Очаровательная ведьма
Шрифт:
— Я решу утром. — Она подняла бокал. — За твою сегодняшнюю победу.
— Спасибо. — Марко чокнулся с ней и отпил глоток, не отрывая взгляда от Вирджинии. — За прекрасную незнакомку, — провозгласил он тост.
— Спасибо, но я не так уж и красива, — чуть робко пробормотала она.
— Тогда позволь я еще раз на тебя посмотрю.
Вирджиния неподвижно стояла и неуверенно улыбалась, обратив к нему лицо, пока Марко внимательно ее разглядывал. Ее широко раскрытые карие глаза блестели в темноте, пряча в своей глубине всяческие секреты. Густые ресницы и немного теней для век придавали
Марко поднял руку, лаская ее высокие скулы, затем провел ладонью по лицу Вирджинии, пальцами касаясь тонкого, правильной формы носа, щек, и наконец дотронулся до мягких, влекущих губ, созданных для поцелуев. Он обрисовал пальцем их нежный изгиб и сказал:
— Не вижу причин менять свое мнение.
— Может, в твоих глазах я и красавица, но могу заверить тебя, что другие мужчины так не считали.
— Это их проблемы, mio dolce [5] *
5
* Моя сладкая ( итал.)
—То есть... Я хотела сказать... Я еще никогда так далеко не заходила, — неожиданно выдохнула Вирджиния.
— Принять приглашение едва знакомого мужчины провести с ним ночь? — рассмеялся Марко, не в силах ничего поделать с всколыхнувшей его радостью.
Впрочем, он понимал Вирджинию, потому что испытывал к ней такое же сильное влечение. Он надеялся, что ему удалось скрыть силу своего желания, потому что желание это даровало ей власть над ним. Вирджиния была нужна ему как еще ни одна женщина.
— Да, и я немножко волнуюсь, — призналась она.
— Еще не поздно остановиться. Мы можем выпить шампанского, а потом я отвезу тебя в отель.
Вирджиния осознавала: Марко делает все, чтобы впоследствии она не могла сказать, что ее к чему-то принудили. Или он, быть может, настоящий джентльмен? Или... неужели он прежде всего пытается защитить себя?! Впрочем, все равно. В любом случае ей не нужно от него ничего этой ночью, кроме его ласк и... его ребенка.
В конце концов, миллионы мужчин и женщин встречаются, чтобы вместе провести одну ночь, а затем расстаться. Разве она планировала не это? Почему же в уме все было очень просто, а как только дело дошло до того, ради чего Вирджиния приехала, она испытывает неуверенность?
Почему простые слова Марко о том, что он считает ее прекрасной, так тронули ее и эта ночь приобрела какой-то новый смысл? И Марко перестал быть всего лишь пешкой в задуманной ею игре — даже если от этого выиграют все. Он заставил Вирджинию посмотреть на него как на мужчину, о котором она, возможно, тайно грезила, подумать о счастье, которое она может испытать. Но... разве любовь может принести счастье женщинам, носящим фамилию Феста?
— Вирджиния?
Голос Марко вернул ее в настоящее. Вирджиния постаралась заглушить все сомнения, все неожиданно разбуженные мечты, отметя те последствия ее решения, которые она могла не предусмотреть...
— Я остаюсь.
Марко широко улыбнулся, заставив Вирджинию в полной мере осознать, что такое мужская красота и обаяние. Подумать только, что сотворила с ней одна его улыбка!
— Мы так и будем стоять здесь в ожидании восхода солнца? — поинтересовалась она.
— Ни в коем случае. Мы можем лечь в горячую ванну, попивать шампанское и наслаждаться чудесным вечером, то есть уже утром, и обществом друг друга.
Вирджиния еще раз вздохнула, изгоняя из своих мыслей какие бы то ни было планы, чтобы сконцентрироваться лишь на том, что сейчас она находится в обществе неотразимого и сексуального мужчины.
— Мне нравится твоя идея.
— Тогда купальник ты найдешь там. — Он махнул рукой в направлении ширмы, за которой скрывалось джакузи.
Вирджиния кивнула, но не смогла сдвинуться с места. Нужно было действовать, она это знала, но именно осуществление чего бы то ни было всегда давалось ей с трудом. Только отчаяние и мечта об обычном женском счастье, желание разорвать оковы бабушкиного проклятия заставили ее начать кампанию по соблазнению Марко. Будь у нее другой выход, она бы непременно им воспользовалась.
Должно быть, сомнения, с которыми ей до конца так и не удалось справиться, не укрылись от Марко, потому что он неожиданно сказал:
— Что тебе известно о звездах?
— О звездах? — опешила Вирджиния.
Марко обхватил ее за талию и повел к широкому шезлонгу. Он жестом предложил женщине сесть, а затем опустился рядом. Потом заставил ее лечь рядом с ним и положил ее голову себе на плечо.
Вирджиния взглянула на него украдкой и поняла — он знает, что она чувствует себя крайне неуютно. Может, это знак, что исполнение плана следует отложить или вообще забыть о нем? Ведь она не в состоянии поручиться, что ее предположение о возможности уничтожения проклятия, поразившего обе семьи, с помощью ребенка верно...
— Знаешь, некоторые звезды и целые созвездия, видимые в Северном полушарии, в Южном не видны и наоборот? Например, Южный Крест.
Вирджинию тронула его попытка помочь ей расслабиться.
— Я слышала об этом, — кивнула она. — А ты можешь определить, где Южный Крест?
— Прямо над нами.
Вирджиния проследила взглядом за его рукой и увидела четыре звезды, образующие ромб.
— С этим созвездием не связаны какие-нибудь легенды, как с созвездиями Ориона или Сириуса?
— Увы. Поскольку это созвездие невидимо в Северном полушарии, то ни греки, ни римляне не оставили нам никаких преданий о Южном Кресте.
— А это что за созвездие?
— Лев, — почти сразу ответил Марко. — Когда-то египетские жрецы могли по его расположению на небе предсказывать разлив Нила.
Марко рассказал ей еще о нескольких созвездиях. Вирджиния с интересом его слушала, начиная видеть в нем не только всемирно известного гонщика. Да, Марко вращался в мире знаменитостей и богатства, но сейчас рядом с ней был интересный человек, увлеченный чем-то помимо денег и гонок.
— Откуда ты столько знаешь? — с неподдельным восхищением спросила она.