Очень не просто
Шрифт:
— Ты слишком много думаешь про то, какое впечатление произведет на окружающих тот или иной твой поступок. — Торрин не удержался и опять стал меня "учить жить", как он это называл. — Запомни, главным должно быть твое отношение к собственным поступкам, чужое мнение надо принять к сведению и этого достаточно. Выслушай всех, а поступай так, как считаешь нужным.
— Но дед, с моими возможностями я могу наделать очень больших и неисправимых ошибок.
Шаман внимательно на меня посмотрел и сказал.
— Можешь, я даже
Я осмотрелся, приметил несколько подходящих парковых деревьев (на которых висели эльфийские плетения для ухода и роста) и отдал команду оркам.
— Вот те деревья срубить и подготовить два больших погребальных костра, я проведу обряд прощания.
Торрин одобрительно кивнул, а потом спросил.
— А почему только два костра?
— На одном будем сжигать целые тела, на другом — части трупов.
Дед одобрительно кивнул.
В жизни случается всякое, поэтому если нет возможности сжечь тело полностью, то душа привязывается к тому, что удалось найти и проводится обряд прощания. То есть дух может уйти на перерождение даже если не будут найдены и захоронены оставшиеся части тела погибшего. Закончили мы с обязательными церемониями проводов духов в мир иной уже после полуночи. Когда орки стали вырубать деревья в парке, люди забеспокоились, что "зеленые напились и сейчас пойдут громить город", но я быстро разъяснил ситуацию. Правда, за всеми обрядами наблюдало около сотни ополченцев, так, на всякий случай, но все прошло без проблем.
Так как дворец сильно пострадал, то нам с дедом выделили одну комнату на двоих, так что мы смогли поговорить наедине, без свидетелей.
— Я надеюсь, ты уже выполнил все родственные обязательства перед Либерийским домом?
Торрин сидел в кресле и держал в руке маленькую фарфоровую чашечку с чаем. Вдохнув ароматный парок, он прикрыл глаза от удовольствия и продолжил.
— Нам пора вернуться в Брук и осчастливить Зуррина скорым появлением соседей.
Я удобно устроился на полу, телохранители кинули пару шкур у горящего камина, и теперь я просто отдыхал от суматошного дня.
— Представляю, как он обрадуется наплыву либерийских переселенцев. И как тебе пришла эта идея с объединением земель? Ведь таких государств еще не было.
— Я давно думал над проблемой четкого разделения рас. Понятно, что все мы очень разные: обычаи, время жизни, магия, боги — разумных нашего Мира будто отталкивают друг от друга. Если раньше все границы воспринимались как обыденный факт, то твое появление заставило сомневаться в случайности происходящего.
— А я тут причем?
Шаман допил чай, откинулся на спинку кресла и приступил к очередной лекции по обустройству мира.
— Эчеррин, твое рождение было предсказано за несколько сот лет еще моим дедом.
Я вынужден был согласиться с ним — все происходящее со мной только подтверждало его вывод.
— Ты не задумывался над тем, зачем они все это затеяли? Тысячи лет все расы жили бок о бок не смешиваясь, дружили, воевали, но кровь не мешали, и всех все устраивало. А тут вдруг появился ты со своими способностями ко всем видам магии, с твоей манерой смешивать силы и придумывать плетения, с Храмовой Долиной, наконец! Зачем? Для чего боги привели тебя в Мир?
— Не знаю и знать не хочу. — Я отвернулся и стал смотреть на огонь. — Многие знания подразумевают великую ответственность, а мне проблем и так хватает.
— Хорошо, значит, еще не пришло твое время. — Дед поменял тему разговора. — Давай займемся более срочными делами, чем поиск твоего предназначения. Каким ты видишь будущее Либрука?
Я задумался. С одной стороны — это государство будет состоять из двух почти равных частей — Брукинии и Либерии, значит, оно сможет со временем занять достойное положение среди соседей. С другой стороны в нем будут жить две расы с равными правами — люди и орки, и это может не понравиться пограничным государствам.
— Не знаю, дед. — Я обернулся к шаману и уточнил. — В любом случае чтобы будущее у страны было нам надо выиграть войну. Даже если ослабевший Чедан захочет затянуть начало боевых действий, то эльфийская кукла на сарранском троне не даст союзнику уйти от старых обязательств.
Торрин согласно кивнул и сказал.
— Да, если либерийцы с радостью ухватились за идею вдвое увеличить свои территории, даже учитывая необходимость соседства с орками и очистки земель от заразных трупов, то с пустынными кланами придется договариваться.
— Они пойдут на любые мои условия.
Я был уверен в своих словах, так как проверял течение магии в пустынных землях и рисунок силовых линий там постоянно менялся, что обещало ухудшение климата в ближайшем будущем.
— Им просто некуда деваться.
— Именно поэтому Зуррин будет требовать для своих кланов первенства при выборе земель и владении источниками, ни о каком равенстве с людьми не может быть и речи. А это в свою очередь не устроит либерийцев, и мы получим жуткую междуусобицу и передел власти.
Я был удивлен такому мнению деда о будущем объединенных земель, ведь это была его идея — создать Либрук.
— Торрин, но если ты так уверен, что они не уживутся вместе, то зачем было вообще говорить о моих землях? Мы бы обошлись своими силами, так как в кланах много желающих переселиться на свободные места.
Дед мельком глянул на меня и завел речь о… политике.
— Эчеррин, представь, что ты глава людского государства.
Я хмыкнул — тут и представлять не надо, нахватал владений, да все без толку.