Обыграть судьбу
Шрифт:
Некоторые матросы при виде нее сложили пальцы в жесте, защищающем от нечисти. Один даже взмолился Создательнице. Глупенький. Николь даже глаза закатила. В порту ничем не брезгуют, а тут прям испугались. Но ей это польстило – смутить закаленных жестокими водами мужчин еще нужно уметь.
Откуда ей было знать, что интуиция тех, кто побывал в Оллийском море, прозванным морем Штормов, упрямо твердила держаться от девчонки подальше. Поэтому с ней и вчера не заговаривали. А сегодня так особенно. Ее взгляд был замучен и полон злости. Несмотря на хрупкость тела, в ней чувствовалась
* * * * *
Николь уже начинала терять терпение. Вокруг одна степь и больше ничего. По ее примерным подсчетам уже скоро они должны были прибыть к… А собственно куда?
Впереди показалась невесомая, почти невидимая дымка, сверкнувшая в лучах солнца. Внимательно приглядевшись к ней, Николь заметила маленькие искорки, пробегающие меж крупными каплями повисшими в воздухе.
– Приготовься, – раздался из-за спины голос Лии. От неожиданности Николь вздрогнула. – Защиту ты, конечно, не увидишь, но почувствуешь. Предупреждаю, будет болезненно.
Посчитав, что этого объяснения будет предостаточно, Лия так же тихо ушла. Подражание мадам в ее походке было заметно как никогда: ровная спина, гордо вздернутый подбородок и опять это придерживание юбки двумя пальцами. При самой мадам она ходит более расторопно.
"Ну и черт с ней, – отвернулась от нее Николь. – Гораздо важнее то, что я, кажется, вижу защиту. Или от недосыпа я схожу с ума".
Искорки окружили корабль и всех находящихся на нем, путались в парусах, исследовали каждый сантиметр палубы, приятно щекотали кожу и убегали дальше. Ничего плохого не случилось, наоборот искорки ее даже слегка подлечили. Синяки не исчезли, но голова болеть перестала. Неужели Лия ей соврала? И почему она не удивлена такому повороту событий?
Однако остальные морщились, пытались отмахнуться, словно их кусали мошки. У Лии так вообще мелко дрожали руки, да и в целом она была напряжена. Видимо лишь Николь искорки не доставляли никакого дискомфорта.
Когда дымка осталась позади, все заметно расслабились. Но Николь не успела задуматься о странностях, как она чуть не упала от потрясения. Прямо из ниоткуда возник замок, белокаменный, со шпилями, утыкающимися в самое небо. Это все, что удалось рассмотреть из-за высоких стен, окружающих его со всех сторон.
В душе Николь что-то колыхнулось, но она предпочла не обращать внимание. За последние два дня ей уже так надоело все. Жила же себе спокойно семнадцать лет на окраине Элинея. Так нет же. Столько всего свалилось на ее бедную голову. Поэтому нелепую мысль, что она здесь когда-то бывала, просто проигнорировала.
Пока Николь предавалась размышлениям о безрассудстве происходящего, корабль пришвартовался к причалу. Матросы спустили трап. И впервые за прошедшие сутки она увидела мадам. Выглядела та не то чтобы не очень, но несколько помятой. Плавание явно не пошло ей на пользу.
Первой по трапу сошла Лия, затем мадам, а Николь снова в хвосте. Следом спускали их багаж: два больших чемодана. Точнее это багаж мадам. Лия
К открытым воротам замка вела выложенная из камня дорожка, по которой нехотя плелась Николь за мадам. Около семидесяти метров, рукой подать. Вроде бы немного, но пострадавшая вчера при прыжке нога давала о себе знать.
Но увидев замок во всей своей красе, она позабыла про боль. Он представлял собой настоящее произведение искусства. Прекрасный и вместе с тем величественный и грозный. Стены покрывал орнамент, в котором маг легко бы узнал защитные плетения.
И большое количество статуй: ангелы, расправляющие свои крылья, животные, замершие в прыжке или преисполненные гордости и спокойствия, и герои легенд, в своем полном боевом облачении. Все они стояли по всему периметру, словно охраняли от чужих.
Во дворе их уже ждали. Две девушки, из числа встречающих, пока Николь не успела опомниться, потянули ее внутрь. Одна с черными волосами и карими глазами, ее лицо украшала хоть вежливая, но при этом высокомерная улыбка. Другая же наоборот совсем еще девчушка, примерно возраста Николь. Каштановые кудряшки весело прыгали при каждом ее шаге, а голубые глаза смотрели с любопытством.
Огромный холл встретил их полнейшей тишиной и полумраком несмотря на то, что сейчас день. Ее повели на второй этаж, там направо, прямо по коридору и еще одна лестница. Поначалу Николь пыталась запомнить все повороты, стараясь подмечать детали, но быстро запуталась и бросила это гиблое дело. Картины, рыцарские доспехи, стены – все казалось одинаковым и пустым. Лишь изредка им на пути попадались слуги.
"Какой идиот-архитектор это все строил?" – разозлилась Николь, поднимаясь на пятый, по ее подсчетам, этаж. К счастью, они почти пришли.
Это был длинный коридор с абсолютно одинаковыми дверьми по обе стороны. Одна слегка приоткрылась, и рыжая девчонка с любопытством взглянула на Николь. Но это было отнюдь не доброе любопытство, а какое-то хищное, соперническое. Ощущение приближающихся неприятностей накрыло с головой.
Ускорив шаг, Николь догнала служанку, которая открыла самую дальнюю дверь. За ней скрывалась обычная девичья спальня в бежево-розовых тонах. Широкая кровать с балдахином, уютное на вид кожаное кресло, туалетный столик с большим зеркалом вот и все убранство комнаты.
– Вам нужна будет наша помощь?
– Нет, я сама справлюсь, – поспешно ответила Николь. Прожила же как-то семнадцать лет и нормально.
Но видимо другой ответ кроме как "да" ими не принимался. Проигнорировав нежелание принимать помощь, Амелия (как представилась голубоглазая) принялась объяснять, где находится уборная, ванная и гардероб, в котором было полно вещей. Как будто бы она сама не увидела и не узнала бы, куда ведут три неприметные двери.
Когда она все это показала, Николь аж духом воспряла. Мол, сейчас уйдут и можно будет отдохнуть. Как говорится, рано радовалась. Пока Амелия разглагольствовала, вторая успела набрать ванную. И не слушая ее жалобных возражений, раздели и буквально силой затолкали в воду.