Обыкновенные девчонки (сборник)
Шрифт:
— Да разве я один раз запнусь? Я как начну запинаться, как начну! — Тоня всхлипнула. — И вот тебе уже и тройка. А потом и двойка.
— Ох! — вздохнула Лена. — Ну почему ты все время споришь? Я ведь не говорю, что надо сразу же научиться отвечать без запинки. Пока старайся учить так, чтобы отвечать хоть и с запинками, да без ошибок.
— А я все равно не умею учить так, как ты хочешь, — сказала Тоня, растирая ладонью закапанную слезами страницу учебника истории.
— А как ты умеешь?
— Наизусть… — ответила Тоня.
От удивления Лена так тряхнула головой, что у нее упали очки. Она вертела их в руках, глядя на Тоню чуть прищуренными, близорукими глазами:
— Неужели все — наизусть?!
— А как же еще учить? — сказала Тоня. — Я иначе ничего не могу запомнить.
— Ну, это совсем не годится! Ты должна читать и потом рассказывать самой себе. Своими словами. Понимаешь?
Тоня покачала головой:
— Я так не умею… Анна Сергеевна тоже всегда говорит: «Рассказывай своими словами». А если у меня своих слов нет?
Лена задумалась.
— Ну, тогда учи, как умеешь, — грустно сказала она. — Значит, ничего не поделаешь.
И, подумав, что надо сбегать посоветоваться с Катей, Лена наскоро оделась и убежала, второпях поправляя очки.
Тонина квартира была в том же самом доме, что и Катина, — только во дворе. Со двора надо было войти через узенькую боковую дверь на площадку Катиной лестницы и подняться наверх.
— Ну что? — спросила Катя, увидя в передней взволнованную Лену со съехавшей на затылок шапочкой. — Как Тоня?
— Ревет! — запыхавшись, ответила Лена. — И говорит, что своих слов нет.
Катя серьезно посмотрела на подругу:
— Не может этого быть! У каждого человека есть хоть какие-нибудь свои слова. Ведь разговаривала же она с тобой!
— Разговаривала…
Обе девочки помолчали.
— Что ж теперь делать? — спросила Лена. — Не могу я сидеть и слушать, как она зубрит наизусть!
— Ладно… — сказала Катя. — Давай теперь я попробую помочь ей. Уроки я уже все сделала.
Лена обрадовалась:
— Ой, пожалуйста, Снегирек! А то у меня ничего не выходит. Только знаешь, у Тони отец какой сердитый!
Катя немножко подумала.
— Ну, ничего! — сказала она. — Я не боюсь.
Схватив бабушкин большой платок и набросив его себе на голову, Катя побежала вниз по лестнице. Внизу она простилась с Леной, не оглядываясь пересекла знакомый двор и сразу, чтоб не раздумать, громко постучалась в ту дверь, за которой жила Тоня.
Открыл Кате, как нарочно, Тонин «сердитый» отец.
— Тоня занимается, — сказал он хмуро.
И Катя поняла — он недоволен, что к Тоне ходят девочки: наверно, думает, что они мешают ей готовить уроки.
— А я как раз и хотела ей помочь, — сказала Катя.
— Помочь? —
Он круто повернулся, сел за стол, на котором лежала раскрытая конторская книга, и принялся щелкать на счетах.
Катя растерялась. Она уж и сама не знала, уйти ей или остаться. Но в эту минуту в дверях кухни появилась Тонина мама. У Кати стало полегче на душе.
— Можно мне к Тоне? — спросила она. — Я хочу немножко помочь ей.
Тонина мама, маленькая, тихая женщина, сказала шепотом:
— Помогальщиков-то много, а вот толку мало… Только что одна ваша девочка приходила к ней — худенькая такая, в очках. Тоже помочь хотела.
И, помолчав, она спросила:
— А ты, наверно, домой одни пятерки приносишь?
Катя смутилась:
— Нет, не одни пятерки. Иногда и четверки.
Тонина мама посмотрела на Катю и вздохнула:
— Счастливые же бывают родители!
И она повела Катю в соседнюю маленькую комнатку, где у окошка за столиком сидела над учебником истории красная, заплаканная Тоня. Она подняла на Катю глаза, полные слез.
— Ну чего ты? — спросила Катя. — Покажи, что тебе трудно.
— Все! — сказала Тоня, низко наклонив голову.
Мать снова вздохнула:
— Вот этак и сидит до поздней ночи… Тяжело стало теперь учиться. Уж так требуют у вас в школе, так требуют — прямо невозможно! Еще спасибо, что подруги такие добрые, помочь хотят. Вот ты и постарайся, Тонечка, с подругой вместе урок потверже выучить. Назубок.
Тонина мать вышла из комнаты, и девочки остались одни.
— Покажи-ка мне, как ты учишь уроки, — предложила Катя.
— Как учу? — ответила Тоня. — Обыкновенно… Раньше по три раза каждую строчку учила, а мама говорит: «Мало. Раз не запоминается, — значит, надо по пять раз». Вот я теперь и учу по пять.
— Так это же страшно трудно! — ужаснулась Катя.
— А ты что думала — легко? У меня даже голова трещит.
— Еще бы! А ты попробуй так — раза два прочти и после этого себе расскажи. И легче будет, и лучше запомнишь. Уж я тебе говорю! Ну, о чем ты сейчас читала? Рассказывай!
— Я рассказывать не умею! — решительно проговорила Тоня. — Я лучше наизусть скажу. Только мне надо еще подучить.
И, немножко покачиваясь на стуле, Тоня стала читать вполголоса:
— «Наполеона сослали на далекий остров в Атлантическом океане. Наполеона сослали на далекий остров в Атлантическом океане…»
— Подожди, — остановила ее Катя, когда Тоня в четвертый раз начала читать ту же самую фразу: «Наполеона сослали…» — Читай дальше. Вот до сих пор.
Тоня прочла до того места, которое ей указала Катя.