить меня. И я передала флешку. Что там было?
— Контакты, имена и фамилии, — Крастов отмахнулся, — не забивай голову. Чем он угрожал тебе?
Ольга вздрогнула и зябко поежилась. Отставив бокал на стол, она зажала ладони между колен и тихо сказала:
— Он сказал, что в следующий раз мы встретимся там, где не будет кнопки вызова охраны.
Крастов подсел к ней и обнял, прижал к себе и погладил по голове.
— У него не получится, — уверенно сказал он.
— А если да? Я не хочу, чтобы…
"Чтобы мой первый раз украл грязный ублюдок", но вслух она этого произнести не смогла.
— Все будет хорошо.
Она чуть отстранилась и, не давая себе передумать, прижалась губами к губам Крастова. Замерла на несколько прекрасных мгновений, а после попыталась сбежать.
— Ну теперь уж нет, не отпущу, — хищно выдохнул Крастов. — Я покажу как надо, Оля.
5.6
Крастов подхватил ее под бедра и посадил на себя. Его большие ладони скользнули на ее попку и крепко сжали. Ольга застонала и уткнулась лбом в плечо Вадима. Несколько минут они просто тяжело дышали и крепко прижимались друг к другу. Затем Крастов встал и, удерживая Ольгу на себе, хрипло спросил:
— Да или нет?
— Да, — выдохнула Ольга и прижалась губами к его сильной шее, к пульсирующей под челюстью венке.
Он отнес ее в спальню и бережно опустил на постель. Лег сверху, опираясь на локти, и втянул Ольгу в долгий чувственный поцелуй. Крастов не спешил раздевать ее, не спешил переходить к "основному блюду". Он наслаждался прелюдией и учил наслаждаться Ольгу.
Когда воздуха перестало хватать, он отпустил ее губы и спустился к нежной шейке. Жгучие поцелуи заставляли Ольгу трепетать, она всхлипывала и выгибалась, подставляя себя под губы Крастова.
— Вот так, почувствуй себя, моя девочка.
Напряжённые горошины сосков были хорошо различимы под тонким трикотажем. Крастов, не снимая с Ольги платья, прямо через ткань втянул в рот левый сосок. Она вскрикнула и вцепилась руками в его плечи.
—
— Но хорошо?
— Хорошо, — она закрыла глаза. — Очень хорошо.
Наконец, Крастову надоело ласкать ее тело сквозь преграду и он, сев на колени, медленно задрал подол платья. Он не остановился до тех пор, пока не обнажил ее до плоского животика с изящной впадинкой пупка. Увидев, что на Ольге нет белья, он тяжело выдохнул и прищурил темные от страсти глаза.
— Не смотри, — она покраснела.
— А если я не могу не смотреть? Меня как магнитом тянет, — и он положил руку на средоточие ее женственности. — Ты здесь такая нежная.
Ольга попыталась свести колени, но Вадим не позволил. Склонившись, он оставил короткий поцелуй у впадинки пупка, затем скользнул губами ниже, ниже и, наконец, приласкал кончиком языка ее набухший, напряженный клитор. Ольга вскрикнула и тут же прижала к губам ладонь. Его действия сводили ее с ума.
Удерживая ее бедра, Вадим безжалостно ласкал повлажневшие складочки. Он вновь и вновь терзал губами и языком упругую горошину, в которую превратился клитор. Оставив последний поцелую на заласканном местечке, Крастов отстранился и ввел внутрь Ольгиного тела указательный палец.
— Х-хватит, — едва дыша, выстонала Волкова. — Просто войди в меня. Я не могу больше.
Он любовался ею — ресницы слиплись стрелочками, рот приоткрыт и черт возьми, как бы хорошо смотрелся его член между этих припухших губ. Вадим сдавленно зарычал и, услышав ее тихий стон, выдохнул:
— Мы только начали, — он усмехнулся и добавил, — я даже не раздет.
Но вопреки своим словам, от одежды он избавился быстро и навис над ней. Его тяжелый, пульсирующий член оказался прямо напротив входа в ее тело.
— Хочешь? — он взял его в руку и погладил влажной головкой ее складочки.
Ольга вздрогнула, посмотрела на него каким-то пустым, потерянным взглядом и кивнула. Вадим медленно выдохнул, и направил себя в нее. Впившись поцелуем в сладкие, манящие губы, он одним движением заполнил ее всю. Она вскрикнула в поцелуй, ударила его ладошками по плечам, но он не мог, просто не мог остановиться. Он вбивался в ее тело, зацеловывал кривящиеся губы и едва мог дышать. Он весь превратился в алчущее животное, в зверя, что до безумия нуждается в утолении своей страсти.
Остатки ясного разума подсказали Вадиму выйти и выплеснуться на подрагивающий живот, хотя все внутри него требовало пометить Ольгу изнутри, заполнить не только членом, но и спермой.
Скатившись с нее, он сел. Крастову еще ни разу так не срывало крышу и он не знал, просто не знал, что он сейчас должен сказать или сделать. И, глядя на свою сперму, что запятнала подтянутый животик Волковой, он не ощущал вины. Только всеобъемлющее удовлетворение от вида расхристанной, затраханной женщины.