Обычный день

Джексон Ширли

Миссис Миллер встала.

– Большое спасибо. Я так волнуюсь.

И убежала.

«Зря я в это ввязалась, – подумала Хелен. – Надо было остаться дома и вымыть голову. Больше не стану предсказывать судьбу и больше не желаю видеть эти карты. К чему я выставляю себя здесь дурой, пока другие… Лучше бы сделала маникюр. Вот бы набрать достаточно денег, чтобы поехать на Бермуды и обосноваться там… Может, подать заявление о переводе в какую-нибудь школу в… сказочной Руритании?»

Она печально переворачивала карты. «Кольцо, – думала она, – мост, солнечный свет». Кто-то вошел

в киоск, и Хелена бросила, не поднимая головы:

– На сегодня все. Я устала.

– Хорошо, – послышался голос Билла Атертона. – Я и так знаю свое будущее.

– О! – пискнула Хелен, понимая, что вряд ли сможет выдавить хоть слово.

Надо было догадаться, что он войдет сразу после нее, ведь они пришли вместе, и она, наверное, настаивала на том, чтобы услышать предсказание судьбы. Зашли бы вдвоем…

Хелен беспомощно припомнила несколько фраз, с которых начинают разговор: «Как я рада вас видеть; слышала, вы женитесь»; «Миссис Миллер только что мне сообщила; поздравляю вас обоих; «Не зайдете ли с ней вместе на чай?» и благоразумно промолчала.

– Я пришел на помощь, – заявил Билл Атертон. – Вы слишком долго были в лапах цыган.

Хелен засмеялась, почти естественно.

– Мне понравилось, – созналась она.

– Тогда давай, – предложил он, забирая карты, – я расскажу о твоей судьбе, для разнообразия. – Разложив карты на столе, Билл Атертон сосредоточенно посмотрел на них. – Я вижу, – зловеще прошептал он, – даму, которая любит веселье, людей, и смех.

– Я ее знаю, – кивнула Хелен.

– Неужели? А вот и другая: она одинока, грустна и хочет уехать далеко-далеко.

– И ее я знаю.

– Первая дама ждет рыцаря, который защитит ее от черного отчаяния.

– Надеюсь, вы будете очень счастливы.

– Вторая дама, наконец, научилась принимать неизбежное и склоняется перед судьбой.

– Конечно, я…

– Вторая леди, – неторопливо продолжил Билл Атертон, – как всем известно, вскоре покинет наш городок и по очень веской причине.

– Я вот подумала… может, переехать в Руританию?

– А первая дама, – прервал ее предсказатель, – вероятно, будет жить долго и счастливо. Айлин Миллер, – небрежно пояснил он, – завтра уезжает в Сиам. – Он собрал карты. – Получила весточку от своего будущего мужа. Он миссионер. – Гость посмотрел Хелен в глаза.

– Понимаете ли вы, – произнес он, – что сегодня вечером у большинства наших соседей впервые появилась возможность поболтать с вами просто так?

– Но я…

– И себя я тоже имею в виду. Особенно себя. А теперь давайте поиграем в дротики. Вы сегодня достаточно накуролесили.

И он бросил карты в угол.

Кошка Хелен, встревоженная непостижимым кошачьим чутьем, пошевелилась на стуле и, широко зевая, встала. Может, она услышала, как шуршат мыши, или подумала, что ее хозяйка никогда не еще не задерживалась неизвестно где так поздно; во всяком случае, она соскользнула со стула и проследовала на кухню, где одним прыжком взлетела на плиту, к остаткам жареного цыпленка. Вдумчиво, не боясь, что ее потревожат, кошка нацелилась на куриную ножку и принялась за работу.

Портрет

Она

говорила, а я слушал и смотрел, как она сидит, закинув ноги на подлокотник кресла, рассказывает и улыбается. Кажется, я никогда не видел, как она смеется.

«Иди по долине, Иди по долине, Иди по долине, Как делали мы всегда».

…В саду танцевал ребенок, и я вышел с ним поговорить.

– Дитя, – сказал я, – ты топчешь мои цветы.

– Да, – сказал ребенок, – я знаю.

– Дитя, – сказал я, – ты гуляешь по моему саду.

– Да, – сказал ребенок, – я знаю.

– Почему?

– Я танцую, – сказал ребенок, – Разве ты не видишь?

«Войди и выйди из окон, Войди и выйди из окон, Войди и выйди из окон, Как делали мы всегда».

…Маленький мальчик посмотрел на меня и заплакал.

– Смотри, – сказал он, – у меня грязные руки.

– Почему они грязные?

– Я копал землю, чтобы забрать отца, – сказал он.

– Твой отец умер?

– Его повесили.

– Почему его повесили?

– Потому что он был живой.

– Тогда зачем ты пытаешься его откопать?

– Потому что теперь он мертв, – сказал он, – и его не смогут повесить снова.

«Иди и взгляни на своего возлюбленного, Иди и взгляни на своего возлюбленного, Иди и взгляни на своего возлюбленного, Как делали мы всегда».

…Далеко среди деревьев сидела маленькая девочка, и когда я подошел к ней, она посмотрела на меня и нахмурилась.

– Тебя засыпят листья, они упадут на тебя, – сказал я.

– Ну и пусть, я прячусь, – объяснила она.

– Почему ты прячешься здесь?

– Здесь темнее, чем везде.

– От кого ты прячешься?

– От всех.

– Почему?

– Они хотят, чтобы я причесалась, – объяснила она.

«И теперь вы разошлись, И теперь вы разошлись, И теперь вы разошлись, Как делали мы всегда».

Так она говорила, а как она смеется, я и не увидел.

Рычун – король джунглей

Рычун, король джунглей, принадлежал исключительно Эллен Джейн с тех пор, как мать впервые рассказала ей о нем. Рычун был львом, который родился много лет назад и сбежал от других львов, чтобы жить с маленькой девочкой (такой, как Эллен Джейн) и научился разговаривать с детьми, но не со взрослыми.

– Сколько ни пытайся, – повторяла Эллен Джейн своей матери, – ты не сможешь услышать Рычуна, короля джунглей, и не заставишь его поговорить с тобой.